Ну что же, пишу ещё два письма. Грейгу о необходимости создания морской пехоты как рода войск, а Румянцеву о создании системы военных округов как полноценной части структуры военного управления государства. То что нужно, а именно о готовящемся путче,посыльные передадут устно. А с утра приступаю к выполнению собственного задания. Найти архитектора для постройки сцены в Кремле оказалось неожиданно легко: Москва город, где идёт активное строительство. По той же причине легко отыскались строители высокой квалификации. Словом, я передал дело в надёжные руки, оставив за собой лишь контрольные функции.

Сам я отправился на московские заводы в поисках места, где мне сделают нефтяной двигатель. Потребный мне заводик нашелся на самой окраине Москвы, неподалёку от Рогожской заставы. На заводе имелась небольшой, но прекрасно оборудованный литейный цех парочка токарных станков по металлу, а главное — там имелись очень толковые рабочие во главе с очень деловитым и знающим мастером, который по совместительству являлся и хозяином завода. С ним, мастером Яковлевым, после осмотра возможностей завода я и завёл разговор.

— Акакий Протасович, Вы знакомы с паровой машиной Ньюкомена?

— Как не знать, знаю.

— Сможете на своём заводе организовать выделку таких машин?

— Отчего же не смочь, Ваше высокоблагородие, смогу, хотя и не без труда.

— Обращайтесь ко мне запросто, без чинов, по имени-отчеству. В чём же трудности, позвольте осведомиться?

— Трудность, Юрий Сергеевич, одна, но весьма великая: не катают в России сталей, чтобы изготовить паровой котёл. Из нашей стали котёл непременно взорвётся, а покупать шведскую или английскую дорого. Дешевле купить готовую машину.

Двое моих учеников сидели рядышком и внимательно слушали наш разговор. За их спинами сидели служанка Луизы — контроль за нравственностью никто не отменял.

— А ежели я представлю Вам чертежи машины из чугуна?

— Не возьмусь, Юрий Сергеевич. Чугун вещь весьма хрупкая, отчего давлением пара его разорвёт, и весьма скоро.

— Это я понимаю, но в машине пар не будет использоваться вовсе.

— Хм… Юрий Сергеевич, давайте начистоту: я премного о Вас наслышан: и об унитазах с канализацией, и о пушках, и наконец, о ваших чудесных бритвах. Сам пользуюсь таковой, подравниваю растительность. Вы исхитрились катать такую тонкую ленту, что меня, как опытного металлиста просто оторопь взяла. Я так полагаю, что Вы действительно что-то эдакое придумали, ну так позвольте ознакомиться с тем что Вы измыслили, тогда я и смогу прямо ответить: смогу ли я сделать сие или не смогу.

— Да, птицу видно по полёту, а мастера по ухватке. Смотрите, Акакий Протасович.

Я развернул перед мастером рулоны чертежей, которые сделали мне в Московском Арсенале. Луиза подсела поближе и прижала ладошкой заворачивающийся край листа. Мастер покосился на неё но промолчал.

Акакий Протасович внимательно просмотрел все чертежи, выслушал пояснения, некоторое время подумал, после чего заявил:

— Значит так, Юрий Сергеевич, машину Вашу я сделаю, правда мне будет нужна пружинная сталь. Впрочем, на одну машину её нужно немного, купим пружины на Москве. Что касаемо литьевой части работ, всю полностью выполним на моём заводе. Однако есть трудности: обработку внутренности цилиндра сделать не сумеем: нет подходящего станка.

— В Москве имеются подходящие станки?

— Отчего же им не быть? Есть. На Москве, милсдарь, ежели хорошо поискать, найдётся весьма многое.

— Как считаете, Акакий Протасович, лучше этот станок привезти к Вам или везти детали на обработку?

— Такой станок превесьма дорог, Юрий Сергеевич. Ежели дело выгорит, то станок будет нужен непрерывно, а ежели Вам нужен только один двигатель, то быстрее и легче везти деталь на обработку.

— Юрий Сергеевич! — подала голос Луиза — Если я могу высказать своё мнение…

— Можете, Луиза Августа.

— Я считаю, что станок нужно доставить сюда и начать выпуск двигателей здесь.

— Поясните свою мысль, Луиза Августа.

Девушка покраснела, но твёрдо смотрит мне в глаза. Ага, понимает, что этот разговор становится для неё экзаменом. Мастер смотрит с большим интересом, но без особого удивления: он из купеческой среды и привык что женщины подчас решают чрезвычайно сложные вопросы, а случается и ворочают многосоттысячными состояниями. Луиза же отвечает твёрдо:

— Возможно, первая машина выйдет неудачной, это нормально: как говорится, первый блин комом. Но следующая машина обязательно будет работать. Это значит, что следует наладить массовую выделку таких двигателей, а может статься и экипажей, на которые они будут устанавливаться.

— Экипажей? — удивляется Яковлев.

— Так точно, экипажей. — отвечает Луиза — Эти двигатели будут устанавливаться на экипажи, чтобы ездить без помощи лошадей.

— Если задуматься, то весьма здравая идея. — кивает Яковлев — Такие экипажи будут хорошо продаваться.