— В смысле я оборотень. Это так странно, но прикольно. Когда крылья в полете расправляешь…

От чужого откровения перехватывает дыхание, а сердце в груди частит, словно куда-то торопится. Лука слушает внимательно, Алиса видит, каким интересом светятся его глаза и немного завидует… как и Косте. Хотя последнего понимает, вторая ипостась это… Удивительно и завораживающие. Звериная сила в человеческом теле. Выносливость, обострённое восприятие…

— Он тебя достал своими россказнями? — перегнувшись через освобожденный от коробки стол, интересуется Алиса. — Не один вечер, наверное, трещит?

— Нет. У нас оно одно на двоих, — а потом без перехода обращается к Луке, благо Костя снова схватился за телефон, на мгновение замолчав. — Так зачем мы такие особенные «Бастиону»?

— Защищать страну и людей?

— На это есть солдаты и полиция.

— А они всесильны?

Алиса ёжится от чужого тона. По поджатым губам и нахмуренным бровям видно, что Макар ступил на запретную территорию.

— Они могут сделать многое.

— Но не всё. Далеко не всё.

Адиса уже открывает рот, чтобы остановить их, хотя не знает как. Слишком опасно. Кажется, скажи что не то и рванёт одного или другого, хотя и не совсем понятно почему. Однако сказать так ничего и не успевает. Костик оказывается быстрее и, похоже, даже не понимает, что переносит возможный удар на себя, ляпая:

— Да ладно вам. У Америки команда Мстителей и Люди Икс, а у нас будет своя. Круто же!

— Ещё какие-то вопросы будут?

Расслабляясь, уточняет Лука. Видимо Костя, сам того не подозревая, согнал их с опасной тропы.

Вопросы были. О «Бастионе», о предстоящих тренировках и плане действий. На что мог, Лука отвечал, только, как оказалось, знал далеко не всё.

— Слушай, а у нас будет, как у Бэтмена знак?

Алиса давится заказанным в процессе разговора чаем. Кашляет, морщась от попавшей в нос жидкости, тогда как Костя продолжает пояснять, что имел в виду, хотя это лишнее:

— Ну, в смысле луч прожектора в ночном небе или там что-то типа…

— Мы поняли, Кость. Но нет.

— Почему? А как нам узнавать, что кто-то в беде? А патрулирование улиц будет?

— Нет.

— Да ладно?! Какая ж мы тогда команда супергероев?

— А много Мстители твои любимые патрулировали город? Или Люди Икс? — переводит на себя активность брата Макар, так что Костя на мгновение тушуется, прежде чем отразить удар недовольным:

— Человек-паук так и делал.

— Мы не Человек-паук, мы пока что профаны.

Алиса в разговоре не участвует. Гораздо легче удерживать тайны при себе, когда молчишь и не привлекаешь внимание. Тем более что разговор получил довольно забавное направление и наблюдать куда как интересней.

И информативней.

— У меня есть крылья и когти, и я вполне могу патрулировать город. Ну, или хотя бы район, — шёпотом возмущается Костя, недовольно зыркнув на брата. Однако тот в его сторону даже не смотрит, видимо найдя за спиной что-то более интересное.

Алиса тоже оглядывается, но рядом с ними всё ещё никого нет и некому подслушать этот странный разговор.

«Если, конечно, поблизости нет призраков» — поправляет себя Алиса. Как бы странно не звучало признание Луки почти в самом начале, но она ему верит. В сложившейся ситуации вообще трудно поступить иначе.

Однако лицо Луки не меняется, оставаясь всё таким же равнодушным, словно они тут о погоде говорят, а не о…

— Могу, — Костя недовольно сверкает глазами в сторону брата, словно тот что-то собирается сказать, и Алисе кажется, что на мгновение чужая радужка наливается желтизной. Однако стоит лишь моргнуть, и цвет чужих глаз оказывается прежним. Никакого намёка на желтизну. Только Костя успокаивается немного и смотрит уже в сторону Луки. — Честно! Вчера спас девушку от воров.

— И вернулся с подбитой лапой. Мистер супергерой, — всё-таки открывает рот Макар.

Костик тут же вспыхивает, недовольно поджимая губы.

— Подумаешь, слегка задели.

— Ты летал по городу?

Алиса удивляется реакции Луки. Тот даже вперед подаётся, словно нашёл что-то интересное или, судя по лицу, возмутительное.

«А что такого? Сова в городе ничем не хуже лисицы. Вторую ипостась надо выгуливать хоть иногда» — Алиса по себе знает. Иначе зверь внутри начинает ощущаться сильнее. Она тоже его чувствует, порой ловя себя на том, что хочет опуститься на все четыре лапы, а кончики пальцев эфемерно зудят от желания почувствовать шершавую поверхность асфальта и процокать по нему крепкими когтями.

Особенно остро это начинает ощущаться сейчас, после несколько странных манипуляций.

Алиса красочно представляет, как перекинется дома, когда в сознание врывается следующий вопрос Луки:

— Как давно ты изменился?

Лёгкое чувство превосходства окрыляет, а с губ едва не слетает: «Конечно с детства!». Только вот чужой ответ быстро спускает с небес на землю, вводя в ступор:

— Около недели-двух где-то.

«Как?! Не может такого быть! Фильмы всё врут, оборотничество врожденная, а не приобретаемая способность!»