— Нет, Окка, ты меня не поняла, — Тай сел и посмотрел на девушку. — Мы не можем пойти вместе.

— Почему?

— Я ведь тебе уже всё объяснял.

— Ты не можешь так поступать со мной! — она вскочила на ноги.

— Это не я с тобой так поступаю, а наши родители, — голос Тая звучал спокойно и вкрадчиво, будто он пытался втолковать что-то ребёнку.

— Это всё из-за тебя! — бросила она Еве в лицо и побежала прочь.

Тай вздохнул и, поднявшись на ноги, пошёл вслед за Оккой.

— Кто-нибудь объяснит мне, в чём тут дело? — озадаченно спросила Ева.

Все тут же сделали вид, что очень заняты беседой.

— Мне повторить вопрос? — она повысила голос.

Ребята молчали. Аника ткнула Тара локтем в бок.

— У Тая спроси, — сказал он, пожав плечами.

— Понятно, — Ева негодующе скрестила руки на груди.

— Она его наречённая невеста, — выпалил Рий.

— Рий! — зарычал Тарой и швырнул в него кепкой.

— Что?! — возмутился он. — Какая разница, кто об этом скажет?

— О, — у Евы возникло странное, неприятное ощущение. Что-то кольнуло в сердце. — Не похоже, что Тай рад этому.

— Что правда, то правда, — кивнул Тар.

— Ойва и родители Окки договорились о свадьбе, как только она родилась, — объяснила Аника.

Ева не стала продолжать расспросы, решив, что остальное ей расскажет сам Тайлен, если сочтёт нужным.

Он вернулся уже на закате. Ева возилась на кухне с ужином и не сразу заметила его появление.

— Прости, что оставил тебя так надолго, — виноватым голосом сказал он.

— Не страшно, — она вытащила из духовки дымящийся яблочный пирог.

— Прогуляемся?

Последние лучи солнца золотили верхушки деревьев. Деревня погружалась в сумерки. Они медленно шли вдоль реки. Вокруг полное умиротворение. Даже ветерок не шелестел листвой. Заметно похолодало. В горах даже летом по ночам становилось довольно прохладно, и над водой из-за перепада температур стоял лёгкий туман. Тай набросил Еве на плечи предусмотрительно захваченную рубашку.

— Между мной и Оккой никогда ничего не было, — сказал он.

— Тай, ты не обязан мне ничего объяснять, — попыталась остановить его Ева, но он тут же перебил её.

— Я хочу, чтобы ты знала.

Ева повернулась к нему и, увидев в его глазах потребность высказаться, кивнула.

— У нашего народа часто браки заключаются по договорённости родителей. А будущему вождю вообще не положено самостоятельно выбирать себе жену. Отец Окки Ати — жрец, хранитель священных узлов, важный и уважаемый человек в нашем племени. Когда у него родилась дочь, Ойва счёл, что лучшей кандидатуры для меня не найти. С самого рождения Окку растили как будущую жену вождя. Ей внушили, что так оно и должно быть, без вариантов. И она приняла это как высшее благо. Вот только я не согласен с тем, что решают за меня. Она очень милая девочка, и у нас хорошие отношения, но я всегда воспринимал её как младшую сестру. И ни разу не дал повода думать иначе. Только трудно это понять, когда тебе всю жизнь твердят другое.

— Может, тебе стоит взглянуть на неё иначе?

Тай резко остановился. На лице у него отразилось недоумение.

— А если бы тебе, не спросив, выбрали мужа? Ты бы смогла жить с ним под одной крышей, спать в одной постели, когда твоё сердце не тянется к нему? Как можно создать счастливую семью начиная со слова «должен»? — он опустил глаза под ноги. — В моём случае всё ещё сложнее, ведь я уже отдал своё сердце.

Тай снова пошёл вперёд, а Ева осталась на месте.

— Тай, так не может продолжаться, — крикнула она ему в след, Тай обернулся. — Я не могу мучить тебя всю жизнь. Ты тоже имеешь право на счастье.

— Имею и буду счастлив, — он подошёл к ней вплотную. В глазах его была необъяснимая уверенность. — Пусть я для тебя всего лишь друг. В любом случае лучше, чем вообще никто. С чего ты взяла, что мучаешь меня? Чем? Тем, что понимаешь и поддерживаешь меня? Тем, что мне хорошо и спокойно рядом с тобой? Или, может быть, тем, что тебе хорошо рядом со мной? Ведь со мной тебе не надо притворяться. Ты можешь говорить и делать, что хочется. Можешь оставаться собой. Ты можешь быть живой... С ними ты чувствуешь себя живой?

— Они другие. По-своему мне с ними тоже хорошо, — Ева попыталась опровергнуть его слова.

— Это из-за него, — он произнёс это небрежно. — Если бы не он, ты бы никогда не стала общаться с подобными людьми. Они как ледяные глыбы. В них нет ни жизни, ни души.

— Они хорошие.

— Дело не в том, хорошие они или плохие, а в том, что они другие. Неужели ты не чувствуешь, что не вписываешься в их общество?

Едва утреннее солнышко зазолотило верхушки деревьев, небольшая кучка людей двинулась в путь. Это был ежегодный поход, в который старейшины вместе с суолейя водили будущее поколение защитников. Всего два дня, наполненные рассказами об обычаях народа и легендами. Два дня вдали от дома, вдали от всего привычного, чтобы лучше ощутить единение с природой, вспомнить свои корни. Так из года в год, от поколения к поколению передавалась история народа. Ева радовалась этому походу наравне с детьми и мечтала увидеть Великий Камень, от которого много времени назад разошлись в разные стороны семь сыновей вождя Таваса. Её сердце трепетало в предвкушении новых историй и легенд.