Что-что, а грубияном бабушка меня не растила. Кроме того, я убеждён: правила галантного поведения распространяется абсолютно на все измерения.

И кажется, мой уверенный тон сработал! Лолита моргнула раз-другой... третий, а затем кивнула и подошла поближе.

— Как скажешь, босс, — сказала она. И если и была в этой реплике толика сарказма — то самая малость.

Взяв под руку, и лавируя между столиками, я подвёл её к свободному, отодвинул стул, подождал, пока Лола устроится и пододвинул стул обратно. Потом поцеловал ей руку и улыбнулся.

— Я скоро вернусь, дорогая. Что тебе принести?

— Э... Молочный коктейль, — кажется, она смутилась. — Шоколадный.

— Отлично. Себе возьму то же самое.

Наконец-то хоть какая-то еда! И хотя в любых других обстоятельствах я ни за что не назвал бы едой молочный коктейль, сейчас мой желудок так ИЗГОЛОДАЛСЯ, что будет рад всему, что в него попадёт.

Мой эффектный отход от стола был омрачён тем, что в последний момент Лолита поймала меня за запястье. Помните, я упоминал поезд? Так вот: теперь он внезапно остановился, а я был привязан к паровозу...

— Погоди, дурилка. У тебя же нет денег.

И её рука медленно, но неотвратимо поползла к обширному декольте.

Только не это, — твердил я про себя, прикрыв от греха глаза. — Только не это...

— Держи, — в мою ладно ткнулся тёплый надушенный кошелёк.

— Спасибо.

Надеюсь, завершение эффектной сцены не стало достоянием большого количества народу...

Зря надеялся.

Направляясь к бару, я удостоился нескольких восхищенно-уважительных взглядов, свиста и негромкого шепота:

— Надо же, Горгону подцепил!.. Он или везунчик, или идиот, каких свет не видел.

Вероятно, Лолита посвятила меня далеко не во все аспекты своего происхождения...

Но шествуя к стойке, я занимался не только тем, что ловил на себе восхищенные взгляды. Ещё я высматривал Карбункула, или, на худой конец, толстого коротышку, который был на видео рядом с ним. Кажется, Лолита сказала, что он булочник... Но пока не заметил ни того, ни другого.

Протолкавшись к стойке, я попытался привлечь внимание бармена. Бесполезно.

Тип, цвета кожи которого нельзя было различить под толстым слоем татуировок, плотно завис на другом конце стойки, флиртуя с несколькими девицами сразу. И я его понимаю: девочки были первый сорт. Или, как любил говорить мой друг Колька, по десятибальной шкале — на одиннадцать. Стройные, в обтягивающих там, где надо, коротких платьях, с ослепительными улыбками и лучистыми глазами.

Поймав оценивающий взгляд одной из них, я слегка поклонился и послал воздушный поцелуй. А потом отвернулся.

Я новичок, но не дурак. Ясно же: девушки на работе. И мне они явно не по карману... К тому же, дома меня ждут три совершенно потрясающие подружки, которым, как я только что понял, мне совсем не хочется изменять.

— Привет!

Это сказал я. Потому что увидел рядом с собой, на соседнем высоком стуле, такую девушку...

Согласен, можно подумать, что я слишком влюбчив. Но если бы вы её видели!

Опасная — вот первое, что приходит на ум. Это кроме красоты, изящества, проявления тонкого вкуса в подборе наряда, и ножа с длинным и тонким лезвием, который словно бы приклеился к её длинному стройному бедру.

На моё приветствие девушка слегка повернула голову, бросила оценивающий взгляд, чуть кивнула и вернулась к своему напитку. На вид — типичной Кровавой Мэри, с кубиками льда и веточкой сельдерея.

— Часто здесь бываешь? — согласен, не самый оригинальный подкат. Не подготовившись, ничего лучше я выдать не мог. Но и промолчать было выше моих сил!

Я видел только её профиль: часть нежной щеки, прямой нос с горбинкой и маленький, но упрямый подбородок. Ухо и шея были скрыты под лавиной чёрных блестящих волос.

Одета она была в кожаную куртку — как две капли воды похожую на мою, оставленную в "Чистилище". А ещё — узкие чёрные брюки и высокие сапоги.

Честно говоря, только после того, как я оценил прикид незнакомки, я решил повнимательнее приглядеться к остальной публике. И вот что заметил: вокруг была просто БЕЗДНА вкуса. Строгие вечерние костюмы мужчин, ослепительно-дорогие наряды женщин... А блёстки и мишуру носили лишь люди определённого качества.

Те, что были на работе — если вы понимаете, о чём я: "девочки" обоих полов, официантки, одетые лишь в короткие шортики и бюстье без бретелек... С ужасом заметив, что мой пиджак пошит из той же ткани, что и фривольные шортики официанток, я с омерзением содрал его с себя и потуже свернув, сунул куда-то под табурет.