— В фантастике, значит?.. Ну, у нас тут точно не фантастика.

— Ага. И будь уверена, Алиса, даже хороший момент тебе рано или поздно осточертеет, если ты будешь постоянно его переживать, — сказал Жан, как будто предостерегая ее.

— А может, и нет? — как-то грустно ответила девушка. — Может, не надоест.

— Сомневаюсь, — сказал Феликс. — Сама подумай: одно и то же постоянно — с ума сойти можно.

— Дураки, — вдруг сказала она.

— Почему это? — удивился Феликс.

Алиса протяжно вздохнула.

— Я, наверно, забегаю слишком вперед, но это лето будет последним для нас троих. В следующем году нас ждут экзамены, а затем мы разъедемся кто куда. И неизвестно, когда мы снова увидимся и вообще увидимся ли. Неужели вас это совсем не волнует? Я хочу, чтобы у нас осталось как можно больше теплых воспоминаний на память. Таких вот моментов…

Феликс и вправду почувствовал себя дураком, но не нашелся, что сказать. Зато нашелся Жан:

— А так и будет. Сначала незаметно, но постепенно мы отдалимся друг от друга уже не только в прямом смысле и станем не друзьями… а кем-то другим. Так, старыми знакомыми, возможно, которые спрашивают про твою жизнь больше из вежливости, а не из желания взаправду узнать, как идет твоя жизнь.

— Из тебя так и прет оптимизм, — заметил Феликс.

— Ну спасибо, обнадежил, — фыркнула Алиса.

— Но ведь этого пока не произошло, верно? Все в наших руках, как говорится, — попытался извернуться Жан.

— Блин, лучше бы ты молчал, — сказал Феликс. — Это воспоминание теперь точно не войдет в нашу коллекцию.

— Я просто сказал как есть, — возразил Жан. — По статистике чаще всего оно так и происходит.

— Ну тебя и твою статистику, — цокнула языком Алиса.

Жан стыдливо замолчал, поняв, что наговорил того, о чем никто не просил его говорить. Он хотел выразиться совершенно иначе, подбодрить подругу, но в итоге все вышло так, как вышло. Он испортил всем настроение.

Потянул ветер, чуть встрепав их волосы. Зашептались листья над головой; вдалеке куковала кукушка.

— Я бы хотела остаться в Бланверте, — промолвила Алиса, смотря на одинокое облачко, медленно плывущее по небу. — Здесь все мои друзья и моя семья. Что мне делать в другом городе?

— Так останься, — предложил Феликс.

— Это не дело, — помотала головой девушка. — Здесь нет никаких перспектив.

— Какое страшное слово. «Перспективы», — с иронией повторил Феликс.

— Это я сама пришла к такому заключению, — резко ответила Алиса, нахмурив брови. — А не повторяю чьи-то слова, как некоторые.

— Я и не думал смеяться над тобой, — примиряюще сказал Феликс. — Извини, если задел.

— Ну, ладно… Тогда и ты извини.

— Да нет, ты, вообще-то, все правильно сказала. А на правду, как известно, не обижаются.

Снова повисло молчание. Они сидели еще какое-то время под деревом, наслаждаясь погодой, пока Алиса не сказала, что ей пора идти. «Да мне за сестрой приглядеть надо», — добавила она и, попрощавшись с друзьями, ушла. Следом, меньше чем через минуту, созрел Жан.

— Тоже пошел? — спросил Феликс.

— Ага, — поднялся Жан с земли. — Давай, завтра увидимся.

Так Феликс и остался один. Сам он уходить пока не спешил, чувствуя какую-то странную слабость во всем теле и полное нежелание шевелиться. Может, апатия, думал он, а может, еще что-то, фиг знает… В итоге он просидел так до самого вечера. В конце концов, бронзовый круг в небе, касающийся черепичных крыш, все-таки заставил его подняться, и парень поплелся домой.

Шагая по пустой граничащей с лесом улице (где они с Алисой встретились утром), Феликс вдруг заметил впереди чей-то силуэт. Силуэт пошатывался, ноги у него заплетались, шаги были неуверенные. Вне сомнений, это был Ланго, местная достопримечательность. Лохматый и унылый, как побитый пес, старик опять напился — что подтверждала вонь алкоголя, разившая даже с заметного расстояния — и бесцельно бродил по улицам.

Получасом позже, уже будучи дома и ужиная с родителями, парень привычно слушал их разговор, заключавшийся в обмене впечатлениями, которые подарил им очередной рабочий день. Впечатления, как правило, из раза в раз повторялись, отчего это было решительно невыносимо слушать, однако родители этого будто не замечали, продолжая месяцами и даже годами рассказывать практически одно и то же.

— А вы не слышали про туман над лесом, который был сегодня ночью? — в один момент прервал их Феликс.

Родители посмотрели на него с легким недоумением на лицах. На мгновение между ними повисла тишина — и только телевизор как обычно безостановочно болтал про какую-то чушь.

— Какое землетрясение? — спросил папа.

— У меня друг просто сказал, что видел какой-то подозрительный туман, — пожал Феликс плечами. — Вот поэтому и спрашиваю вас, вдруг вы что-то слышали.

Родители переглянулись.

— Я точно об этом ничего не знаю, — сказала мама.

— У меня тоже на работе никто этого не обсуждал, — сказал папа. — А что это был за друг? Уж не Жан ли?