Всё вокруг словно исчезло. Ева перестала слышать голоса, ощущать присутствие других. Весь её мир сузился до одного человека, сосредоточился на странных и очень будоражащих ощущениях. Взгляд Евы снова скользнул к его губам. И она с волнением осознала, что хотела бы почувствовать их горячее прикосновение на своей коже, ощутить их вкус. Когда их глаза снова встретились, в глазах Тая Ева, как в зеркале увидела отражение своих желаний. Напряжение между ними росло с пугающей скоростью. Тай словно читал все её мысли, самые сокровенные, в которых она не могла признаться даже самой себе. Испугавшись нахлынувших чувств, Ева поспешно отвела взгляд, разрывая эту необъяснимую связь. Закусив губу, она сосредоточилась на разглядывании земли под ногами. Это было наваждение, от которого всё её тело полыхало огнём. Но Тай не был расстроен её капитуляцией. Наоборот, он почувствовал, что одержал маленькую, но очень важную победу.

— Ладно, — Тай встал. — Отправляйтесь все спать.

Но Ева не двинулась с места, всё ещё пытаясь взять себя в руки. Сейчас она ругала себя за возмутительную откровенность. Угрызения совести по отношению к Марку были настолько сильными, будто она воплотила все свои мысли в реальность. Когда Тай приблизился к ней, она почувствовала необходимость защитить свои чувства к Марку.

— Хорошая была сказка, — Ева подняла на него глаза. — Только он может любить. И сердце у него не ледяное.

В глазах Тая отразилась глубокая печаль. Он сдержанно кивнул и помог ей подняться.

Всю ночь Ева ворочалась. И не оттого, что ночи были ещё довольно прохладными, и она лежала на твёрдой земле. Сначала она не могла успокоиться. Неожиданные чувства, которые вызвал в ней Тай, не на шутку напугали и взволновали её. Тело стала сотрясать дрожь. Она поняла, что сильно замёрзла. И хотя в глубине души Ева очень хотела, чтобы горячий Тай оказался рядом, она понимала, что сегодня это не самая лучшая идея. Тай, видимо, считал так же. И всю ночь Ева провела в одиночестве. Всякий раз, как её смаривал сон, перед ней вставали странные видения, то ли из прошлого, то ли из будущего. Они проносились с такой скоростью, что ей не всегда удавалось сохранить картинку в памяти. Она видела женщину со смуглой кожей, сидящую у горного ручья. Печальные глаза смотрели прямо на неё, а на губах играла грустная улыбка. Видела много волков, мчащихся сквозь лесную чащу. Снова во сне на неё смотрели холодные глаза мената. И вдруг — темнота. Вязкая пронизывающая темнота, которую внезапно разорвал душераздирающий женский крик.

Ева широко распахнула глаза и сделала глубокий вдох, словно вынырнув из этих пугающих снов. По тонкой стенке палатки скользили солнечные лучики. Где-то совсем рядом слышались весёлые детские голоса, переплетающиеся с птичьей трелью. Это был новый летний день, обещающий стать тёплым и прекрасным. И в нём не было места ночным кошмарам. Ева потянулась и улыбнулась в предвкушении хорошего дня.

— С добрым утром, соня, — раздался голос Тая, и его тёмная голова заглянула в палатку.

— Привет, — ответила Ева, пытаясь привести в порядок свои волосы. — Чем это так божественно пахнет?

Ухмыльнувшись, Тай протянул ей дымящуюся кружку кофе.

— Ты мой герой! — Ева вдохнула насыщенный аромат напитка. — Который час?

— Почти десять. Пора возвращаться, — Тай улыбнулся и вынырнул из палатки.

Дорога обратно была немного печальной, ведь путешествие подходило к концу, но не менее увлекательной благодаря Таю. Он с героической стойкостью принял на себя весь шквал детских вопросов и пожеланий, позволив Еве чуть отдохнуть и насладиться тёплым летним днём. И она любовалась молодым вожаком, восхищаясь его способностью быть таким разным, но всегда так уместно.

— Ты должна оставить его в покое, — неожиданно позади неё раздался голос Окки.

Ева остановилась и обернулась к девушке. Та вся будто сжалась под её взглядом и опустила голову, как напроказничавший ребёнок. У Евы в душе защемило от жалости к ней. Она понимала, сколько времени Окка носила в себе эту боль и обиду, которые неожиданно вырвались наружу.

— Я знаю, что у тебя на него были особые надежды. Но поверь мне, не стоит ждать любви того, кто не хочет тебе её дать, — это было жестоко, но правдиво. — Я никогда не претендовала на него.

— Но он твой! — выкрикнула Окка, но, опомнившись, тихо добавила. — Ты забрала его.

Ева тут же ощутила на себе встревоженный взгляд Тая и покачала головой, давая ему понять, что не стоит вмешиваться в их разговор. Взглядом она велела ему продолжить путь и тем самым оставить их наедине. Тай немного поколебался, но всё же пошёл дальше.

Окка не шелохнулась. Ещё по-детски округлое личико девушки было не по годам печально. Ева поняла: не всё ещё высказано.

— Он любил меня! — Окка дерзко вскинула голову и с вызовом посмотрела в глаза Еве.

— Он относился к тебе как к сестре.

Слова Евы вновь прозвучали как удар. Плечи Окки обречённо обмякли. Похоже, она слишком жестока к этой девочке.

— Окка, ты не должна никого винить в этом. Так случилось. Я не хотела его у тебя отбирать. И была бы счастлива, если бы у вас всё сложилось. Ты говоришь, что любишь его. Разве, когда любишь, не желаешь счастья любимому? И не важно, с тобой или нет.

Окка была явно растеряна. С такой стороны на этот вопрос она ещё не смотрела. А может просто не желала смотреть. Но детская импульсивность и гордость не позволили ей трезво мыслить.