Среди построек этого города была обнаружена одна, которая называлась «Церковь Аббарона». И видения прошлого показывали, что этот самый Тонон раньше был прислужником в этом деле, но потом ему надоело играть роль религиозного руководителя, так что саткар занялся горнодобывающим делом. Как сказал Бэйн, Аббарон – это один из великих саткаров, которому поклоняются другие саткары. Как видно, этот Аббарон грезил собрать себе приспешников, чтобы ему поклонялись, как богу. Однако это же и показывает, что из людей получаются плохие служители. До самого падения Ан’тураата Церковь Аббарона пустовала, а теперь она обратилась одним из монолитов величия бессмертных.

Итак, последний город, отделявший нас от нападения на столицу, пал. Теперь курс был взят на Лордиалех. Деревни Верхняя и Нижняя Тха опустели. Все жители, внемля повелению вирана, убрались в столицу. Так что сила Пустоты Бэйна уже превратила их в некрополисы, где обитают тьма, ужас, холод и смерть. А пока шурайи, призраки Заветной поляны и все остальные бессмертные стягиваются к стольному городу, сам Бэйн и четверо его учеников ринулись на погосты Могильного леса. Те, кто раньше проживали и строили этот огромный город, восстанут, чтобы принять участие в его сокрушении. Влад же, приняв облик белого чародеи, устремился первым туда. Причин для этого было две. Первая заключалась в том, что поле начала вторжения в столицу за стенами города уже будет один из бессмертных. Вторая была немного глубже. В планах великого имелась задумка, по которой бессмертные проникнут в общество живых, примут их обличие, а также станут вести себя, как они, чтобы бессмертного нельзя было отличить от живого. Сейчас, конечно, в этом не было необходимости, однако начать познавать эти грани можно уже сейчас. Влад, как имевший в себе частицу света, более всего подготовлен к этому. Опыт, полученный в Ан’тураате, дополнится тем, который он приобретёт сейчас, и каждый бессмертный, в конце концов, будет опираться на него.

За последнее время структура Лордиалеха немного дополнилась. Место, где река Тха втекает в город, было укреплено. Теперь там не зазор, а сплошная стена. Также сами стены сделались толще, в них образовались бойницы, откуда стражники могли следить за ситуацией снаружи, а лучники посылать свои стрелы во врага. Сами стены были объяты магией, которая подбавляла прочности, так что их было сложно сломить. Всё это Влад сумел вызнать, только лишь представ перед высоченными вратами. Он хотел подобнее рассмотреть структуру магии, оберегающей город, однако его окликнул стражник из ближайшей бойницы: «Эй, как тебя зовут? И откуда ты пришёл?» Влад сразу нашёлся с ответом: «Эй, привет! Я – Влад! И бежал сюда из Кандарока! Белая башня там пала, но мне удалось спастись от этого безумного нашествия. Ориентируясь по эфиру, я понял, что белая башня Лордиалеха продолжает стоять, а потому прибыл сюда окольными путями. Как вам удаётся сдерживать всю эту нежить?» Рядом со стражником стоял другой беломаг. Он не показывался, но Влад знал, что он там. Чародей подсказывал, что говорить, а мужчина передавал эти слова: «Сначала ответь на вопрос: сколько арверов в Конрейдском посохе?» - «Прости, я не знаю этого артефакта» Стражник отвечал: «Хорошо. Сейчас открою» Пока створы расходились, с них была снята магическая завеса. Влад вошёл в приоткрытую щель, после чего врата начали затворяться. Столица претерпела разительные изменения. Гостевой район превратился в поле битвы: катапульты, требушеты, многозарядные баллисты, передвижные крепости – и все обращены наружу, чтобы отражать осаду. Меж ними были развёрнуты переносные кузни, палатки врачевателей, лаборатории алхимиков, многочисленные ящики, в которых были уложены готовые к использованию оружия как дальнего, так и ближнего боя. Чуть дальше стояли накопители эфира, кристаллы маяка света, а также развёрнуты небольшие ритуальные спирали. Над всем этим полем нависал так называемый тарнэдор. Слово придумано чародеями и перевода не имеет. Тарнэдор – это своего рода разветвитель магии. Чародей вводит в него эфир и внутри этого устройства материализует его. Тарнэдор увеличивает магическое воздействие на такое количество, которое пожелает чародей, но при этом он сведёт к минимуму все потери от такого разветвления. Да, выгоднее всего использовать это магическое изобретение так, чтобы разветвлять поток на как можно большее количество. Тогда потери будут настолько малы, что практически незаметны. Но это уже зависит от самого чародея. Если он силён, если он может разделить своё сознание на великое множество частей, а после уследить за всеми ими, то эффект будет ошеломительным. Один маг сможет создать целый дождь из нескончаемых потоков своей магии. Конечно, те, кто обитают в этом мире, навряд ли способны в полной мере использовать могущество этого изобретения. Однако это всяко лучше, чем просто идти в бой и пользоваться собственными силами. Тем более, что все чародеи уже давно обленились и не способны пользоваться своими разумами, чтобы сотворить нечто уникальное. Так пусть хоть это за них делают инструменты, которые они сотворили. Для тарнэдора нет какой-то конкретной формы или конкретного вида, но здешние чародеи сотворили его в облике огромной человеческой головы, на чьём лице рисовалось негодование. Уж не известно, кого они собрались пугать этой физиономией, однако против нас по понятным причинам это не сработает. Здесь также было много воителей и чародеев. Простые люди либо тренировались, либо осматривали свои осадные орудия, либо просто разговаривали друг с другом. Адепты белой, а также иллюзорной башен либо осматривали свои устройства, либо поддерживали магические барьеры. К Владу спустился маг, который был на стене. Адепт ещё не закончил испытывать новоприбывшего. Где-то там, на стене стоял один иллюзионист, и прямо сейчас он насылал различные иллюзии, чтобы посмотреть реакцию. Влад принялся быть немного растерянным. Беломаг немного помолчал, разглядывая зордалода, а тот всё время озирался. После этого чародей в светлом спросил: «Как вы допустили падение белой башни в Кандароке?» Немного выждав, Влад обернулся к нему и переспросил: «Прости, что?» - «Я спрашиваю, как вы допустили, что башня в Кандароке пала?» - «А-а-а-а… - Влад снова стал озираться, - Их было много. И… и они появились буквально из ниоткуда. Мы защищались. Мы…» Собеседник подловил его паузу: «С тобой всё в порядке?» Чуть помолчав, не переставая оглядываться, Влад отвечал: «Да, всё хорошо. Просто…» - «Что, просто?» - «Просто… не знаю. Мне, наверное, уже мерещится после всех этих жутких лиц, измождённых страданиями и жажды крови. Жуткое зрелище» Беломаг подал незримый сигнал своему помощнику, после чего тот перестал насылать видения, а чародей белой башни отвечал: «Ничего, бывает. Сходи, прогуляйся по Лордиалеху, проветрись. В последнем оплоте света и жизни угрюмые мысли мигом рассеются. Найди архимага – и он подскажет тебе, чем ты можешь быть тут полезен» - «Хорошая мысль. Спасибо» После этих слов Влад устремился вглубь столицы.

Прекрасный город изменился до неузнаваемости. Сочные луга и тенистые парки, по которым раньше беззаботно гуляли жители столицы, теперь наполнены шатрами тех, кто прибыл сюда, чтобы найти укрытие от бессмертной рати. Теперь здесь стояла сплошная суматоха. Да, бедственное положение вынуждает их всех терпеть эти лишения. Те, кто проживают в Лордиалехе, потеряли былой жизненный уклад, лишились того покоя, который был у них раньше. А кому-то даже пришлось покинуть свой дом и создать неудобства своим соседям, потому что весь гостевой район был заселён воителями и чародеями. Первые использовали дома горожан для того, чтобы проживать в них, вторые же устроили в тех домах свои лаборатории. Там они хранят магические вещи и проводят различные ритуалы и эксперименты. А те люди, которые вынуждены жить в шатрах, так вовсе потеряли свой дом, оставили своё дело и, прихватив только лишь то, что смогли унести, вынуждены тесниться в таких жалких условиях. Никто не хотел погибать, а после обращаться в нежить. И можно подумать, будто бы сейчас все их души очищены от собственных грехов и пороков, что им просто сейчас не до этого. Увы, но несовершенство всё равно даёт о себе знать. После того, как все эти люди привыкли к новым обстоятельствам, к ним вернулась их ничтожность, вернулось стремление творить нечестие. Их привыкшие к скверне души уже не могут ощущать свою полноту и удовлетворения без того, чтобы не свершать привычных мерзких дел. Вот и сейчас, когда их душам ничего не угрожает, когда у них есть пища, одежда, крыша над головой, и плоть ни в чём не нуждается, приходят другие потребности. Вот Калеб, кузнец Верхней Тха. В своей деревне он обманывал людей, продавая им изделия из непрочных материалов по цене прочных. Люди постоянно приходили к нему, чтобы ремонтировать то, что сломалось, и таким образом кузнец получал от своих изделий дополнительные средства. Здесь ничего не изменилось. На передовой уже работают хорошие кузнецы, а потому он там не нужен. Но это ему даже на руку. Вместо того, чтобы обманывать воителей, которые будут биться за их жизнь, он лучше будет наживаться на простом народе. К нему приходят люди, чтобы он починил их инструменты, и, опять же, умудряется ремонтировать так, чтобы эта вещь ломалась быстрее, и говорит, что эта вещь уже ни на что не годится, так что лучше купить новую. И нигде иначе, а именно у него. Крестор из Верхней Тха был рыболовом и обманывал людей, когда продавал свой улов. У него были облегчённые гири, с помощью которых он придавала своей рыбе больше веса, чем она весила на самом деле. Даже здесь, занимаясь рыбным промыслом, он не брезгует обманывать тех, кто и так обременён обстоятельствами. Или вон, сидит у своего шатра Палтиил, а внутри чужая жена, которую он совратил. В общем, даже перед угрозой смерти этот мир остаётся всё таким же ничтожным, незаслуживающим милосердия. Незаметно для всех Влад запустил в один из шатров чёрную хворь, чтобы она медленно и незаметно развивалась внутри живых и передавалась от одного к другому, после чего в нужный час зордалод заставит эту хворь пробудиться и забрать жизни всех, кто на тот момент окажется заражённым.

Влад знал, где находится архимаг белой башни. Этот высокомерный ленгерад стоял на мосту. Вместе с другими высшими чинами он решал вопрос, касающийся речного сообщения. Влад устремил свою силу туда, чтобы услышать, о чём они разговаривают, приправив это видениями из прошлого. Сопоставив это всё, он понял, что беломаги закрыли бреши с двух сторон: с юго-западной и северо-восточной. Сплошная стена идёт сверху до низу, касаясь речного дна, так что, как говорил архимаг, нежить не сможет переплыть. Конечно, они позаботились о том, чтобы течение продолжалось – для этого в самом низу были проделаны отверстия, через которые вода поступает в город. Однако сейчас решался вопрос как раз таки этих самых отверстий, потому что на данный момент они очень маленькие, и с такими темпами река в городе пересохнет, а за городом образуется новое русло. Правда, если сделать их больше, тогда туда может протиснуться человек. А если человек, то и нежить тоже. Вот они стояли и думали, как быть. Влад не стал вникать во все их предположения и планы, потому что Бэйн решил продемонстрировать всю мощь бессмертного воинства. Рать возьмёт в кольцо половину города и начнёт прорываться, разрушая каменные стены и магические преграды, а после этого вторгнется в город и начнёт истребление. Влад же устремлялся дальше, потому что ощущал, как в стороне белой башни что-то происходило, какой-то магический ритуал или же нечто подобное, а потому он желал посмотреть на это. Отыскав укромное место в переулках столицы, он применил на себя воскрешающую силу зора и обратился бесплотной тенью и устремился к тому месту. Когда же он достиг главной площади, на которой располагались дворец вирана и белая башня, то увидел, что оплот светлых чародеев выглядел теперь не как шпиль, а как нечто, похожее на распущенный цветок. Если разделить башню на две половины, то нижняя сейчас была стеблем, когда как верхняя половина распустилась, подобно бутону. И множество чародеев что-то делали с этой постройкой. Будучи в таком обличии, Влад не мог ничего: ни разговаривать, ни читать души. А потому он снова нашёл более-менее укромное место и воплотился там. Ему понадобилось ещё какое-то время, чтобы быстрым шагом подобраться поближе к этому происшествию, так что ему стало понятно, что большинство чародеев было иллюзионистами. И только три беломага. Они использовали связь с эфиром и воздействовали на белую башню для того, чтобы превратить её в какое-то устройство, чьё предназначение сразу так и не поймёшь, потому что оно имеет множество связей с другими объектами, которые раскинуты по этому миру. А потому зордалоду пришлось проследить каждую связь. На это ушло какое-то время. И он понял, что таким образом беломаги устанавливают эфирную связь с другими белыми башнями, расположенными во всему миру. Но, продолжая рассматривать связи, тёмный чародей понял, что лордиалехская башня соединена с иллюзионистами, с тайниками, а также с чем-то ещё, что располагается западнее Шурайского леса, совсем рядом с чащобой. Пока Влад всё это разглядывал, к нему подошёл один из трёх беломагов: «Эй, ты, чего стоишь?» Влад отвечал: «Меня прислали к вам на помощь. Но я хотел бы спросить: а что это такое?» Собеседник глянул через плечо на свою распустившуюся башню и отвечал: «А вот надо внимательнее слушать учителей, когда они преподносят теорию. А то вам сразу практику подавай. Запомни раз и навсегда то, что я тебе скажу сейчас. Белая башня – это не просто здание, где мы обитаем. Это наш оплот, наша защита, это маяк нашей силы и надежды. В ней мы обретаем истинную семью, обучаемся чему-то новому и становимся сильнее. В ней мы получаем защиту и умиротворение. Белая башня – это наша подруга» - «И что?» Беломаг махнул рукой: «Да ну тебя, бездарь. Каждое новое поколение ленгерадов бестолковее предыдущего. Я что-то сомневаюсь, справишься ли ты с моим поручением? Ладно, для такого, как ты, думаю, это будет по силам. А не справишься, так на одного дурного мага в мире станет меньше. В общем, мы инициировали единство. Благо, у нас для этого и обстоятельства благоприятные, и свободных рук хватает. Соболезную другим чародеям, которые не успели взяться за это. Ладно, ты отправляйся на Остров повешенных. Надеюсь, место его положения объяснять тебе не нужно?» - «Вообще-то было бы неплохо. Просто я не местный» Собеседник с недоумением посмотрел на Влада: «Не местный? А откуда ты?» - «Из Кандарока» Беломаг глянул на свою башню и сказал: «С ним нет связи. Кандарок пал?» - «К сожалению, да. Несметная рать ворвалась к нам настолько неожиданно, что мы не успели отреагировать. Я не знаю, выжил ли кто-нибудь ещё, но мне удалось спастись. И по эфиру я отыскал вашу башню» Чародей приумолк. В самый бы раз ему принести извинения за то, что он назвал Влада бездарью. Он даже осознавал это, однако гордость взяла верх, и он не сказал об этом ни слова, за то принялся объяснять, где же находится этот Остров повешенных, и даже рассказал, в чём там проблема. Оказывается, в этом месте расположен тайный оплот беломагов, другая белая башня, а, точнее, самая основная часть этой башни – маяк света. Чародей объяснил, что установить связь с этой точкой невозможно по каким-то причинам. Когда-то там стоял олумический кристалл обзора, однако он вышел из строя, поэтому они не могут знать, что там происходит. Влад принялся расспрашивать своего собеседника об этом самом олумическом кристалле обзора, что это такое, и откуда мастера добывают его. У беломага этот вопрос опять вызвал негодование, однако он его подавил, потому что пожалел своего собрата. Как-никак хоть он и бездарь, но лишился белой башни. А потому, чтобы хоть како-то загладить свою вину перед ним, он решил раскрыть перед ним тайну происхождения этого самого кристалла.

Мастер белой башни рассказал о существовании народа, который назывался нумалианы: «Это были прекрасные люди, которые могли всё. Их женщины необычайно красивы, а мужчины непомерно сильны. Однако объединяло их то, что они были весьма пытливы. За что ни возьмутся, всё у них получается». В тех землях, где жили эти самые нумалианы, можно было отыскать залежи особенного металла, что зовётся чародит. Достаточно прочный и обладающий удивительными свойствами, а именно взаимодействовать с магией. Эти существа были очень щедрыми и позволили добывать их металл. Изучив его свойства, беломаги научились создавать его подобия в виде этих самых кристаллов. Таким образом, они получили доступ к удивительному материалу, который используется для создания подобных магических вещей. Правда, мастер с досадой заявил, что нумалианов больше не существует, а залежи чародита давно истощились. Так что таинствами сотворения аналога чародита хранят только мастера белой башни. Собеседник даже сказал, что, если Влад будет продолжать совершенствоваться в этом ремесле, также сможет обрести способность создавать эти кристаллы.

После того, как этот рассказ закончился, Влад получил этот самый кристалл, а вместе с ним получил и указание явиться на этот остров, активировать око и подождать, пока этот белый маг не разузнает через око, в чём причина бездействия маяка. А то, статься, Влад сможет исправить всё сам. После этого он просил: «Справишься?» Влад решительно кивнул ему в ответ.

Зордалод снова изменил свою сущность и тенью помчался к тому острову. Беломаг хотел сказать что-то ещё, однако Влада уже не было рядом. Он подумал: тот воспользовался пространственной магией, чтобы как можно скорее приступить к исполнению своего поручения. Также он в этом нашёл для себя объяснение, как этот собрат по сущности сумел спастись из-под непрекращающегося нашествия нежити – выскользнул при помощи своих способностей.

Путешествие это заняло совсем немного времени. Достигнув западных пределов Лордиалеха, Влад мог видеть этот самый Остров повешенных даже своим физическим взором. Тот находился совершенно недалеко от берега. Также Влад настигнул пристань, от которой когда-то отчаливали корабли. Эта пристань находилась в самой близкой к острову точке. Она была возведена тут лишь для того, чтобы возить преступников, приговорённых к смерти, на этот самый остров. Раньше всех, кто совершил особо тяжкое преступление, ссылали сюда и вешали. Оплот белых чародеев тут появился не сразу. Однако представители этой башни посчитали такое место очень даже хорошим для того, чтобы там был их дополнительный оплот, дополнительное звено их силы. Однако Влад увидел, из-за чего эта пристань пришла в негодность. Конечно, такие предпосылки уже складывались, и становилось вполне понятно, что в этой пристани отпадает необходимость, но всё-таки заключительным этапом окончательного упадка этого места было пришествие сюда чудовища Килана. Да, получается, когда этот мастер умчался за горизонт, он принялся преследовать группу беломагов, которые, испытывая перед ним жуткий страх, непрестанно отступали. Привести чудовище в столицу они просто-напросто не могли, но и погибать тоже им не хотелось, а потому они бросились сюда, в это место, чтобы искать поддержки у кристалла света, который они основали тут. Килан и уничтожил эту пристань, а после ринулся дальше, чтобы добить группку трусливых беломагов. Место было всё разворочено, а то, что представляло хоть какую-то ценность, было вынесено отсюда. И только лишь две половины раскуроченного корабля торчали из воды. 8 душ работников пристани, а также беломага, которого Килан настиг тут, ожидали мгновения своего освобождения. И Влад решил дать им это освобождение. И даже больше. Он воскресит и сам корабль, чтобы это жуткое судно бороздило водное пространство и несло смерть также и тем, кто находился на воде. Несмотря на то, что Лордиалех окружён водой с трёх сторон, вираны не торопились осваивать водное пространство, ведь они хотели сначала раз и навсегда подчинить себе сушу, окончательно уничтожив всех древних созданий, которые обитают здесь, а уж потом браться за покорение морей и океанов. Однако череда Зорагалдиумов спутала все людские планы. Но теперь могущественная сила воскрешения зора закружилась вихрем над этим место, восстанавливая разрушенное судно. Части, куски и щепки вставали на свои первозданные места. Две половины медленно сходились в одну, соединялись и сцеплялись в одно целое. Зелёный дух смерти, вложенный в каркас корабля, наполнял его трюмы, носился вокруг его мачт и носа, туманом стелился по палубе и обволакивал штурвал. Могущественный призрачный галеон на глазах зордалода обретал силу, восставал из небытия и служил признаком величия бессмертных. Все души, покоящиеся на дне океана, тоже обретали новый дух. И бессмертные тесары пользовались этим самым духом, чтобы подниматься из пучин и опускаться на борт судна, которым они будут управлять. Среди тех, кто был воскрешён Владом, оказались люди, которые обладали знанием мореходного дела, а потому мы все обрели эти знания. Хоть они были скудны, всё же это лучше, нежели начинать ходить по воде совсем без каких-либо знаний. Данное судно было названо Ардмор, словом, образованным от двух: «ард» - идти, двигаться и «мор» - любая жидкая субстанция, не обязательно вода. Но в данном случае имелась в виду именно вода. Так что Ардмор можно перевести как «Движущий по воде», «Плывущий». Как только корабль был готов, он поплыл. Хоть людские корабли управляются гораздо большим количеством человек, но это судно не нуждается в такой команде, потому что основная движущая сила – это зора. А любой бессмертный может мастерски управлять ею. Вот и Вильгельмис, ранее бывший работником этот причала, стал править этим кораблём и направил его на запад, туда, где находились другие корабли, наполненные жизнью, чтобы таким же образом обратить их ардморами.