До Науна добрались за два дня — река и впрямь протекала совсем близко. В солонском лагере, кроме лодки, Сашика взял еще и местную одежду, чтобы не бросалось в глаза, что он — лоча. Натянул глубоко лохматую шапку, но Аратан только скривился — такую морду шапкой не скроешь.

Братья вывели лодку в ручей и сказали, что проводят их до большой воды, а там — уже сами.

Ручей оказался порожистым, а вода стала уже сильно холодной.

— Так пешком быстрее вышло б, — ворчал атаман, глядя на красные от холода ноги.

— Посмотрим, что ты на самой реке скажешь, — улыбнулся Аратан.

И, конечно, он оказался прав: широкая Наун-река легко понесла вниз солонскую лодочку. Без братьев-проводников она стала совсем легкой. Заночевали в горной расселине, что выходила прямо к берегу. Даже разожгли небольшой костерок.

— Что ты скажешь? Там… — спросил, наконец, Аратан. — Ну, когда доберемся до дауров.

— Скажу им: возвращайтесь! — неуверенно заговорил Сашика. — Скажу, что на Амуре теперь всё иначе. Там теперь — Темноводье. Назову имена князей, что теперь вместе с нами. Что живут они и не жалуются. Никто не жжет улусы, не отнимает земли. Мы торгуем друг с другом и вместе бьем врагов…

— Хорошо бы, если б те князья сами это сказали. Не думаю, что у дауров с Науна будет много доверия к лоча.

Сашика покраснел.

— Знаю, — он какое-то время следил за игрой огня и добавил. — Я долго думал об этом. Князья или иные дауры, навроде тебя — они ведь только посредниками могут быть. Говорить должен тот, кто за свои слова отвечает. Получается, кроме меня некому. Идеально было бы всех собрать: и меня с ватажниками, и князей. Но больно шумное выйдет посольство. А тут все-таки богдыхановы земли… Думаю, толпа защитников-охранников только вызовет у них лишнее недоверие. А так… Я один приду. С открытым сердцем. Может, поверят мне?

— Посмотрим.

Аратан знал, что есть у Сашики такой дар — люди ему доверяют. Только доверяют потому, что этот странный лоча почти всегда искренен. Но будут ли это знать дауры с реки Наун?

«Если нет, то зря мы реку послушались и пошли сюда» — улыбнулся маленький тигр.

— Мне кажется, многое зависит от того, как они тут устроились. Хорошо им на новом месте живется или плохо? — продолжал рассуждать атаман.

— Как еще может житься, когда земля чужая? — только и пожал плечами Аратан. И лег спать.

С утра они снова сели в лодку и двинулись на юг. Горы быстро мельчали и отходили на запад. В этих местах людей обитало гораздо больше, но ни одного селения на берегу реки им не встретилось. Видимо, живут здесь не рыбаки и не земледельцы. К вечеру путники оказались уже практически на равнине. Аратан на этот раз выбрал небольшую каменистую косу на западном берегу. С двух сторон язык суши окатывали холодные воды реки, с третьей — торчали острые каменюки, а с четвертой — простиралась ровная, как стол земля.

— Наверное, не будем сегодня разводить костер, — даже лоча чувствовал некую неуверенность.

— Да почему? — как можно беззаботнее улыбнулся маленький тигр. — Небольшой костерок не повредит. Горячего попьем.

Наломали сучьев с редких кустов, собрали плавни и устроили теплый лагерь на ночь. Поболтали ни о чем, пока зрел отвар, попили его, закусили лепешками — и легли спать. Сашика вызвался сторожить первым (теперь сам вспомнил о страже!), а Аратану только это и нужно было. Подремал до высокой луны, потом немного полежал, глядя в звездное небо — и поднялся сменить друга. Сашика в свой дозоркостер не поддерживал — все-таки опасался за скрытность их лагеря. Зря, конечно.

Маленький тигр дождался, пока лоча уляжется и начнет храпеть, после чего вытащил из валежника два огрызка бревнышек-топляков. Даже сухими такие разгораются долго и нехотя. Даур сунул их концами в мерцающие угли, вызвав сноп искр, и сел, облокотившись на теплую стенку валуна. Подождал, пока отсветы утихнут, затем аккуратно насадил шапку на вертикально воткнутую палку и ужиком пополз прочь от лагеря. Выбрал каменюку покрупнее, сел к его стенке, противоположной от костра.

И перестал двигаться. Дышал тихо и плавно, смотрел только вниз, чтобы даже случайный блеск глаз не выдал. Позади, наконец, начал разгораться топляк, Аратан почувствовал мягкое свечение за спиной, увидел отбрасываемые костром тени.

«Всё так» — улыбнулся краем рта маленький тигр.

Долго ждал. Даже закралась ленивая мысль «а может, показалось», но опытный лесовик не поддался ей. Наконец, долгожданная — но всё равно неожиданная — тень шевельнулась! Сильно справа, но достаточно близко. Аратан пристально осматривал местность сквозь приспущенные ресницы — больше движения не чувствуется. Если еще враги ползут, то гораздо дальше.

Он успеет.

Тень по касательной двигалась мимо него. Совершенно бесшумно — враг был опытен. Но он ползет на костер и ослеплен его отсветами. Врагу совершенно ничего не видно, что происходит в тени валуна. Даур плавно вынул из ножен свой старенький нож — потертый, ноздреватый, нечищенный — такой точно не сверкнет предательски в свете луны. Стёк всем телом на холодную землю — и двинулся к врагу.