— Чтобы я не слышал о фон Норде, и чтобы ты даже не думала о нём! Но что делаешь ты? Пишешь Рихарду душераздирающее письмо, еще и моих людей просишь отправить. Запомни, Розалия, здесь никого нет на твоей стороне, — сделал паузу, а потом, словно отрезал: — нашему договору конец.

— Что? — я вздрогнула.

Рагнар вернулся за стол, кинул письмо и уже там повторил:

— Конец нашему договору, Розалия. Думаешь тебе всё всегда будет сходить с рук? Я сейчас же отправляю тебя обратно в Северное графство, а потом, готовься, всё королевство узнает о твоей распутности. И мне плевать, что с тобой будет.

— Нет, граф, не надо…, — я кинулась к его столу, опираясь руками на край. — Простите мне эту глупость…

— Сколько ещё лжи я должен проглотить? Сколько должен закрывать глаза? Почему ты так эгоистична, Розалия? Мир не крутится вокруг тебя, и терпеть твои жалобы о том, как же всё несправедливо, никто не будет. Отец выбралменятебе в мужья, не Рихарда. Ты должна была смириться. Таков наш мир! Но как поступаешь ты? Игнорируешь законы, традиции, спишь с другим, подставляешь своих родителей… и абсолютно не задумываешься о последствиях. А надо бы! Знаешь… за свои поступки нужно нести ответственность. И ты её понесешь! Прикрывать тебя я не стану. На этом всё… пошла вон!

— Рагнар, нет…

— Пошла вон. И вещи свои собрать не забудь. Ты сегодня же возвращаешься!

Слушать бы он не стал… всхлипнув, я повернулась на пятках и покинула его кабинет, потом направилась в покои… чтобы собрать сумки.

На меня плачущую косились все слуги. Особо наглые даже останавливали и любопытствовали о том, что случилось. Я молчала, разворачивалась и уходила.

В покоях дала себе волю выплакаться. Проклинала того почтальона! Хотя должна ли? В первую очередь мне следует злиться на себя.

Рагнар прав, ответственность за свои поступки нужно нести, а я слишком удачлива, раз мне всё сошло с рук, особенно история, когда меня застукали с другим мужчиной! Если бы не Рагнар… страшно подумать, чтобы со мной было и куда бы сослал отец. На самый север на тяжелые работы или же… в бордель?! Даже не знаю, что хуже.

Уйди я с Рихардом… весь удар бы пал на родителей: позор, осуждение, критика. Папа бы точно потерял работу. Родители бы оказались на улице. А им никто бы никогда не помог.

Рагнар во всем этом хаосе стал ангелом: простил, защитил, принял… А я так ужасно поступила. Но иначе не могла. Уж не виновата, что полюбила другого. Насильно мил не будешь. Вот только задумываюсь и спрашиваю саму себя: «А кому нужна та “любовь”?! Если сейчас родители упадут вместе со мной в самую бездну…»

Утерев слезу, взяла очередное платье и сложила в сумку, потом всхлипнула, ведь страшно подумать, какое ужасное будущее меня теперь ждет из-за моей глупости и неблагодарности!

Хоть вещей немного, но собирала их до самого вечера. Быстро не получалось: много раз я просто так замирала на месте, вглядываясь в одну точку. Это опустошение. Внутреннее отчаяние.

В дверь постучали. Я удивилась, крикнула: “Войдите”, но кто-то за дверью лишь подёргал ручку и всё. Видимо, случайно закрыла, а сама не заметила. Пришлось подойти и открыть самой. Тут же замерла, когда встретилась глазами с Рагнаром. Граф посмотрел на меня с какой-то болью. Печально выдохнул.

— Мои сумки готовы, — еле слышно оповестила я.

— Что есть такого особенного в Рихарде, чего нет во мне?! — обречённо спросил он.

Не ожидала такого вопроса, потому растерялась. Рагнар чуть приоткрыл губы и пошел на меня. Я машинально отступила. Затем еще раз. Ощутив спиной стену, вздрогнула.

Граф подошёл совсем вплотную, а через секунду неожиданно поцеловал. Всё произошло стремительно, я и не поняла сначала, но потом поддалась, разрешая уводить себя в танец и скоро поцелуй превратился в настоящую страсть. Я несмело обвила руками его шею, Рагнар тут же прижал меня к себе сильнее, увеличив напор. Теперь это был требовательный поцелуй. От его прикосновений по коже забегали мурашки. Хотелось быть еще ближе. Нравилось ощущать страсть, агонию, желание.

Я не осознавала до этого, как сильно меня тянуло к нему. Мне его было мало. Словно поцелуй — укол наркотика, я пристрастилась и стала зависимой от него.

Рагнар оторвался от губ и начал жадно покрывать мою шею поцелуями. Покусывал, оставляя свои метки. Ноги стали ватными. Я обмякла в его сильных руках. Мужчина подхватил меня, удерживая осторожно за талию, направился к постели.

Нависа надо мной и снова поцеловал. В нос бил запах его тела: приятный, чуть терпкий; я блаженно вдыхала его. Вдруг меня захлестнуло волной несдержанного желания, я потянулась к пуговицам на его камзоле. Наблюдая за мной, как хищник, Рагнар мне помогал и скоро моему взору открылось красивое, мужское, мускулистое тело. Граф, в свою очередь, начал раздевать меня. Было не по себе, но я слишком сильно хотела его.