— И-ик, — конструктивно высказался я.

— Ой, извини. Всё время забываю, какие вы, людишки, хрупкие.

Что плавно подвело нас к следующему вопросу...

— Получается, что ты и Энди... В общем, вы не люди?

Лолита помогла мне подняться и отряхнуть пиджак от каменной пыли.

— Я из Медуз, — гордо сказала она. — Кланы Горгон традиционно селятся на побережье, хотя в последнее столетие многие из нас перебираются в города. Работа, новые впечатления, и всё такое.

Мы вновь замолчали: каждому было о чём подумать.

Меня, например, обуревали противоречивые мысли на тему этого измерения: всплески энтузиазма по поводу "о Боже, как же здесь здорово!" перемежались приступами ужаса на тему того, насколько я мало знаю. Временами я чувствовал себя песчинкой, попавшей в ступицу колеса...

А ещё я думал об Анжеле — на первый взгляд совершенно непоследовательная мысль плавно вытекала из размышлений о том, как устроены измерения. Ведь я встретил её на Земле, то есть, в своём собственном мире, так? И Ариэль лопотала что-то о контрабандистах... А ведь это значит, что способ перемещаться между мирами всё-таки есть! Нужно только его найти.

Впрочем, даже спустя всего несколько дней я твёрдо уверен, что не хочу вернуться на Землю навсегда. Но иметь возможность шастать туда время от времени — почему бы и нет? Хотя бы для того, чтобы порадовать девчонок модными журналами...

— Мы почти пришли, — внезапно сказала Лолита.

Я никаких признаков казино не заметил. Вокруг были всё те же заборы с уютными коттеджами за ними... Ну, во всяком случае, мне нравилось так думать.

Охранница всё замедляла и замедляла шаг, пока мы в конце концов не остановились на перекрёстке.

Точнее, в тупике: перед нами, и вправо и влево, насколько хватало глаз, уходила сплошная стена. Из какого-то желто-зелёного камня, похожего на крупную полированную чешую, она плавно изгибалась, теряясь в багровом слепящем мареве.

Я уже говорил, что на улице было жарко? Я имею в виду, по-настоящему ЖАРКО. Градусов пятьдесят, или около того. Небесный зрачок Люцифера изливал на землю волны тяжелого красного пламени, и мне уже начинало казаться, что мы с Лолитой путешествуем по внутренностям угольной топки.

Поэтому её сообщению о том, что мы у цели, я дико обрадовался. Внутри, как я надеялся, будет прохладно — так же, как было прохладно у нас, в "Чистилище".

— Давай же, скорее веди меня к входу! — вскричал я полным энтузиазма голосом.

— Подожди, — Лолита поймала меня за запястье и сжала клещеподобной хваткой. — Сначала инструктаж.

— Я слушаю.

Если в ближайшие десять минут я не попаду внутрь, то прозвище "Макс Варёный Всмятку" станет более актуальным, чем "Безумный Макс".

— Когда мы войдём, — начала загробным голосом Лолита. — Ты не должен ни на кого смотреть. Ни с кем вступать в разговоры. И уж точно, ни при каких обстоятельствах, не садиться играть.

— Но почему?.. — я сник. — Я имею в виду, это же казино! Разве я не буду выделяться, если не буду делать ничего из того, что делают остальные клиенты?

— Ты прав, — после короткого размышления сказала она. — Мы с тобой пройдём за столик, и закажем по напитку. А потом будем сидеть, тихо потягивать своё пойло и наблюдать за посетителями. Так поступают многие: приходят просто потусоваться.

— А смысл? — резонно спросил я. — Я имею в виду, это же не "Чистилище", верно? Тут нет танцующих девочек... Так на что здесь смотреть?

— На самом деле, отличия никакого нет, — пожала плечами Лолита. — Просто смещён угол зрения: у нас можно смотреть, но не трогать, а здесь смотрят, но не играют.

— То есть, для некоторых рулетка, блэк-джек или покер — такие же объекты вожделения, как и красивые полуголые танцовщицы?

— Суть ты уловил, — кивнула Лола. — И мы с тобой будем изображать именно таких. Но играть — ни в коем случае. Ни за что. Под страхом смерти... Понимаешь, о чём я?

— Кажется, — откликнулся я без всякого энтузиазма.

— Ну... Тогда повернись, чтобы камера на тебя посмотрела, — предложила Лолита и встала лицом к стене.

Я повторил её действие. А потом подпрыгнул на добрых полметра, и как ещё удержался от визга — тот ещё вопрос.

Потому что, в казалось бы, сплошной каменной стене вдруг открылся огромный круглый глаз, и посмотрел на меня.

Увидев глаз, я онемел. Я что хочу сказать: не часто на тебя смотрят стены, а? Поэтому свою реакцию считаю вполне обоснованной и думаю, стыдиться здесь нечего.