Даже язык свой у хунхузов имеется, только одним им понятный.

Оружия у хунхузов, как правило, завались. Не только холодного. Винтовки они даже у американцев и французов закупают. Сейчас, после войны с японцами, гадать не надо — русскими винтовками тоже разжились. Кстати, князь говорил, что среди всех винтовок хунхузы больше других наши трёхлинейки ценят. Откуда только ему такое известно? Сам в хунхузах бывал?

— Куда идут? — задал очередной вопрос Егор инородцу.

Тот назвал направление движения разбойников.

Тут чудо случилось — старообрядец выругался. Никогда он свои уста бранными словами не пачкал, а тут — на тебе…

— В нашу деревню идут…

Сам себе под нос пробормотал бородач.

Так, так, так… Никогда он раньше никакую деревню не упоминал…

Тем более — какую-то ещё и нашу.

— Егор… — я тронул старообрядца за рукав.

— Чего? — тот недовольно в мою сторону глянул. Не до меня ему сейчас.

— Что делать будем?

Мне не ответили. Бородач только рукой махнул и к своей избушке чуть ли не побежал.

— Сказать в деревне надо, — сформулировал вариант наших дальнейших действий принесший нерадостную весть.

— Без тебя знаю, — не оборачиваясь бросил на ходу Егор.

— Мне что делать? — опять же в спину ему крикнул я.

— Собирайся.

Легко сказать…

Мне-то и собираться нечего, а вот наш хромой как? По поляне-то он ходит, а в лесу как? Рано ему до таких прогулок…

Глава 24 Стычка в лесу

— Павел. — бородач махнул рукой сыну.

— Да.

Парнишка подбежал к отцу. Уже собранный, когда только успел. Одет по-дорожному, за спиной котомочка, на плече — винтовка. Великовата она немного рыжему…

— В деревню беги. Про хунхузов скажи.

Не одному видно мне в голову мысль пришла, что хромой наше движение тормозить будет.

Парнишка кивнул.

— Стой. Винтовку оставь.

Павел словно от зубной боли скривился.

Эк, как его перекосило от сказанного отцом.

— Не…

— Поспорь мне… Ивану отдай.

Старообрядец на меня кивнул.

— Умеешь пользоваться? — это уже мне было сказано.

— Обучен.

— Вот и хорошо…

Павел, уже ни слова не говоря, только хмурясь — игрушечку любимую у него отобрали, передал мне винтовку.

— Патроны, — напомнил я пареньку очевидное.

Он уж бежать собрался, а я без боеприпасов что делать буду?

Сын бородача, с выражением мировой скорби на лице, расстался с подсумком.

Пока сын с отцом препирались, инородцы тоже собрались. Им только и подпоясаться было — имуществом они не сильно обременены. Хромой тоже подсобрался, даже по палке в каждой руке у него было, на поясе нож висел. Откуда только палки и взял — по полянке он уж давно без тросточки ходил. Ножа я у него тоже раньше не видел.

— Айда…

Егор широко зашагал. Все последовали за ним.

Почти сразу опасения мои подтвердились — хромой за нами не успевал.

— Егор, надо его здесь оставить. — я тронул за рукав бородача.

Тот сразу понял, о ком речь идёт. Не хуже сына своего морду скривил. Не хотелось ему такого.

Старообрядец подозвал к себе одного из инородцев. Тот, вроде как за старшего у них был.

Егор что-то на их языке с подошедшим перетолковал. Тот закивал, на хромого взгляд кинул. Поманил его к себе рукой.

— С ними пойдёшь, — тоном, не терпящим возражений, приказал мне старообрядец.

Понятное дело, Егору эксперимент с хромым надо до конца довести, а без меня это не получится.

— Хорошо, — я отказываться и перечить не стал.

— Отведёт вас сейчас этот в одно укромное место, — опять же мне было Егором сказано.

Старообрядец и пятеро инородцев быстро стали от нас удаляться, а я, мой пациент и старший у инородцев уже гораздо медленнее вправо от их маршрута направились.

Шли мы с частыми остановками. Хромой то и дело просил передохнуть, за ногу хватался, даже стонать начинал. Ну, про его артистические способности мне было хорошо известно, но и бередить его ногу тоже не дело. Поэтому, я объявлял привал, сидели минут десять-пятнадцать и двигались дальше. Я как-то перекурить задумал, но старший из инородцев на меня тут же руками замахал — нельзя, в лесу запах табака далеко почуять можно…

Это он про хунхузов намекал.

Эх, только чёрта вспомнишь, он тут и появится…

Инородцы, вроде и лесовики опытные, а хунхузов напрочь проворонили. Как-то незаметно они к нам подкрались. Мы посидели, отдохнули немного, только встали, чтобы дальше идти, горя не знаем, а тут и раз…

Поднимаю глаза, а перед нами четверо стоят. В халатах каких-то потрёпанных без воротников, головы впереди и на висках коротко подстрижены — только на макушке волосы и есть. От этих волос ещё у каждого и косички. Причём — длиннющие. У троих — не скажу какие, а у одного она вперёд через плечо переброшена и чуть ли не до пояса достает. У остальных, наверное, такие же. Мне бы про что другое сейчас гадать, а я про эти самые косички думаю. Вот какой выверт сознания.