Марк рассказал о том, как тадаллины видят человеческую энергию. Каждый человек, помимо всех других неповторимых качеств, обладает ещё и определённой энергетикой, которая, как ореол, окутывает его. Из этой энергии тадаллины могут черпать информацию. По изменению цвета ореола можно понять, что чувствует человек. Напуган он или в сомнениях, или, быть может, счастлив. Благодаря этому тадаллины могут играть на чувствах людей и манипулировать ими. А ещё недавний контакт позволяет тадаллину какое-то время использовать энергию для видений.

— Каких видений? — непонимающе нахмурилась Ева.

— Это не совсем видения. Скорее связь, позволяющая увидеть недавние действия жертвы, — Марк запнулся на этом слове, но не смог найти ему замены. — Это длится совсем не долго.

— А какой мой ореол?

— Здесь ты снова отличилась, — Марк улыбнулся. — Ты закрыта для нас. Твой ореол имеет лишь один цвет — серебристый. Мне лишь иногда удаётся почувствовать изменения в твоём ореоле, но понять, что это значит, ещё реже. Я стал улавливать связь между оттенками и твоим настроением. И всё же это больше предположение, чем уверенность. Я только чувствую, насколько мощная энергия заключена в твоём хрупком теле, и она будит во мне желание вновь почувствовать её вкус.

Вечером пришло время возвращаться. Ева окинула печальным взглядом дом, в котором она была счастлива.

— Мы можем приезжать сюда, когда пожелаешь, — шепнул ей Марк и открыл дверь машины.

— А мы можем вообще отсюда не уезжать? — с детской наивностью спросила она, когда он сел рядом.

— Боюсь, что нет.

Едва машина Марка отъехала от дома Евы, раздался стук в дверь. На пороге стоял Тай. Его глаза были чёрными, как ночь. Лицо осунулось и выглядело измождённым. Он тяжело дышал. Тай был босиком и в одних брюках, значит, пришёл он сюда в волчьем обличии.

— Ты жива? Отлично! — сухо бросил он и, развернувшись, зашагал к лесу.

Ева кинулась за ним.

— Тай, подожди! Что случилось?

— Ты хоть представляешь, как я волновался? — он остановился и с осуждением посмотрел на неё. — Я просто с ума сходил! Ты исчезла, не сказав ни слова. Что я должен был думать?

— Я была в доме Марка у озера в лесу.

Тай замер.

— Значит, он всё-таки рассказал тебе?

— Не совсем. Но теперь я официально в курсе. Я отправила сообщение тебе на мобильный перед отъездом и не думала, что ты будешь так переживать.

— Я ничего не получал, — растерянно сказал Тай.

Он понемногу успокаивался. Ева была здесь. И с ней всё в порядке. Самое страшное позади.

— Пойдём в дом, Тай. Выпьем чая и поговорим, — Ева протянула ему руку. Он вздохнул и взялся за неё.

— Прости, я не хотела доставить тебе столько проблем, — она разлила по кружкам горячий чай.

— Он тебе всё рассказал?

— Да. И про охоту тоже.

— Итак, ты знаешь всё как есть и всё же с ним, — Тай вертел в руках кружку.

— Да, — Ева подошла к окну и всмотрелась в темноту.

— Ты хоть понимаешь, что если он к тебе прикоснётся, то может убить?

— Не убил, — едва слышно ответила Ева и опустила глаза.

Кружка в руках Тая замерла. В комнате повисла тишина. Она снова причинила ему боль. Спустя какое-то время Ева услышала вздох.

— Я согласился на место друга, но согласится ли... Марк с такой дружбой?

Она резко обернулась. Её лицо хмурилось, будто она не понимала, что тут обсуждать.

— У него нет выбора.

Тай снова вздохнул и опустил глаза. Вряд ли ему когда-либо было так тяжело. Он молча разглядывал кружку в руках. Ева подошла и села рядом с ним.

— Неужели между нами теперь всё станет сложно?

— Нет, не станет, — он поднял на неё полные невыразимой боли глаза. — Дай мне время свыкнуться с мыслью, что ты с ним.

— Хорошо, — она поникла, понимая, какую боль испытывает Тай.

Тяжёлый вздох снова вырвался из его груди. Он сделал большой глоток из кружки. Когда Ева вновь посмотрела на него, то увидела, что его взгляд снова стал мягким, а лицо спокойным, хотя в уголках глаз притаилась печаль.

— Так ты его вынудила признаться?

— С чего ты взял? — Ева округлила глаза в притворном удивлении, но, не выдержав, улыбнулась. — Припёрла его к стенке фактами.

Тай горько усмехнулся. Ева обладала отличной памятью и легко сопоставляла факты. Да уж, если эта девушка что-то решит, то не отступит, пока не добьётся своего.

— Тай, это что получается, они зло? Вереск от них защищает? — лицо Евы вновь помрачнело. — Но они ведь вынуждены это делать ради выживания.

— Зло или не зло, но на них действует. Вереском их, конечно, не убить, но есть одно средство, действующее наверняка.