– Либо что? – Инна уставилась на Алёну, не вынимая пальцы изо рта. – Лейтенант, выходите, я знаю, что вы здесь.

Сердце Алёны упало в пятки, а рука с кисточкой лака зависла над ногтем Инны.

– Мы просто поговорим, – Мёдов появился из-за ширмы с поднятыми руками

– Поговорим, – кивнула Инна. – Алёна, что-то случилось? Продолжай!

Дрожащими руками Алёна продолжила рисовать волны.

– Я пришёл за ответами. – Мёдов пододвинул стул к маникюрному столу и подсел. – Вы как-то связаны с тем, что ногти и волосы, отрезанные Алёной Алексеевной, не пропадают. Вернее, ваша компания. Я хочу понять связь.

– А вы мне что? – Инна снова почистила кэш в телефоне. – Зелёный лак от Шанель?

– Ну… Я вам за это не устрою проблемы.

Инна звонко рассмеялась и жестом велела испуганной Алёне продолжать.

– Лейтенант, до вчерашнего дня вы, офицер из Отдела Аномалии, даже не знали о существовании «Спутник Телеком Плюс». Чем вы можете мне угрожать?

Мёдов открыл рот. Закрыл. Алёна положила руку Инны в лампу для сушки лака.

– Мне нравится Алёна, – Инна поднесла ко рту руку с маникюром, но не стала грызть. – Поэтому я помогу вам, когда закончим.

После маникюра Инна просто пошла в сторону метро, и Алёна с Мёдовым шли на шаг позади.

– Куда вы нас ведёте? – попытался строго спросить лейтенант, но голос дрогнул.

– Хорошая погода сегодня, – улыбнулась Инна. – Птички поют… А наши московскую экологию ругают! Не так много здесь и чистить придётся.

На станции метро было неестественно пусто даже для одиннадцати утра рабочего дня. В прибывшем поезде нежно-салатового цвета не оказалось никого, кроме машиниста.

– Он свой, – кивнула Инна в сторону кабины машиниста, заходя в вагон.

– Нам до Селигерской? – Алёна опустилась на сидение.

– Раньше справимся, – Инна села на сидение напротив Алёны и Мёдова.

– До Маяковской, – предположил Мёдов.

Все молча смотрели друг на друга. Следующая станция, Люблино, тоже оказалась абсолютно пустой.

– Мы с коллегами прибыли сюда пять лет назад, – Инна закинула ногу на ногу, наслаждаясь непониманием на лицах Алёны и лейтенанта.

– С коллегами? – спросила Алёна.

– Куда – сюда? – Мёдов достал блокнот.

– С коллегами, да. На Землю. Мы тестируем глобальную очистительную систему.

Поезд тронулся, и Инна наклонилась в проход, пытаясь перекричать скрежет колёс.

– У вас атмосфера загрязнена выбросами углекислого газа, а океан – пластиком. На нашей планете мы избавились от такого безобразия, и осталась одна напасть – ногти.

Инна не сдержалась и откусила кусочек волны с ногтя.

– Вернее две: ногти и волосы. Понимаете, у нашей расы они очень быстро растут. Нужно стричься каждый день, и ногти отрезать дважды в день. Половина цивилизации страдает обкусыванием ногтей. Я до сих пор не могу на человеческое тело перестроиться! Но вредные привычки – это мелочь. Рост населения означает, что мы производим так много ненужных волос и ногтей, что они не успевают разлагаться!

Мёдов непроизвольно хихикнул, забыв записывать в блокнот.

– Людям смешно, нам – проблематично. Да и, честно говоря, мы просто задолбались бороться с пылью. А выпавшие волосы и отломившиеся ногти составляют до семидесяти процентов пыли.

– Но комнаты с волосами появились десять лет назад… – вспомнила Алёна.

– Ваша наука интересная, но для очистки атмосферы совершенно не годится, – проигнорировала замечание Инна. – Но я уважаю, что ваши технологии наивны как мечты.

«Станция Волжская, – объявил автоматический голос. – Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи!»

Но это оказалась не Волжская. Поезд прибыл на тёмную станцию, заполненную плотными клубами пыли.

– Ты была здесь? – спросил Мёдов.

Алёна кивнула. Инна протянула им плотные маски и очки-гоглы. Когда двери поезда открылись, внутрь потянулся поток тяжёлой серой пыли.

Инна вышла на станцию и поманила Алёну с Мёдовым за собой. Пол казался скользким от прядей волос, под которыми хрустели кусочки ногтей. Инна осталась стоять на пятачке станции, освещённом жёлтым светом изнутри вагона. В глубине станции, во мраке, виднелись подросшие сугробы волос, ногтей и пыли.

– Полгода назад мы начали тестирование глобальной очистительной системы, – продолжила Инна. – В Москве решили устроить один из центров переработки. Но логистика пока не налажена, поэтому кое-где приходится складировать отходы, ожидающие утилизации.

Инна жестом обвела пыльную станцию.

– Мы задвоили всё метро в пространстве, чтобы использовать как склад. Каждый землянин производит всего пять граммов ногтей и волос в день, так что сюда помещаются отходы со всей Восточной Европы, Северной Африки и Ближнего Востока.