Вчера был последний день “Багровой смерти”, которая, одаривая анкора адскими муками, взамен награждала свободой от уз к человеческой девушке. Тоска исчезла навеки. Сегодня первый день, когда он снова увидел Розалию. Дикое притяжение к ней дало графу понять, что даже без этих уз, он по-прежнему её любил, словно и глотка эликсира не сделал. По телу Рихарду прошла волна дрожи, он сглотнул нервный ком в горле и с грустной полуулыбкой произнес:

— Поздравляю с днём свадьбы.

Розалия опустила глаза на мгновение и заморгала, дабы хоть как-то остановить поток слез, а затем с болью в голосе ответила:

— Благодарю вас, — после недолгой неловкой паузы, спросила: — почему вы здесь?

Анкор достал из внутреннего кармана приглашение:

— Граф Ярл меняличнопригласил.

— Понятно, — сухо процедила девушка.

Она старалсь держаться холодно, но огонь в глазах никак было не спрятать. И Рихард фон Норд прекрасно его видел. Ухмылялся с наивности Розэ, плохая с неё актриса. Сделал шаг к ней — та дёрнулась. Как и прежде перед Рихардом она была абсолютно уязвима. Мужчина остановился перед ней, скользнул томно глазами и сказал:

— Выглядите просто роскошно.

Дрожащими пальцами Розэ сжимала юбку платья, роняя тихое:

— Спасибо.

Фон Норд подушкой пальца приподнял подбородок возлюбленной.

— Почему глазки такие грустные?

Изумрудная радужка заблестела. Не от счастья, а от поступивших слёз. С уст сорвалось:

— Вы знаете…

Граф горестно улыбнулся, затем прикусил нижнюю губу и, сложив руки на поясе, бросил:

— Вы сами выбрали свою судьбу, мисс, — поднял тяжелый взгляд. — Чем же недовольны сейчас?

Розэ возмущенно вздохнула. Сдерживая слезы, отвернулась и уронила прискорбное:

— Да, вы правы!

Фон Норд издевательски ухмыльнулся, а затем взял возлюбленную за руку и рывком повернул к себе. Мгновение и она стояла в его объятиях. Анкор шептал практически в губы:

— Я скучал.

Слёзы тихо потекли с глаз, она горестно с болью спросила:

— Тогда почему не приходил? — даже перешла на “ты”. — Знаешь ведь по какой причине я ушла с Рагнаром. Сама этого не хотела…

— Знаю.

— Но тогда… — хотела кинуть очередной вопрос, но граф, перебив, уже отвечал сам:

— Я не приходил, потому что не мог… — сожалеюще посмотрел на Розалию. — Не рассказывал тебе раньше, но… я ощутил в тебе пару. Давно. С нашей первой встречи. — Девушка покачала головой, словно не верила. Анкор улыбнулся: — да, прям как мои предки много веков назад, — улыбка сменилась отчаянием, — когда ты уехала с Рагнаром… на меня опустилась тоска. Это происходит на инстинктах, и я не мог её контролировать. Пришлось идти на крайние меры…

Фон Норд поведал о том, что пережил. Говорил немного, в основном вкратце. Признался, что принял древний эликсир, дабы избавиться от мучительных уз, а потом, заметив испуганные глаза Розалии, нежно уточнил:

— Я избавился от уз тоски. Однако, по-прежнему… люблю тебя.

Сердце белокурой девушки забилось сильнее. Она радостно заулыбалась и, не в силах бороться с эмоциями, поцеловала. Граф тотчас ответил. Поцелуй, который не похож ни на какой другой. Было не просто наслаждение — эйфория. Каждое прикосновение вызывало мурашки.

Кажется, словно сердце имеет собственную память, ведь истинные чувства никогда не умирают. Они въедаются под кожу, в кровь, в душу; никогда не угасают, а отзываются лишь на прикосновения поистине любимого человека.

Граф оторвался и, обрывисто дыша, сказал:

— Розалия, то, что произойдётв будущем, будет зависеть от твоего ответасейчас, — взгляд помрачнел. — Ты хочешь быть моей или… свыкнуться и жить так, как хотели родители?!

— Снова предложишь мне сбежать?! — после недолгой паузы с иронией спросила Розалия.

Граф мягко улыбнулся:

— Нет, мисс. Больше не поставлю вас перед выбором, как в прошлый раз. Обещаю! Поэтому, к сожалению, выйти замуж сегодня придется, но считайте это фиктивным браком, — подмигнул. — Сейчас я разрабатываю план, в будущем который, поверь, не принесёт позора ни тебе, ни твоей семье.

Розалия с подозрением сузила глаза:

— Что ты задумал, Рихард?

— Просто ответь: ты хочешь быть со мной или с Рагнаром?!

Сначала девушка замешкалась, а потом едва слышно прошептала: