– Ты ведь Родерик, да?
– я закинул ногу на ногу, сев на диван и сложив руки на груди.

– Пасть закрой, шмара.

– Святые небеса...
– я изобразил ужас на лице и поднял руки, откидываясь на спинку дивана, - Не пугай так, аджосси. Я же обстрематься могу, а убирать потом это всё нашей милой Куколке.

– Ты закончил корчить из себя недалёкого дебила, Тангир?
– Моника осмотрела меня, и я кивнул:

– Да, Куколка. Начинай! Я весь твой!
– протянул и опять осмотрел её горящим взглядом, только затем холодно и уже серьезно закончив, - Нам Джун Мён и Лю Фэнь действительно мне знакомы. Но только потому что были связаны в прошлом с Клеткой. Мне нужен был Ким Дже Мин. Именно из-за него я приехал в Штаты. Именно потому сгорела Клетка и круизный лайнер, Куколка. Остальные к этому не имели никакого отношения. Абсолютно. Потому ближе к делу. А точнее к стулу, на котором меня поджарят за убийство Эдварда Нильсона, и ещё нескольких мучеников на американской святой земле!

– Барбара Монтанари, Тангир. Её тело было найдено рядом с останками Ким Дже Мина в клетках тигров. Кто эта женщина и откуда на её шее вот этот знак?

Моника взяла со стола папку и раскрыла передо мной, показывая мне снимки останков макаронницы. На затылке женщины красовалось клеймо в форме полумесяца, а я медленно поднял взгляд на Монику и ответил:

– Сколько нынче стоит билет до Италии, Куколка? Вы же не разоритесь?

– Зачем тебе в Италию?
– женщина почти села на край стола и переглянулась с аджосси.

– Потому что вот это, - я показал на знак на шее макаронницы, - Монтанари получила в стенах пансионата для сирот при церквушке в маленьком городке Монтэ-Пульчано в далёких девяностых.

– Уверен?
– Моника осмотрела меня пристальным взглядом, а я кивнул и продолжил:

– Я три года искал всех, кто связан с Ким Дже Мином, чтобы уничтожить и вырезать всю его семью. Последним в списке тварей, кровно связанных с ним был Тумэр, Куколка. Однако я упустил из виду прекрасную сеньору, которая в итоге спутала мне все карты в колоде так, что я просрал свой шанс сдохнуть красиво, как хотел.

– Как Тумэр и его смерть связана с этим?
– Моника словно уцепилась за меня руками, с таким жаром задала вопрос.

– Никак. Старый хрен сдох просто за то, что торговал людьми и был связан с тварью, на которую я вёл охоту. Всё, - я плавно осмотрел выражение на лице Моники снова и заметил новую эмоцию - жгучий интерес, буквально жажда узнать от меня больше информации, которой я к сожалению не владел.

– Тебе нужно знать откуда это клеймо?
– я тихо и на низких тонах произнес, на что получил обескураживающий ответ:

– Нет, мне нужно знать, зачем кому-то сжигать церкви, оставляя в них трупы женщин и девушек с таким знаком на теле?

В какой-то момент я даже не понял о чем она, однако Моника нажала на пульт на столе, и передо мной зажегся экран плазмы, висевшей на стене.

Медленно поднимаясь, я еле сделал шаг в сторону того, что было на экране. В голове словно помехами проносились картины смерти Ми Ран и то, каким было её тело. Какой изуродованной и изувеченной я запомнил свою жену, и как это было дико похоже на тот ужас, который я видел прямо сейчас. Десятки снимков тел женщин в совершенно ужасном состоянии. Настолько, что я еле сделал два проклятых шага, которые меня отделяли от экрана.

Поднял руку и дрожа провел пальцами по изображению совсем молодой девочки, тело которой лежало в груде обугленных обломков скамеек. Под этими досками был виден узор пола святого места, которое посмели осквернить убийством человека с лицом ангела.

– Если рай это синие небеса, то как тогда они могут смотреть на меня таким взглядом?
– безумно прошептал, всматриваясь в мертвые голубые глаза, с застывшим на их дне ужасом.

– Я помогу тебе, Куколка. Сдохну, но найду чудовище, которое посмело возродить во мне демона опять...
– закончил низким и хриплым голосом, продолжая смотреть на то, что заставило налиться кровью каждую мышцу в теле, каждый сраный мускул, а сердце сделать гулкий удар, словно отряхиваясь от пепла, которым оно было присыпано.

– Вы не сможете полететь в Италию. Его не выпустят из страны, Моника!
– я лишь ухмыльнулся смотря на силуэт аджосси, который вырисовывался на покрытии экрана.

Пёс прожигал меня таким взглядом, будто я решил пометить его территорию. Нагло влез в его дом, и уселся во главе стола дебила, заявив права на его место. Подобное вынудило сложить руки на груди, и повернуться к Куколке, которая тут же осмотрела меня и ровно возразила:

– Нет, если с нами полетишь ты, Родерик.

– Любите постельные игрища, агашши? Я не терплю конкуренции в этом вопросе, - насмешливо обогнул её фигуру взглядом и добавил с издёвкой, - Совершенно не переношу! Жуткий собственник!

Моника только прищурилась и ничего не ответив, опять посмотрела на своего пса, явно собравшегося задушить меня по тихому, пока его хозяйка не видит.

Я опять посмотрел на снимки и вспомнил макаронницу, и то, что узнал о её внезапном появлении в Клетке чокнутого старика.