— Мне нужны личные покои!

Граф посмеялся, но согласился:

— Хорошо. Будут тебе покои.

***

Утром следующего дня портнихи доставили свадебное платье. Изысканное, пошитое согласно всем моим пожеланиям: белоснежное, с длинным шлейфом, состоявшего из множества юбок, с изящными вышивками на корсете платья. Его расположили в моей комнате; точнее, которая только вчера официально стала “моей”. Туда отнесли и другие личные вещи невесты.

Покои украсили живыми цветами, обычно украшают белыми розами, но Рагнар распорядился украсить именнокрасными, ведь я безумно любила этот цвет. Многие слуги, особенно женщины в возрасте, пытались спорить, говорили, мол не по правилам, но граф настоял.

Я ходила среди свадебной роскоши, много думала и не верила, что уже — вот! — завтра свадьба. На меня опустилась грусть, даже невольно всплакнула. Промелькнул образ Рихарда, оттого сердце больно сжалось, словно воткнули кинжал. Вынужденно всхлипнула, сдерживая мучительный стон. Я думала: “Почему не Рихард? Почему стану женой другому?”. Хоть и запрещала себе думать о фон Норде, перед свадьбой он был тенью, следующей всюду за мной.

Воспоминания о нём лились, как слезы сейчас с моих глаз. Я остановилась возле окна со стаканом воды в руках. Вела беседы сама с собой в голове, пыталась убедить себя, что происходящее — правильно, и мне не нужно грустить, ведь впереди ждёт прекрасная жизнь. Ещё столько всего случится! Пойдут дети… Тоска по Рихарду заполнится другим.

Так странно любить, зная, что человек никогда с тобой не будет. В этом нет никакого смысла, но это чувство не подвластно разуму. Ты просто любишь и всё. И мне кажется, я буду любить Рихарда вон Норда ещё бесконечно долго…

* * *

Аура легкости. Белые высокие стены с резными барельефами. Арочные панорамные окна, за стеклами которого был морской пейзаж. Погода была чудная: небо насыщенного голубого цвета отражалось на морской пелене, делая воду ярко-лазурной. Столы из белого дерева были украшены обилием красных роз, среди них стояли серебряные канделябры со свечами.

Аромат роз смешался с нежным жасмином — это Марта провела по коже невесты стеклянной палочкой. Цветочный аромат обволок Розалию, подобно ауре. Другая слуга, оттряхнув лишнее, провела кистью по скулам девушки. Третья — нанесла на губы помаду красивого розоватого оттенка, убирая остатки подушечками пальцев. Марта поставила флакон на стол и принялась за светлые волосы Розалии. Сперва осторожно расчёсывала, потом, глядя на неё в зеркало, по-разному укладывала пряди, подбирая будущую прическу.

Девушка сидела, как кукла: молчала и отрешенно смотрела в одну точку. Всплывшие вчера воспоминания всё ещё терзали, с ними Розалии было сложно бороться.

— Улыбнись, — просила сидящая неподалёку мама.

Воспитанница украдкой взглянула на неё и постаралась выдавить из себя улыбку, только она получилось грустной.

— Оставьте госпожу, миссис Ларс, — мягко попросила Марта и пояснила: — она просто волнуется, это нормально. Верно, мисс Розалия? — домработница положила руки на плечи невесты и, глядя на неё в зеркало, улыбнулась.

Розэ нервно задержала на мгновение дыхание, а потом, соглашаясь, торопливо закивала.

— Я была внизу, там столько гостей, — поделилась миссис Ларс, — даже граф и графиня фон Зииль – феодалы Восточного приморья приехали! Я уж молчу про Его Сиятельство Эмиля Флаэ из Феуерского графства!

— Мне всё равно. Я никого из них не знаю, — равнодушно ответила Розалия.

Ответ дочери застал миссис Ларс врасплох. Она никак не ожидала безразличия натакихвысокоуважаемых феодалов, ведь наоборот, их приезд на свадьбу — большое событие, демонстрирующее высокое положение. Мама удивленно вздохнула, поражаясь Розалии, а та всё также оставалась абсолютно невозмутимой.

Марта взяла край фаты и легким движением закрыла ею лицо девушки — невеста была готова. По плечам Розалии прошлась холодная дрожь, когда взглянула на себя в образе невесты, ведь совсем скоро она официально станет женой графа Рагнара Ярла.

— Мы вас оставляем, — оповестила Марта. — Ожидайте здесь, мисс Розалия, совсем скоро за вами придёт Его Сиятельство.

— Я тоже пойду, милая, — подхватила мама. — Мне нужно быть с гостями. — Миссис Ларс подошла к дочке, осторожно приобняла её, — ты у меня красавица! — ласково добавила, а затем покинула покои невесты вслед за слугами.

Только дверь закрылась, Розалия взялась за голову и понурилась. Глухой стон грусти вперемешку с всхлипом вырвались из её уст. Отчаяние опустилось дымчатым туманом. Морально тяжело бороться с чувствами, когда сердце рвалось к Рихарду, а разум твердил: “Забудь”. Сегодня будет точка невозврата. Если до этого дня она допускала мысли о фон Норде, а в душе тлела надежда, что он придёт, то после заключения брака Розэ обязана навсегда выкинуть анкора из памяти.

…Еле уловимый скрип двери, за которым последовал характерный звук, закрывающегося замка на засов. Розалия оцепенела и, с нарастающим чувством паники в груди, подняла глаза на зеркало. В отражении за её спиной у двери стоял… Рихард фон Норд. Девушка не могла в это поверить, тотчас обернулась с уверенностью, что образ анкора растворится рябью, но он оставался там. Подняла фату, встала со стула и внимательно вгляделась в Рихарда. Он был словно произведение искусства: вроде близко перед ней, но при этом непостижимо далеко; подобно знаменитой скульптуре очень давний эпохи, к которой было нельзя прикасаться.