— А можно потом выбрать?

— Конечно! — дружелюбно отозвался Арон. — Слушай, пора идти, темнеть начинает, ходить по нашей промке вечером и ночью опасно, скоро банда «Голубей» из своей норы вылезет. Завтра встретимся.

Арон пошёл так быстро, что Ник даже не успел попрощаться. Хотел задать ему ещё вопрос, но он скрылся за первым же углом, и как только через пару секунд Ник настиг угла, Арона уже не было.

«Да-а, вот это игра… Это не игра, это жизнь… свихнуться можно…» — что делать дальше и куда идти непонятно, как играть в эту игру-жизнь, как вообще её пройти ещё не понятнее. «Интересно, а умереть тут можно? — Ник почувствовал холодок по спине. — Если тут всё чувствуется, как в жизни, то умирать тут никак нельзя… Надо будет спросить об этом Арона…»

— Эээ, пацан! Спички есть?

Ник шёл через дворы, небо изрядно потемнело, и он даже не заметил, как под березкой, на вкопанных в землю покрышках сидели трое парней в спортивках и пивом. Ник замедлил шаг, у одного из них в зубах торчала сигарета. «Гонит, козёл, есть у них спички… хотя это же игра, о чём я… Блядь, а ведь боль как настоящая…»

— Ээ, хуле ты молчишь? — три рожи уставились на парня.

«Ну, их нахуй, короче…» — Ник быстро скрылся за домом, топота за собой не услышал, только затихающее ржание, видимо уже отвлеклись. Ник добрался до своего подъезда, одна из двух лавок уже занята блюющим алкашом.

Входная дверь закрылась за спиной: «А ещё говорят, что игры — это способ отвлечься от реальности, ну да, ну да… тут такое же говно…». Послышался капающий стук, Ник заглянул на кухню, с потолка сильно капало. Заглянул в ванную комнату, тоже самое.

«Ну, сука! Не хватало, чтобы этот козёл меня и в игре топил, урод!..» — Ник обулся и выскочил на лестничную площадку, затем на этаж выше, постучал в дверь.

Он закрыл глаза на стычку в реальной жизни, ну, хоть тут отыграется. Дверь распахнулась, за ней играла знакомая музыка, но только не про централ и ветер северный, а про отбой метелям и запах весны.

— Чё?! — оглядела отожранная ряха.

— Ты меня топишь, козёл!

— Иди нахуй!

Дверь закрылась перед лицом. «Ну, ладно, посмотрим… — Ник открыл телефон, думал куда потратить очко, на «Силу» или «Харизму».

— Да в жопу эту харизму! — ткнул на надпись «Сила». Почувствовал прилив энергии и бодрости. Постучал в дверь, она тут же отворилась. Бугай сходу ударил кулаком в грудь, парня пошатнуло, но до стены не долетел.

— Слышь, сопляк, съебал нахуй, а то с ноги уе…

Сосед не успел договорить. Ник сходу налетел на здоровую тушу. Вместе их понесло в коридор. Сосед оттолкнул парня, размашисто махнул здоровенной рукой. Ник поднырнул, засадил удар в бок толстого пуза.

— Ах, сука!

Здоровяк с разворота махнул рукой ещё раз. Нырять некуда, руки сами поднялись перед лицом, выставили блок. Здоровяк попал предплечьем, как бревном. Ника смело в шкаф, дверца хрустнула. Злобный сосед попёр всей тушей, смять парня в лепёшку. Едва успел отскочить, сосед разломал дверцы, смёл на пол все полки с барахлом на пол. Повернул свою свинячью рожу к парню. Момент подошёл удачный, Ник оттянул руку чуть за спину, прямым ударом впечатал кулак в переносицу. Здоровяк схватился за сломанный нос, кровища потекла ручьём.

— Всё, всё, хватит! Я понял, понял!

Сосед сел в кучу хлама. Ник перешагнул толстые ноги, спустился к себе на этаж. Чувствовал огромное удовлетворение. Капать с потолка перестало. Чувствовался голод, Ник подошёл к старому советскому холодильнику. На дверце светилась надпись: «занято на 100 %». Сначала Ник смутился светящейся надписи, но тут же опомнился, вспомнил, где находиться. В холодильнике лежали кучи шоколадных батончиков, чипсов, сухариков, орешков и прочих снеков. Такое обилие вкусняшек он видел только в общежитии под новый год. Рука сразу потянулась за марсами, твиксами и баунти. Батончик за батончиками пропадал во рту. «Бог ты мой, как вкусно… как они умудрились такое сделать…» — на холодильнике надпись сменилась на: «занято на 87 %». Ник подумал, что стоит остановиться опустошать запасы. Чувствовал он себя отлично, боль в руках и груди прошла. Вспомнил слова Арона, что еда восстанавливает здоровье, залечивает мелкие раны и восполняет силы. Но голод, тот самый, настоящий, реальный никуда не ушёл.

— Да уж, вкус вкусом, а жрать всё равно охота.

Ник закрыл холодильник. Обратил внимание на маленький обеденный стол. На нём небольшой чемоданчик с красным крестом. Никогда раньше холодильник Никиты не был наполнен вкусняшками, так и аптечного чемоданчика никогда не существовало. Ник с любопытством откинул крышку с такой же надписью: «занято на 100 %». Тут в общем-то ничего интересного: всякие бинты, шприц-тюбики, таблетки. Есть хотелось с каждой минутой сильнее.

— Выключить! — лёгкий удар по груди.

Никита сидел на стуле, задница молила подняться и пройтись, хотя бы по комнате. Живот урчал. Кожа ощущала вечерний холодок из открытого балкона.

— Это просто фантастика, а не игра…

Добрался до холодильника, реальность разочаровала, кроме варёной картошки ничего нет, да и та проситься на помойку. Вернулся в комнату, пересчитал деньги, хватит на десяток дошираков. Надо одеваться и идти до рынка пока не закрылся.

На лестнице встретил соседа сверху, тот поднимался с авоськой, в ней парочка бутылок пива и водка.