— Кристен не принимала «нет» за ответ, вот и все. — Я дернул галстук. Его хватка на мне была похожа на петлю.

Шив вздохнула с отвращением. — Ах. Она настойчивая.

— Да, — сказал я. — Я скажу ребятам, что ей нельзя приходить к нам домой. Это вышло из-под контроля.

Хотя я рисковал ткнуть медведя, если бы сделал это. У Кристен действительно была копия? Если да, то я не хотел ее злить. Мне нужно было как-то захватить его и уничтожить.

— Меня устраивает. — Она кивнула. — Никогда она не нравилась. Не хочешь пойти с нами в «О'Коннор» выпить?

Не шанс. У меня слишком сильно кружилась голова, чтобы вести светскую беседу. Бросил бы Бейли мою задницу, если бы это стало известно? Кто захочет встречаться с парнем, у которого повсюду циркулирует секс-видео? Особенно такой. Секс втроем, пока я накуривался? Хорошо выглядишь, Картер.

— Спасибо, но я думаю, что сегодня вечером я успокоюсь.

— Хорошо. — Ее брови нахмурились, и она задержалась, все еще с беспокойством изучая мое лицо. — Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится, хорошо?

Как машина времени?

— Я буду. Спасибо, Шив.

На следующий день на рассвете я почти три часа ехал на встречу со Стюартом, отцом Далласа, судебным исполнителем. Он не только подошел ко мне в последнюю минуту, но и отказался брать с меня плату за свое время. Черт, я бы с радостью заплатил его безумную тысячу долларов в час или сколько бы он ни брал, если бы у него была законная волшебная палочка, чтобы все это исчезло.

Мне нужно было поговорить с Бэйли. В конце концов, поговорю с Бейли. Но сначала мне нужно было разобраться в ситуации и возможных последствиях. По крайней мере, тогда у меня будет больше информации, когда я скажу ей.

Едва втиснув свой грузовик в отапливаемый подземный паркинг, я поднялся на лифте на тридцать первый этаж. Меня приветствовала табличка из нержавеющей стали на стене с надписью Ward, Myers, and Trenton LLP.

Я не был в офисе адвоката, так как мы должны были решить все юридические вопросы, связанные со смертью моего отца. Тогда это была массовая чушь. Папарацци ночевали возле нашего дома, моей школы и даже домов моих друзей.

Постоянная легкая тошнота, которая у меня была со вчерашнего вечера, усилилась. Я не хотел переживать это снова, но мог бы, если бы это стало известно.

Блядь.

Может быть, мне следует поговорить с мамой, но этот разговор мог оказаться еще хуже, чем тот, который мне нужно было вести с Бэйли.

Помощник Стюарта провел меня в его массивный угловой кабинет. Окна от пола до потолка открывали панорамный вид на город и окрестности. Одетый в костюм, внушительная фигура Стюарта сидела за своим стеклянным столом. Он помахал мне рукой, не отрываясь от разложенных перед ним бумаг.

— Спасибо, что встретились со мной в такой короткий срок. — Я села в гладкое кожаное кресло напротив его стола и скрестила лодыжку с коленом.

— Не проблема. — Стюарт перетасовал бумаги на столе и отложил их в сторону. Он взглянул на меня и, сцепив толстые пальцы, склонился над столом, нахмурив брови. — Даллас сказал, что у вас в руках ситуация девять один один. В чем дело?

Если бы я только знал.

— Я не уверен. Там могут быть… картинки. Меня. Компрометирующие картинки. Или, может быть, видео. — Мой желудок сжался, как будто произнесение слов каким-то образом сделало его более реальным.

Он кивнул.

— Содержат ли они какие-либо несогласованные действия? Потому что, если они это сделают, вам понадобится другой адвокат. Я могу направить вас к адвокату по уголовным делам.

Я вздрогнул. Он серьезно спрашивал меня об этом? В ответ на мою физическую реакцию выражение его лица смягчилось, превратившись из делового в сочувственное.

— Я должен спросить, — успокоил Стюарт. — Прикрытие баз. Ничего против тебя, сынок. Я бы спросил Далласа о том же.

— Ничего подобного, — сказал я. — Но я не давал согласия на запись, если это имеет значение.

В моей руке зазвонил телефон. Это было сообщение от Бейли. Чувство вины захлестнуло меня. Я отклонил сообщение и перевел звонок на беззвучный режим.

— Вы знали об этом в то время?

— Что-то вроде. Я поймал девушку с включенной камерой телефона и разозлился. Она сказала, что удалила его. Я так и думал. Но я был довольно, ммм, пьян.

Стюарт делал пометки в лежавшем перед ним блокноте, затем снова поднял глаза. — Запись сексуальных действий кого-либо без его разрешения является уголовным преступлением.