— Мне можно выходить? — спросил Вереней.

— Да, — ответил Верховный, разглядывая карту. Леший подлетел к нам.

— Так, вот смотри, это твое место последнего пребывания, ну, и, видимо, там ты и умер, — Горден пальцем указал на зеленый островок на карте. Вереней склонил голову, внимательно разглядывая местность.

— Горден, а как ты нашел это место? Что это за заклинание? — спросила я.

— Есть определенный ритуал считывания ауры. Так вот у духа аура еще не свернулась, и вполне себе можно было считать с нее. В том числе память о месте пребывания, где обитал человек, ну, или в нашем случае леший.

— Это потрясающе, — приложила руки к груди я, рассматривая Гордена. — А это далеко? Где лес Веренея?

— Вот здесь, — ткнул пальцем Горден куда-то на карте. Я замялась.

— Я ничего не понимаю в этих изображениях.

— Близко, часа два езды отсюда.

— Правда? — тут же оживилась я.

— Да, и Вереней уже летит туда, — взглянул на лешего Горден.

— Да-да, конечно, — закивал Вереней, тряся бородой.

— Горден… ну это же всего в двух часах езды отсюда! Давай проводим Веренея. Вдруг там нужна будет наша помощь?

— У нас дела и очень важные, Марика, — строго ответил Верховный, убирая карту в карман.

— Ну, пожалуйста, совсем же это не далеко. А потом можем ехать без остановок, — канючила я. Горден вздохнул, посмотрел на солнце, что еще сияло высоко в небе и не клонилось к горизонту.

— Хорошо, Марика, мы отвезем Веренея.

—Уи! — и я запрыгала от радости.

— Спасибо, сынок! — разулыбался щербатым ртом Вереней, на что Гордон лишь кивнул.

Глава 22

Вереней беспокойно выглядывал из окна кареты, и его борода от волнения мелко подрагивала. Мы ехали по лесной дороге в сторону, куда указала слепок ауры лешего.

Вокруг шумел лес, радостно пели птички и все, казалось, умиротворенным. И вдруг наступила тишина. Я сначала не поняла. Привычные звуки жизни леса прекратились, а на душе стало нехорошо, комок жуткого предчувствия подкатил к горлу. Лицо Веренея вытянулось, а его руки затряслись. Я выглянула в окно и увидела лес. Вернее то, что от него осталось. Черная, будто обугленная после страшного пожара земля, без ковра травы. Черные стволы деревьев, словно все мрак пожрал, без листвы и веток, и давящее чувство опасности заставляло сердце замирать.

— Что это? — прошептала я. Мне никто не ответил.

Вереней пулей вылетел из кареты. Горден приказал остановиться и вышел. Он подошел к кромке леса, рассматривая внимательно округу. Между мертвым лесом и трактом словно лежала разделительная линия: свет и мрак, белые и черные тона, радость жизни и прах смерти. Я подошла к Верховному магу, с опаской поглядывая на мертвый лес.

Вереней плыл между остовами деревьев, стараясь к ним не прикасаться. Потом остановился и завыл… Страшно, жутко и так, тоскливо, словно разом потерял все в жизни. Я вздрогнула и вцепилась в руку Гордена.

— Здесь был пожар? — спросила у мага, заглядывая в его хмурое лицо.

— Нет, это не пожар, — покачал он головой. — Это что-то магическое убило все живое.

— Так Вереней здесь погиб? — вглядываясь в сгорбленную фигуру лешего, спросила я.

— Похоже, что да. На карте именно это место обозначено.

Мы долго стояли и смотрели на муки лешего, на его бесконечное горе и боль утраты.

А потом заметила, как по тракту в нашу сторону шла женщина. Когда она приблизилась, то я разглядела, что на вид ей было лет пятьдесят, в цветастом платье и шерстяной жилетке, стоптанные ботинки на ногах и котомка за плечами. Ее глаза цвета свежевспаханной земли смотрели на нас внимательно. Лоб женщины пробороздили тонкие поперечные морщины, а ее кожа потемнела от солнца, она явно проводила много времени на воздухе.

— Доброго дня, путники! — поприветствовала она.

— Здравствуйте, — ответила ей. Она встала возле нас и приложила руку козырьком ко лбу, разглядывая раскачивающегося Веренея между мертвыми деревьями.

— Пришел, значит, — покивала она головой.

— Вы знаете Веренея? — удивилась я.

— Знаю, — кивнула она. — Вереней! — Крикнула женщина и тот обернулся, прищурился подслеповато, а потом в одно мгновение ока оказался рядом с нами.

— Звельга! — воскликнул леший.

— Привет, старый. Что, вернулся? Так и знала, что не успокоишься, — по-доброму усмехнулась она.

— Что здесь произошло? — спросил Горден у женщины.

Она печально вздохнула.

— Некромант-недоучка проклятый случился на наши головы. Я знахарка местная, живу в лесу. Вереней тут лес охранял, и все хорошо у нас было, ладно. Вереней хороший хозяин, обо всем заботился. И тут ехал домой, значит, после окончания учебы некромант. Не знаю, закончил он академию свою или нет, но молодой и дурной оказался. Решил он испытать свою силу. Думал, что почувствовал здесь старое захоронение и решил поднять в качестве практики нежитей, потренироваться и думал, что тут же их упокоит. Ага, не тут-то было. Недоуч этот не понял, не кладбище здесь было, а страшное упокоено — хильг.