Схватив Дженнифер за руку, бросился вовнутрь. Почувствовав погоню, я обернулся и увидел не унимающегося Гавриила.

— Порядок будет, демон, а ты послужишь топливом для революции, твою смерть воспоют в веках…

— Я вне политики, вне статусов, верю только в силу и боль, а теперь ещё и в любовь, — проговорил я и портал выплюнул нас с Дженнифер на берег океана.

Готовый к атаке и к её отражению, я, развернувшись, никого не обнаружил и облегчённо вздохнул. Амулеты делали своё дело. Повернувшись к рыдающей Джен, я крепко обнял её, вдыхая солёный запах, тонкой шёлковой нитью вплетавший в себя розовый цитрусовый. Мы оба хохотали, скорее от нервов, целуя друг друга, чувствуя нахлынувшую усталость и ощущая счастье.

***

Тем временем.

Валенсио неторопливо, положив руки в карманы брюк, брёл по темной аллее рядом со Дворцом справедливости. Сатана оставил его и теперь сам, лично спустившись на землю, разыскивал свой единственный козырь на выживание — демона Солидафиэля, ведь тёмную часть души монстра Медия он уже потерял.

Он присел на скамейку и устало вздохнул. Почувствовал, что рядом кто-то сел. Валенсио повернулся и увидел архангела Гавриила.

— Я сделал, что мог, — растерянно проговорил он.

— Я знаю, демон, успокойся, — усмехнулся небожитель и скользнул взглядом по Валенсио, — Сатана зря тратит свои нервы, он не найдёт их, им помогли, наверняка это амулеты. Сейчас только время поможет, надо ждать.

Валенсио открыл было рот, но Гавриил опередил его, быстро и жёстко произнося:

— За себя не беспокойся, все мои слова в силе, как только я сяду на трон Творца, ты станешь новым хозяином ада.

Демон склонил голову перед архангелом, улыбаясь.

Перемирие. Часть первая. 1

Я шёл по кромке берега, и ноги ласкал солёный океанский прибой. На моей спине дремала Дженнифер, каштановые кудряшки безудержным каскадом нежили мои острые скулы, розовый цитрусовый запах приятно щекотал нос, подводя к мысли скорее найти место для отдыха. Амулеты даровали нам свободу от неба и возможность скрыться, забрав некоторые мои качества: нет, я не стал человеком, это не изменило моей демонической сути, материализовав меня. Но я был рядом с ней. Остальное же тонуло в её нежных руках, что были сейчас на моих плечах.

Я остановился и осторожно, за бёдра, стараясь не разбудить, начавшую сползать Дженнифер, подтянул мою желанную ношу чуть вверх. Однако она проснулась и я, повернув голову, виновато посмотрел в её ещё сонные глаза и сразу получил быстрый поцелуй в нос, щеку, и объятия, от которых жар разлился по всему телу, нежно сжавшие мои крепкие плечи и грудь.

— Устал, рыцарь? — спросила она чуть хрипло, хохотнув и снова целуя, только уже в шею.

— Нет, но ещё немного, если ты продолжишь и дальше, то я за себя не ручаюсь, — прохрипел я и ускорил шаг.

— Обожаю когда ты не можешь поручиться за себя, — улыбнувшись, проговорила чертовка и снова поцелуй в шею, от которого мурашки разбежались, заставляя кровь быстрее нестись по телу.

— Джен… — обречённо произнёс я, вновь получив дорожку поцелуев в шею.

— Это стимул, — шепнула она, хохотнув, — так ты быстрее найдёшь, где нам можно передохнуть.

— Ты слишком хорошо знаешь меня, — улыбаясь, произнёс я и ещё раз подтянул девушку вверх.

— Ага, как и ты меня, — и снова, сводящие с ума нежные прикосновения и поцелуи, хриплый смешок и объятия. — Кстати, куда мы?

— О, неужели Дженнифер начала думать, — теперь пришла моя очередь смеяться.

— Ты несносен, демон, — обиженно, но сквозь негатив чувствовался смех. — Отпусти меня, хочу пройтись.

— Нет, — с лёгким смешком произнёс я.

— Почему? — искреннее удивление в голосе, я заглянул через плечо и увидел, как качнулся её изумруд, широко улыбнулся, — так безопаснее для тебя и окружающих, — я смеялся во весь голос.

— Ах, ты так? — её возмущение пополам с обожанием. — Тогда я вот так, — снова нежные поцелуи, превращающиеся в требовательные, сама завелась: лёгкие нетерпеливые движения бёдрами — как ответ на моё их требовательное сжатие, обоюдный взгляд — страсть, разбившая всё в наших мирах, соединившая вопреки.

Она вжалась в меня, крепко обняв за грудь, и я поцеловал её, сплетая языки, сминая соблазнительные губы, в ответ получая не меньшую страсть.

Мы оторвались друг от друга, нехотя и с сожалением. Я отпустил её на горячий песок, она прильнула ко мне и снова безумное закручивание в бешеном вихре наших энергий: темно-огненное, танцующее на песке, пока мы целовались, забыв обо всём на свете. Желание было готово перерасти в страсть, которая напрочь снесла устои обоих наших вселенных, которые не при каких обстоятельствах не могли соприкоснуться. Но в нашей паре умел останавливаться только я. И оторвавшись от неё, крепко обнял и почувствовал сплетение ласковых рук на спине.