– Я не понимаю, Эм.

– Себя, Тим, я выбираю себя.

– Оставишь детей?
– вот теперь он начинает злиться.

– Нет. Дети будут жить со мной, - голос мой твёрд.
– Я знаю, как сильно ты любишь мальчишек, и не хочу рвать их на части. Поэтому не буду препятствовать вашему общению. Но с тобой жить больше не смогу, мы давно не любим друг друга, Тим. Мы же адекватные люди, разве не сможем разойтись мирно?

Он молчит очень долго, затем тихо покидает кухню, и я не вижу его до следующего утра. За завтраком муж протягивает мне несколько листов бумаги. Соглашение о детях, где учтена каждая мелочь. Брук и Грег будут проживать с матерью на неделе и с отцом на выходных. Так же он имеет право забирать их на каникулы на один месяц в году. Оставляет за собой право участвовать во всех важных моментах их жизни, будь то выбор школы или лечащего врача. Справедливо. Я выдыхаю с облегчением: всё же шанс, что Тим упрётся и начнёт судебные тяжбы, был очень велик. Теперь осталось самое сложное - сообщить сыновьям.

Нам ещё многое предстоит обсудить перед окончательным расставанием, но начало положено. И отправной точкой моего нового пути стала простая по сути мысль: я не Эм и я не Ли. Я хочу быть собой, хочу быть целой.

ТИМ

Егор Крид ft. Nyusha - Mr. Mrs Smith

– Себя, Тим, я выбираю себя, - и сердце сжимается.

Я знаю жену прекрасно, манипулирование на теме детей не сработает теперь. Скрывшись в своём кабинете, провожу ночь на маленьком и неудобном диване. Что ж, мистер Смит, мои поздравления, вы бездарно проебали семью. Напиться не вариант, не решит ни единой проблемы. Сейчас надо отвоевать хотя бы своё право на сыновей. И я добрую половину ночи составляю долбанное соглашение. Эм согласна на мои условия, маленькая победа. Позволяет нам остаться друзьями. Целую неделю мы каждый вечер обсуждаем нашу дальнейшую жизнь, готовим к переменам пацанов. Брук ревёт, Грег не особо понимает, что происходит, но хмурится, глядя на брата, и их расстроенные мордахи стоят перед глазами днём и ночью. Эм... Эм выглядит отстранённой, но доброжелательной. Так или иначе, мы навсегда останемся в жизни друг друга, дети связали нас крепче любых цепей, и я лелею тайную надежду, что однажды она одумается. Отпускать их больно, не представляю, как буду жить один в этом доме, поэтому уже к пятнице я принимаю решение о переезде в столицу. Ближе к мальчишкам. Ближе к ней. Как она там будет совсем одна? А если что-то случится? Нет, я должен быть рядом. Во всей этой ситуации успокаивает лишь то, что Эверетт остался за бортом, и, возможно, когда-нибудь я смогу снова завоевать любовь и доверие жены. А может быть, смогу собраться и жить дальше. Время покажет. В выходные помогаю им перевезти вещи в небольшую квартирку в старом центре Араны, что арендовала Эм вместе с коммерческим помещением прямо под ней. Начинаю искать жильё и для себя. Чтобы в шаговой доступности от моей семьи. Очень скоро знакомый судья разводит нас, сбывается мой самый большой страх, что не давал покоя четыре года назад. Но я привыкаю понемногу. Мы даже иногда встречаемся все вместе в не оговорённые соглашением дни и проводим время как раньше вчетвером. Как бы ни сложилась наша жизнь дальше, Эм останется моим лучшим другом и самой любимой женщиной.

ХЕЙДЕН

Xoliday boy - Данте

Я просыпаюсь в одиночестве и не сразу догоняю, что произошло. Наскоро умывшись, еду домой. Но выхожу из лифта на пятом. Медитирую перед дверью, боясь постучать. А когда всё-таки решаюсь, это не приносит никакого результата. Открываю своим ключом, чтобы задохнуться от безысходности. Её вещей здесь больше нет. Одежда, обувь, книги и даже зубная щётка - пропало всё. Лишь мольберт у окна, накрытый белой простынёй. Снимаю её и долго рассматриваю определённо подаренную мне картину. Дивный портрет, за который можно было бы срубить кусков двести. У парня на нём моё лицо, но я никогда не видел на своей морде такой гримасы удовольствия пополам с болью. Девушка, стоящая перед ним на коленях, разумеется, делает минет. Её лица не видно за копной тёмных волос, но на обнажённой спине крошечный красный цветок. В порыве гнева швыряю холст через всю комнату и рама трескается, кривя полотно. Тут же жалею, подбираю прощальный подарок Ли и поднимаюсь к себе. Он займёт своё место в маленьком музее, как с недавних пор зовет мою спальню Макс. Ли ни разу не была у меня, так не специально вышло, не то чтобы я не хотел видеть её на своей территории. Но она точно прошлась бы своим острым как бритва языком по оформлению этой комнаты. Я тогда всё-таки распечатал наше студийное фото в огромном формате и повесил над кроватью. Здесь же та самая первая проданная картина с огнями в поле, её я купил через подставного покупателя. Практика известная, используется, чтобы раззадорить публику, поднять ставки. Но не только в этом дело. Я хотел этот холст для себя. Ставлю покорёженный портрет к стене и падаю на кровать. Ли Джордан действительно оказалась лесным пожаром. И оставила после себя пепелище...

ЭМИЛИ

Kristian - Разлюбила

Декабрь, суббота, спешить некуда и незачем, но поваляться не выйдет. Грег ещё с вечера готовится к приходу отца, вещи сам собрал в рюкзак и вскочил, как водится, в шесть утра. Теперь топчется по мне, требуя завтрак. Раз десять уже спросил, когда папа придёт. За окном противная не зимняя сырость. Блинчики с кленовым сиропом должны поднять настроение. И кофе, который я никогда не любила. Он напоминает о Хейдене.

Тим приходит, когда я перекладываю на блюдо последний блинчик, и Брук, само собой, зовёт его позавтракать с нами. Нет, я вовсе не против, теперь, когда нам не надо спать вместе и делать вид, что всё прекрасно, отношения наши наладилось. Обычно бывший забирает детей в пятницу, но вчера задержался на работе, и мальчишки нервничают. Странно называть его "бывшим" и при этом каждый раз, когда я произношу это слово вслух, ощущаю приятную лёгкость, словно кандалы сбросила.

А ещё здорово, когда на работу торопиться не надо, собираюсь неспешно и спускаюсь в студию. Ремонт почти окончен, но к открытию мы пока не готовы. Рина обещала забежать сегодня, чтобы помочь с оформлением зоны ресепшена, несмотря на законный выходной. Я рада, что она согласилась стать моей помощницей, с ней всё проходит гораздо проще и веселее. К тому же у нас много общего, и нам всегда есть, что обсудить. Удивительно, как быстро порой вчерашние незнакомцы становятся близкими людьми. Мы разрисовываем стену яркими цветами, превращая скучную комнату в тропические джунгли, и обсуждаем дизайн рекламных листовок, которые заказали на днях. Тим с детьми заходит ближе к обеду, забрать какую-то жутко важную машинку для Грега, и предлагает свою помощь. Представляю, во что может вылиться их семейный подряд, и вежливо отказываюсь. Как только за парнями закрывается дверь, Рина не может сдержать любопытства:

– Твой бывший муж настоящий красавчик. Не понимаю, почему вы развелись: и детей он любит, и на тебя смотрит так, что завидно.

– Я его не люблю, Рина, - делаю акцент на слове "я".

Она шутливо застёгивает воображаемую молнию на своих губах, закрывая тему. Начинает рассказывать о своём новом парне, с которыми познакомилась буквально пару недель назад, делая такие забавные ремарки, что сдержать смех невозможно.

Мне нравится моя новая жизнь даже больше чем та, что была с Хейденом. Кроме продажи картин молодых и талантливых художников я планирую проводить мастер-классы по живописи и с нетерпением предвкушаю открытие студии. Знакомлюсь со студентами художественной академии и молодыми художниками, продающими свои произведения на блошиных рынках, предлагая им сотрудничество, пишу сама и гораздо больше времени провожу с сыновьями. А ещё я благополучно оставила весь свой дабфордский гардероб в прошлом. Сейчас мой стиль - нечто среднее между яркой откровенностью, навязанной Алисой, и сдержанной классикой. Так мне комфортно, так я нравлюсь самой себе. Я не хочу переписать или закрыть в памяти прошедшие десять лет с мужем, они были по-своему прекрасны. И даже зная наперёд, чем закончится наш брак, я вышла бы за Тима замуж снова. Потому что мы любили друг друга тогда, потому что у нас лучшие на свете мальчишки. Но следующие десять прожить я хочу так, как требует моя душа. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на страдания и запреты.

ТИМ

Pink - Our song

Зима в этом году слякотная, от чего на душе ещё паршивее. Погода точно отражает мой настрой. Совсем не хочется возвращаться в пустую съёмную квартиру одному, и я предлагаю Эм поужинать вместе в это воскресенье. Парни, умотавшиеся за день, проведённый в бассейне, клюют носом над своими тарелками, а мы с Эм обсуждаем мою новую работу, её студию и вообще всякое. Если не думать о том, что через каких-то полчаса мне придется сказать им "спокойной ночи" и убраться восвояси, проводив до дома, то всё как раньше.

Когда начинается песня, под которую мы танцевали свой первый свадебный танец, не могу удержаться и приглашаю жену. Брук милостиво соглашается присмотреть за братом, а мы выходим на крошечный пятачок танцпола. Держу в руках самую красивую в мире женщину и не могу смириться, что она теперь только "бывшая". Не могу привыкнуть. Раньше Эм любила подпевать, двигаясь под музыку, сейчас молчит. Я спрашиваю, почему, и она отвечает, что не помнит слов. Смотрит на меня равнодушно, спокойно. Она ведь давно так на меня смотрит. А мне хочется прижать её ближе, поцеловать как раньше, забрать с собой. Всё, что воспринималось как должное, теперь недостижимо. Эм ясно высказала свою позицию, и портить отношения я не хочу. Может, когда-нибудь я и рискну, но сейчас рано.