— А мы далеко?

Влад не ответил, он ушел вперед. Но Север уже сам увидел за белыми деревьями деревянный контур какой-то постройки.

Пройдя через арку под тяжелыми от снега еловыми лапами, он вышел к беседке стоявшей на краю склона. На деревянном настиле стоял большой стол и две лавки по бокам. От дождя (но не от вездесущего снега) все это защищала четырехскатная крыша на четырех столбиках. Опоры были покрывала резьба в виде страшных морд или геометрических узоров. На ближайшем столбе, у которого остановился Север, какой-то романтичный вандал нацарапал буквы "Г+В" и обвел не сердечком, а аж ивовой веткой.

Налюбовавшись художеством, охотник устроился на лавке, ближайшей к краю склона. Отсюда как раз открывался вид на соседний горный склон. Там, за сверкающими вершинами елок темной змейкой лежал горный ручей, у которого собралась небольшая толпа. Судя по доносящимся оттуда крикам, плеску воды, дружному девичьему смеху, кого-то карали коромыслом.

Эта забавная деталь усилила ощущение беззаботной сказочности царившей в поселке. Север даже в родной деревне не чувствовал себя настолько "как дома", но тому было целых два объяснения. Во-первых, никто из местных не знал его с детства. А во-вторых, Чистый, в отличие от теперешней мертвой Моховки, бурлил жизнью, словно никаких пересмешников никогда не существовало. Если бы Марийке не грозила смерть, Север бы никогда больше не захотел возвращаться в город. А ему еще как-то предстояло уговорить на это Влада.

— О черт, — тихо сказал он.

— "Что?"

— Я хотел вернуть тебе телефон, но его унес единорог.

— "От кого еще я мог услышать подобное", — с довольной усмешкой ответил волчок.

— Извини.

— "Нашел о чем переживать. Ну на кой он мне теперь? Кому звонить? Только напоминать будет", — он сказал это спокойным тоном, но Север чувствовал, что разговор съезжает не туда.

— Тебе нравится здесь?

— "Наверное. Снежок меня нашел, Врана и Мофья позаботились, дед Татий, староста, научил, как уживаться с волком", — он смущенно усмехнулся и опустил взгляд. — "Здесь просто… живешь. И всем плевать копыта у тебя, рога или хвост. Я, можно сказать, впервые ощутил себя человеком".

У Севра от этих слов сжалось сердце.

— А ты… можешь обратно превратиться?

— "Могу", — ровным тоном сказал волчок. — "Но не хочу".

— Значит ты все-таки сможешь вернуться домой.

— "Домой", — критично хмыкнул волк. — "Издеваешься? Посмотри на меня. Куда я такой… вернусь?"

— Какой «такой»?

— "А то сам не видишь! Дикий, свирепый!", — Влад задумался и таинственным тоном добавил. — "Страшный".

— Ох. Ты-то страшный, да, — усмехнулся Север.

Влад серьезно посмотрел на него.

— "Вообще-то", — начал он, понуро опустив голову. — "В детстве… меня боялись. Мой приемный отец боялся меня. И не без причины. Я убил соседскую собаку. А потом, кажется, покалечил нескольких детей. И взрослых. Может, даже кого-то убил. Не могу сказать точно. Помню только кровь. Ее вкус. А еще ужас в глазах родителей. Отец потом ушел от нас. А мама отвела меня к какой-то бабке. Это она сделала со мной то, из-за чего я стал беспомощным нюней".

— Ты не нюня, — авторитетно возразил Север.

— "О. Теперь нет", — охотно согласился Влад. — "Теперь все по-другому. Точнее, как и должно быть. Мне не нужно больше ни от кого убегать. Это от меня все побегут, если я захочу. Теперь я опасность. Я — тот, кто стучит в дверь!"

Север, конечно, не понял в какую дверь Влад собрался стучать, но насторожился от его тона. Он опустился на колени, чтобы быть на одном с ним уровне, и протянул к оборотню руку.

— Влад, послушай….

Волчок с рыком отпрянул, и охотник отдернул ладонь, примирительно подняв ее перед собой. Испугавшись и устыдившись своего агрессивного выпада, Влад отвернулся и заходил туда-сюда.

— "Видишь? Он тебе чуть руку не откусил. То есть, я. Я опасен. Я его… себя не совсем контролирую".

— Можно что-то придумать. Что-то, что поможет тебе жить в Яви.

— "И превратит меня снова в жалкое блеющее ничтожество? Кому я такой нужен?"

— А как же твоя мама и брат? И девушка.

— "Какая еще девушка?".

— Ну та, с которой вы тогда шли по мосту.

— "А. Алиса. Мы просто друзья".

— Она бы с тобой не согласилась.

— "С чего ты взял?"

— На друзей так не смотрят.

— "И что? Какая теперь разница? Она найдет нормального парня. А мама с Пашкой заживут более чем счастливо, когда меня сотрут из их памяти".

— Да откуда ты знаешь?! — резче, чем хотел, возразил Север и сделал паузу для сбивчивого вдоха. — Дурак. Не повторяй моей ошибки.

Последняя фраза зацепила внимание Влада, и он повернулся к охотнику с интересом заглянув в лицо.

— С тех пор, как я убежал из дома, — стыдливо проговорил Север. — Я только с тобой впервые вернулся туда. Ты сам видел, что с ним стало. Я думал, мама и сестра в городе. Гарьку я действительно нашел там, она на днях вышла за Реську, ну это князь будущий. А мама..., — он сглотнул. — Она никогда не покидала Моховку. Она так и не дождалась меня.