– Незачем, она уже мертва. – Женщина указала на глубокие следы когтей вдоль груди нигилки.

– Вы ее убили? – не веря своим глазам, спросила Вернестра.

– Не я, а Реми. Она охотилась, но, видимо, прибежала посмотреть, что происходит. Она любит охотиться в здешних оврагах. Потому-то я и знаю эти места как никто. – Вокруг мертвой нигилки расхаживала охотничья кошка, чью шкуру украшали зеленые и синие розетки. Величиной с невысокого человека, она, однако, значительно уступала таргонам канцлера Со; между элегантно изогнутых рогов на ее голове потрескивали электрические разряды. Женщина щелкнула языком, и огромная кошка крадучись подошла к ней. Хозяйка почесала животное за ушами. – Пиратка ей угрожала, и волька защищалась, как ей и положено.

Странная женщина почему-то не обращала никакого внимания на два мертвых тела, которые лежали у ее ног. Казалось, ей совершенно безразлично все происходящее, как будто у нее хватало дел и поважнее поимки убийц. Неужели жизнь на фронтире и впрямь настолько жестока?

– Кстати, я Вернестра Роу. – Быть может, если переменить тему, новая знакомая немного оттает?

– Джорданна Спаркбёрн, – ответила стройная женщина. – Я представитель семьи Сан Текка на Тиикее. А где твоя косичка? И кушак? Или в Ордене это уже не принято?

Вернестра заморгала. Ей показалось или эта дамочка недолюбливает Орден?

– Я… эм… рыцарь, – выдавила Вернестра, которой стало неуютно под немигающим взором Джорданны. Такое ощущение, будто она зашла в пруд, а тот оказался намного глубже, чем она думала.

– Рыцарь… сколько же тебе лет, двенадцать? Может, мириалане взрослеют не как люди, но ты что-то сильно молоденькая.

Вернестра раздраженно поджала губы:

– Семнадцать. Я рано прошла испытания.

– Поздравляю, – равнодушно сказала Джорданна. Волька Реми широко зевнула, будто подчеркивая безразличие хозяйки. Она уселась рядом с Джорданной и стала тыкаться головой о бедро женщины. Та снова почесала кошку за ушами, глядя куда-то вдаль… где, насколько могла судить Вернестра, ничего не было. Странное поведение представительницы в сочетании с появлением вольки настолько выбило девушку из колеи, что она почти забыла о двух вполне реальных мертвецах, которые валялись неподалеку.

– И часто нигилы совершают набеги? – поинтересовалась мириаланка, вновь переменив тему. Возможно, холодность женщины имела свое объяснение.

– За последний год планета превратилась в зону боевых действий, – сказала Джорданна, рассеянно махнув в сторону трупов. На ее лице не отражалось ни тени ужаса, который можно было бы ожидать в такой ситуации. Представительница выглядела просто уставшей. – Моя семья, Сан Текки, заселила эту планету почти сто лет назад, и большинство остальных семей живут здесь с самого начала. Тиикей раньше лежал на пересечении двух приличных гипертрасс, но пару десятков лет назад рядом прошла комета, и ее обломки сделали одну из этих трасс слишком опасной. И с тех пор все просто… покатилось под откос. Сперва приперлись нигилы, и мы пригласили наемников, которые вместо того, чтобы делать свое дело, напивались и громили городок. Когда мы от них избавились, то думали, что дело пойдет на лад, но не тут-то было. Мы потеряли нескольких джедаев из храма, потом прилетели зайгеррианцы, пытавшиеся похищать поселенцев, а следом за ними явились хатты. И я уж не говорю про дренгиров. – Джорданна обернулась и посмотрела Вернестре в глаза. – Так что да. Год выдался интересный. Причем разбираться со всем этим мы должны, используя весьма ограниченные ресурсы, поскольку основную их массу направляют в другие, более доходные владения семьи.

Неожиданно волька выпрямилась, поглядела на одно из мертвых тел и зашипела. Меж ее рогов заплясала энергия, и Джорданна напряглась. Вернестра инстинктивно достала меч и слегка изменила позу в предчувствии новой угрозы. Джорданна подняла руку и подошла к трупам.

– Расслабься, джедай, они не ожили. Просто Реми что-то нашла. – Женщина порылась в карманах нигилки и достала какой-то маленький кубик.

– Что это, голокрон? – Вернестра сунула меч в держатель и подошла к Джорданне, которая стояла, разглядывая вещицу.

– Похоже на то. Но значки какие-то незнакомые, – сказала Джорданна. Она повертела кубик в руках и вручила Вернестре. – Знаешь такие?

Девушка взяла устройство. Несмотря на жар багрового солнца, стоявшего над головой, по ее коже пробежал холодок.

Конечно же, это шкатулка из ее видения.

Меньше большинства голокронов, изысканно украшенная и в целом мастерски изготовленная. И выглядела она крепко сбитой, то есть могла пережить падение с высоты или, быть может, даже ожесточенное сражение. Что, вероятно, и произошло. Коробочка была раскрашена во все цвета радуги. Значки на ее стенках напоминали что-то среднее между ауребешем и детскими каракулями; если это и были какие-то слова или буквы, то Вернестра таких никогда раньше не видела.

– Нет, мне не знакомо это письмо. И я не думаю, что это голокрон. Вообще не похоже на артефакт джедаев, – сказала она, стараясь успокоиться. – Не возражаете, если я оставлю его у себя? Мы летим на Корусант – вдруг кто-то из архивариусов Храма сможет расшифровать письмена. Вероятно, это какая-то важная вещь, раз нигилы готовы за нее убить.

Джорданна пожала плечами:

– Может быть. Это же нигилы. Судя по тому, что я видела, они не особо разборчивы, кого убивать, а кого нет. – Она обшарила остальные карманы нигилки, а потом перешла к мужчине. – Больше ничего, лишь горстка кредитов.

По равнине в их сторону направлялся лендспидер, вздымая клубы пыли, и при виде машины Вернестра опять зажгла меч. Джорданна просто стояла, скрестив руки на груди и досадливо кривясь. Волька плюхнулась рядом с ней и стала вылизываться.

Джорданна указала на подлетающую машину:

– Это джедай. Один из ваших?

– Да, кто-то из падаванов. – Когда спидер приблизился, Вернестра без труда разглядела силуэт Рита на фоне красноватого песка; он сосредоточенно хмурился, ведя машину к ним. Рит затормозил в нескольких метрах.