— Интересно, что наши коллеги предложили? – не удержалась чародейка.

— Увы, все записи с упоминаниями о средстве были тщательно уничтожены, а сами чародеи казнены. Их сварили в кипящем масле по приказу всё того же Джуничиро второго.

— Какова причина столь резкого изменения отношения?

Кэш криво усмехнулся.

— Магам было дан приказ найти средство борьбы с пожирателями для того, чтобы эффективно и быстро ликвидировать проблему. И средство нашли, но имелся один нюанс: вместе с пожирателем эффективно и быстро ликвидировался и носитель, — он сделал паузу, словно собираясь с мыслями, —вы ж понимаете, то, что наследник артанского престола присоединился к числу демонических симбионтов, держалось в строжайшей тайне. Принц был объявлен больным экзотическим заболеванием, которое подхватил, путешествуя по провинциям в Делящей небо. Лекарство уничтожило его вместе с питомцем. Гневу императора не было предела. Он усмотрел в деянии покушение на корону и целостность империи. Демоны-пожиратели снов были уничтожены, все маги, имевшие хотя бы самое отдалённое отношение к проблеме, были казнены, это направление исследований запретили во веки веков, а любые записи и рецепты создания средства уничтожены.

«Поскольку лекарство оказалось страшнее самой болезни», — так говорилось в императорском указе. – Империя осталась без наследника престола, — подхватил Вил, — в Делящей небо вспыхнул мятеж, да и в самой Артании начался столетний период смуты. В итоге Делящая обрела независимость, зацапав попутно и Южный архипелаг, а у нас сменилась правящая династия.

— Да, — с некоторым удивлением подтвердил Кэш, — кленовый лист сменил цветок сакуры, а империя стала королевством. Но пожиратели снов исчезли навсегда. За триста лет нет ни одного случая встречи. Не думаю, что вам «посчастливилось» столкнуться с ними. Пожиратели убивали своих жертв нежно, те умирали со счастливой улыбкой на губах. Им не нужно было жечь своего симбионта калёным железом или сбрасывать с большой высоты.

Чародейка не могла не признать правоту рассуждений господина Кэша. События трёхсотлетней давности совсем не походили на те проблемы, с какими столкнулась Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя сейчас. Значит, нужно копать в другом направлении.

— Может, нам стоит поворошить прошлое? – она не заметила, как начала рассуждать вслух, — «Лунный цирк» всплыл в обоих случаях. Вдруг разгадка на старой магографии, а мы просто её не видим?

— «Лунный цирк»? – переспросил библиарий, даже несколько оживившись.

— Да, — пришлось подтвердить коррехидору, — обе жертвы косвенно были связаны с этим модным театром.

— Удивительное дело – память, — проговорил Кэш, покачав головой, — идут годы, мы ощущаем, как наше прошлое неожиданно воскресает в нашей памяти, оживляя воспоминания самым странным образом и в самые неподходящие моменты. Недавно я встретил такое вот напоминание. Мелочь, привычка сжимать кулак и расправлять пальцы, напомнила мне о временах моей молодости, — он снова вздохнул, — во времена буйной студенческой юности мой хороший приятель – Рэй Хотару всерьёз увлекался цирком. Репетируя сложный фокус, он травмировал связки на руке, после чего был вынужден тренировать кисть, чтобы сохранить её чувствительность и подвижность. А тут пожилой человек делает нечто похожее…

— Правую или левую? – спросила Рика, которой рассказ библиария напомнил, как господин Рэйнольдс разминал руку под столом.

— Что? – переспросил Кэш, — а, какую руку. Не помню, право слово. Случилось это больше десятка лет назад.

— Вы пересеклись с владельцем «Лунного цирка»? – как бы невзначай поинтересовалась чародейка.

— Да. Я видел его на одном званом вечере. Вполне впечатляющая персона, доложу я вам. Обаятелен и умён. Знаете, — Кэш поглядел сначала на Вилохэда, а потом на чародейку, — он из тех людей, которым невозможно затеряться. В любой компании они всегда на виду, в центре внимания. Рэйнольдс же умудрился в свои почтенные годы сохранить ясный цепкий ум и не утратил интереса к жизни. Всем бы нам такими быть в старости.

Вил и чародейка переглянулись и вежливо поблагодарили господина Кэша за помощь.

— Чего там, — отмахнулся библиарий, вновь погружаясь в свою работу, — обращайтесь без церемоний и стеснения. Я всегда рад помочь. Если что-нибудь интересное вспомню или откопаю, свяжусь с вами.

— Как вы думаете, — спросил Вилохэд уже на улице, — не слишком ли часто в нашем расследовании всплывает господин Рэйнольдс с его «Лунным цирком»? Один собирался продавать своё заведение приезжему более удачливому коллеге, другой изготавливает колесо смерти для особо сложного трюка. Кстати, мне недавно мой дворецкий рассказал, что в прошлом такой трюк уже показывали, но он закончился трагической гибелью исполнительницы. Не слишком ли много совпадений?

— Пожалуй, — задумчиво проговорила Рика, — мне не покоя даёт мысль, что разгадка может таиться в прошлом.

— Если только это не результат ностальгических воспоминаний нашего библиария, — улыбнулся коррехидор, — хотя и меня зацепил рассказ об одинаковой привычке разных людей. Хотя, наверняка, напрасно: господину Кэшу около сорока, а владельцу «Лунного цирка» заведомо больше шестидесяти. Я бы не удивился, узнав, что ему семьдесят с хвостиком, но он отлично держится. Для артиста подобное – не редкость. Но и про доклад его величеству забывать не стоит, распишем в ярких красках, как мы работали в библиотеке Академии магии, глядишь, и отделаемся малым недовольством коронованной особы.

На следующий день последовал вызов в Кленовый дворец. Рика безропотно оставила свои дела в коррехидории, переоделась под удивлёнными взглядами старшей сестры квартирной хозяйки и прибыла в королевскую резиденцию в одном из визитных платьев, пошитых портнихой Дубового клана.

Сказать, что его величество был не в духе, было не сказать ничего. Он буквально рвал и метал. Причина столь яростного королевского гнева крылась в газетах, которые пронюхали про странные убийства в столице Артании и строили самые невозможные предположения, не брезгуя предсказаниями о грядущем конце света.