– Ага.

– Спи.

Отупело хлопаю глазами. Кровать Виви гигантских размеров, и в ней вполне комфортно бы отоспались одновременно сразу человек пять-шесть. Так что и сейчас дистанция между мной и Виви достаточна для того, чтобы не касаться друг друга даже случайно.

Он не собирается ко мне лезть?

Наблюдаю, как его пальцы скользят по клавиатуре.

То есть я действительно просто буду тут ночевать? Лежать здесь, как… э-э-э… еще одна подушка?

Стараюсь сохранить ясность ума, но уютность подушки, одеяла, освещения ненавязчиво ласкают утомленный разум.

Понятия не имею, безопасно ли заснуть вот так, рядом с Виви?

Отвратно, однако даже его силуэт в мягком свете ночника ужасающе уютен.

Глаза закрываются.

Я же его ненавижу… И ненавижу свое слабое тело, постоянно требующее передышки от суетливости часов активности.

Нельзя спать.

Я пожалею об этом, да?..

* * *

Просыпаюсь из-за ощутимой тяжести в груди. Некая сила давит так, будто хочет отделить начинку от основания, и в качестве начиненного изделия выступаю я.

Ловлю ртом воздух и бессмысленно пялюсь в темноту. Похоже, я уже вне пределов жизни. Ничего не вижу, ничего не слышу. Скольжу ладонью по волнообразной поверхности вокруг себя, инстинктивно ища опору. Мои пальцы нащупывают чью-то руку и немедленно переплетаются с чужими пальцами.

Над головой вспыхивает свет – тусклый, но все равно ужасающе режущий глаза.

– Больно… - еле шевеля губами, бормочу я и щурюсь.

Надо мной возникает силуэт. Чужая рука не выпускает мою.

Узнать в расплывающемся пятне лицо Виви оказывается совсем непросто. Только когда он наклоняется достаточно низко и почти касается губами кончика моего носа, образ обретает резкость.

Выдыхаю и борюсь с желанием отпихнуть от себя предмет, пытающийся меня расплющить. Я знаю, что его не существует. Тяжесть сокрыта внутри меня – сосредоточена в сложном плетении из спазмов и зачатков конвульсий.

– От света… больно… - шепчу я.

Сохраняя нашу близость, Виви поднимает свободную руку и выключает ночник. Но благодатная тьма завладевает помещением всего на какие-то доли секунды. А затем под кожей Виви растекается сияние. На запястьях, не прикрытых рукавами пижамы, и на шее чуть выше ямочки между ключицами.

Хаотичная паутина из тонких светящихся нитей.

– А так? Не причиняет боль? – тихо спрашивает он.

Свет, исходящий от него, мягок и обладает чарующим свойством убаюкивать. Виви светится, как и в детстве.

Светится… Наверное, все же было бы забавно жахнуть его люстрой. Она ведь тоже светится. Встретились бы два светила…

Издаю удушливый всхрап, кажется, сразу всем телом и выгибаюсь от внутренней дрожи, тараня резким движением воздух. Виви каким-то чудом уходит от столкновения, но тут же вновь наклоняется ко мне, запуская правую руку под прогиб моей спины. Левую его руку я по-прежнему держу мертвой хваткой, впиваясь в ладонь ногтями и сдавливая костяшки его пальцев, тем самым реагируя на спазмы собственного тела.

– Ощущения? – требовательно спрашивает Виви, вдавливая интонациями вопрос прямо в мое ухо, как впрочем, и свои губы.

Возможно, это и действенный ход. Мое сознание качается на безбрежных волнах внутреннего океана и явно желает погаснуть.

– Не могу… дышать…

Виви моментально перекидывает через мое тело ногу и нависает сверху, удерживаясь на коленях. Ему приходится сохранять полусогнутое положение, потому что я, похоже, чисто физически не способна отцепить свою руку от его. Но и он не пытается вырваться.

Новая конвульсия подбрасывает меня ввысь, и я почти впечатываюсь лицом в грудь Виви. Он вовремя отдергивает меня, используя наши сцепленные руки. Плюхаюсь на подушку и резко прозреваю.

Виви надо мной развивает воистину бурную деятельность. Вовсю уже тянет зубами шнур, который успел намотать свободной правой рукой на левую. Краем глаза вижу блеск шприца.

– Дурак… что ли? – мямлю я, безжалостно наминая его плененные пальцы. – Такое… только в… медицинских… услов… условиях…

Пока я занимаюсь построением слов, словно едва научившийся говорить ребенок, Виви уже вытягивает у себя кровь. Что же там за материал такой, что плоть Иммора запросто пробить способен? Или все дело в силе самого Иммора, осознанно наносящего себе вред?

– Ку… да?.. – Вяло отпихиваю его от себя. – Ткнуть хочешь… куда?.. Куда надо… разве… знаешь?..

Весь мой ораторский подвиг сопровождают кряхтение и хрипы.

– Для нас с тобой это неважно, Чахотка.

У меня наконец-то получается отпустить его пальцы, однако я тут же жалею, что сделала это. Освободившаяся левая рука Виви немедленно ныряет под мою спину и проскальзывает дальше, чуть приподнимая меня над постелью.

– Ты… угх!..
– Машинально выгибаюсь и уже не из-за болезненных сигналов организма. Край моих пижамных штанов отделяется от тела, повинуясь настойчивости мужских пальцев.