Вот только почему-то мне казалось, что этот мужчина и воспоминания о нем изменят мою жизнь.

Вуду

Как правило, если дело касалось секса, я действовал лаконично. Никаких лишних прелюдий. Никаких поцелуев. Никаких эмоций.

С Кирой все мои привычки вылетели в окно, и я не знал, как справиться.

Добравшись до кровати, я неохотно освободился от чар нашего поцелуя. Я поставил Киру на ноги и обхватил ладонями ее щеки.

— Я хочу, чтобы через десять секунд ты была голая в моей постели, иначе сорву с тебя одежду сам.

Поволока тут же исчезла из ее глаз. Поморгав, Кира остановилась. Я отчасти ждал от нее отступления, поэтому был шокирован, когда она в рекордно короткое время сорвала с себя одежду и бросила ее на кресло.

Откинув покрывало, Кира снова остановилась.

— Простыни чистые? — нерешительно спросила она, посмотрев на меня через плечо.

— Да, — даже осматривая изгиб ее ягодиц, я не смог сдержать смех. — Чистые. Я не появлялся здесь несколько дней и в прошлый раз перед отъездом сменил постельное белье. Я редко остаюсь здесь на ночь из-за Заки.

Кира нахмурилась, конечно же, заинтересовавшись, был ли я в этой постели с кем-нибудь другим. Не дав ей времени передумать, я схватил ее за шею, развернул и опять поцеловал.

Мои связи до нее не имели значения, но я знал, что она этого не понимала.

— Тащи свою великолепную задницу в постель, — прорычал я у губ Киры, наконец-то оторвавшись от них.

Убедившись, что она послушалась, я начал раздеваться. Жилет я повесил на спинку стула. Остальные вещи улетели на пол.

Не стесняясь своей наготы, я подошел к краю кровати. Кира не сводила с затвердевшего члена глаз цвета яблочной карамели, глядя на него с идеальной комбинацией тревоги и голода. Стоило ей развратно облизнуть нижнюю губу, как я изменил свои планы.

— Иди сюда, — потребовал я.

Как я и ожидал, в глазах Киры промелькнуло замешательство. Она придвинулась ко мне и села на край кровати. Сжав член в руке, я начал гладить его под ее взглядом. Часто вздымавшаяся грудь Киры и бесстыдная похоть в ее глазах сказали мне все, что я хотел знать.

— Тебе понравилось наблюдать, как Куки сосала член Чейнса. Тебе нравится смотреть, или ты представляла, как берешь его член в рот? — я намеренно говорил грубо.

— Я… — начала Кира, но тут же замолчала.

— Язык проглотила? — спросил я, продолжая медленно себя гладить. Она обратила внимание на каплю предсемени на голове, и кончик ее розового языка опять скользнул по нижней губе. — Ты хочешь отсосать мне, я прав? — тихо рассмеялся я, пока блестящая капля стекала по головке и моим пальцам. Кира удивила меня, посмотрев мне в глаза и кивнув. — Тогда чего же ты ждешь? — я отпустил член, и он тут же покачнулся перед ней. Подавшись вперед, Кира осторожно обвила его тонкими пальцами. — Крепче, — направил я ее, и она ухватилась с идеальным нажимом.

Наклонившись, Кира кончиком языка провела по влажной головке, словно по чертову леденцу. Она лизнула член снизу и взяла его в рот, вызвав у меня стон, шедший из самой души.

Соскользнув с края кровати и встав на колени, Кира приняла меня глубже.

Когда она осмелела, я сжал ее волосы в кулаке, направляя скорость и глубину проникновения. От одного особенно глубокого толчка у Киры сработал рвотный рефлекс, и я чуть не кончил на месте. Опомнившись, она придвинула руку ближе к своему рту, чтобы брать меньше.

— Нет. Отпусти член и держись за мои бедра, — приказал я, и Кира недоверчиво посмотрела на меня. Я был бы чертовым лжецом, сказав, что при виде нее, стоявшей на коленях с членом глубоко во рту и шоком в затуманенном взгляде, чуть не разрядился в ее тугое прекрасное горло.

Через краткое мгновение Кира послушалась и ухватилась гладкими ладонями за мои бедра. Едва я начал брать ее рот, как она впилась пальцами в мои ягодицы.

— Расслабь горло, и когда я в него войду, сглотни, — хрипло велел я. Кира исполнила приказ, и от ее покорности у меня чуть не закатились глаза. Она была превосходной ученицей, и с каждым прикосновением ее теплых жаждущих губ меня пошатывало.

— Хватит, — наконец выдавил я сквозь стиснутые зубы. Из-за Киры я чуть не сорвался и, продолжая держать ее за светлые волосы, оттянул от своего члена. Когда он вырвался у нее изо рта с неприличным причмокиванием, разнесшимся эхом по тихой комнате, я поднял ее на ноги. — На кровать. На четвереньки, коленями на край.

Кира без возражений выполнила указание, и ее уступчивость была прекрасна.

Сжав ее зад, я залюбовался тем, как она выгибала спину. Я раздвинул ее ягодицы и застонал, глядя на обнаженную блестящую киску. Не в силах сдержаться, я присел позади Киры и провел языком по ее гладким, припухшим половым губам.