Попробовав ее на вкус, я сделал паузу и вдохнул.

— Чертова нирвана, — заявил я, прежде чем снова припасть к Кире.

Меня сводило с ума, как она мяукала от удовольствия и жалась к моему жадному рту. Упиваясь соками ее возбуждения, я вошел в нее языком так же, как хотел войти своим ноющим членом.

— Господи, Огун. Боже мой, — выдохнула Кира, стоило мне ускориться.

Мне лишь оставалось войти двумя пальцами в ее узкий вход и изогнуть их. Соки потекли по моему языку, как эликсир богов. Не потеряв ни капли, я облизывал и сосал, пока Кира не вздрогнула, упав на кровать лицом вниз.

— Огун, — пробормотала она, и моему внутреннему зверю захотелось зарычать.

Напоследок попробовав ее еще раз, я встал позади нее и, сжав член, устроил его у истекающего отверстия.

— Я здоров. А ты?

— Во время последней проверки была здорова, — выдохнула Кира.

— Ты принимаешь таблетки? — прохрипел я. Пускай я никогда ни с кем подобного не делал, сейчас мне нужно было почувствовать ее первобытно.

— Ага, — ошеломленно пробормотала она.

— Слава Богу, — прорычал я, прижавшись к ней головкой и сильно толкнувшись вперед.

Кира со вскриком дернулась на кровати. Я знал о своих размерах, и она, вероятно, почувствовала сильное жжение, растягиваясь под меня. Но я мог дать ей лишь секунду, чтобы привыкнуть, ибо каждое волокно моего существа требовало трахать ее.

Как только Кира расслабила напряженную спину, я схватил ее за бедра и, выйдя почти до конца, по самые яйца погрузился в нее, обтянувшую меня, словно перчатка.

— Идеально, — выдохнул я и повторил движение.

На каждом толчке у Киры покачивались ягодицы, и мне хотелось трахать ее сильнее. Вскинув голову, я обратил внимание на наше отражение в зеркале перед нами. Мне нужно было увидеть выражение лица Киры, поэтому я намотал на кулак ее волнистые пряди и заставил поднять голову.

— Открой глаза, — потянул я ее за волосы. Взором, затуманенным от удовольствия, она посмотрела в зеркало и встретилась со мной взглядом в отражении. — Смотри на нас.

— Огун, — изумленно ахнула Кира, разомкнув губы на следующем моем толчке.

— Я трахну тебя так жестко, что ты запомнишь эту ночь на всю оставшуюся жизнь, — сообщил я, потянув ее к себе и шепча ей на ухо.

— Да, — смело согласилась она, глядя на меня в зеркало.

Со стоном я позволил себе забыться, входя в нее все быстрее и быстрее. С каждым движением я терял контроль. Кира заслуживала лучшего, но мой прожорливый зверь уже вырвался из клетки, и я много раз подряд безжалостно вонзался в тугое влагалище.

— Вот черт, — захныкала она. — Я кончаю!

— Да, — прорычал я, и Кира сорвалась. Киска стала невероятно тесной и начала пульсировать на моем члене. Желая насладиться ощущениями, я замер внутри ее горячей трепещущей сердцевины.

Пот капал с моего лба и стекал по груди.

Вскоре я уже не мог сдерживаться. Посмотрев вниз, я застонал, увидев влагу, покрывавшую каждый сантиметр наших тел в месте соединения. Я снова пришел в движение. Наблюдая, как залитый смазкой член скользил внутрь и наружу припухшей розовой плоти, я сходил с ума.

Я отпустил волосы Киры и вышел из нее.

— Ляг на спину, — наполняя ее, мне нужно было смотреть ей в глаза.

Она без возражений перевернулась и легла на постель. Глядя на меня из-под отяжелевших век, Кира ухватилась за изголовье и раздвинула загорелые ноги. Чтоб меня, она была идеальна.

Как только она устроилась на кровати, я опустился между ее бедер и резким толчком вошел в нее. У меня напряглись руки, натянулись мышцы, и я навис над ней. Пока я терялся в раю, Кира стонала вместе со мной, и ее идеальные груди покачивались.

Опершись на одну руку, второй я обхватил одну из полных округлостей. Большим и указательным пальцем я ущипнул сосок и, наклонившись, облизал второй.

Я не мог ею насытиться. Хотел прикоснуться и попробовать каждый сантиметр ее тела. Хотел утонуть и потеряться в ней. Я осторожно прикусил сосок. Не причиняя боли, но достаточно крепко, чтобы заставить Киру ахнуть и впиться в меня ногтями.

Оторвавшись от него, я посмотрел ей в глаза и сдержал свое обещание оттрахать ее до потери пульса. С каждым движением я терял в ней частичку своей души.

Поняв это, я почувствовал покалывание внизу спины и застонал.

— Я наполню твое тугое влагалище спермой, и ты кончишь вместе со мной, — сказал я.

— Я не могу, — возразила, задыхаясь, Кира.

— Ерунда. Ты сожмешь своей идеальной киской мой член и выжмешь из него каждую чертову каплю, — потребовал я, зная, что она послушается.

Я уже чувствовал, как напрягались ее мускулы, и тесные ножны припухли вокруг члена. Кира встретилась со мной взглядом, задерживая дыхание на каждом толчке.