После этих слов, Карадрис вышел из помещения и запер за собой дверь. Я занервничал, ведь до этого я никогда не заполнял канал без поддержки, а своему учителю доверял гораздо больше чем поглотителям. Будем надеяться, что все пройдет хорошо.

Я начал забивать канал флюмом, внимательно подсчитывая емкость каждого потока. Набрав сорок семь единиц (не так-то это просто), я вытянул вперед правую руку, переместил ментальный клапан на десять сантиметров дальше ладони (весьма странное чувство, словно рука удлинилась), и стал ждать. Энергия кружилась и пульсировала внутри канала. Давление на ментальные границы нарастало. Довольно быстро я вспотел и стало не хватать воздуха, но я держался.

Через минуту, напряжение стало почти невыносимым. Мои ноги тряслись, а поднятая рука налилась свинцом и мне пришлось поддержать ее левой. Кололо в висках, кружилась голова, сердце билось так, словно хотело выпрыгнуть из груди. Перед глазами появилась пелена. Еще несколько секунд и я потеряю сознание…

Яркая вспышка света резко ударила по глазам, а правая рука вдруг задрожала так, словно через нее пропускали электрический ток. Уши заполнял низкий скрежещущий звук, словно кто-то решил потереть между собой две скалы. Внутреннее напряжение стало спадать, и я наконец смог сделать судорожный вдох, но это было непросто — мое тело словно парализовало. Через пять секунд яркий свет исчез и я без сил рухнул на пол. Кажется я даже вырубился на несколько секунд, но быстро пришел в себя и попытался подняться на ноги, однако это было выше моих сил, так что я просто сел и с ужасом увидел последствия моей «магии».

Еще пять минут назад, на стене висели гравированные стальные панели, которые делались с расчетом на самую сильную и разрушительную магию. Теперь же, они представляли из себя оплавленные куски металла, медленно стекающие на пол, который тоже был местами оплавлен. Энергетический щит на потолке мерцал и искрился, а задетые выбросом поглотители обуглились. Я был примерно в пятнадцати метрах от стены и думал, что своим выбросом разве что нагрею одну из панелей, но вместо этого, я расплавил аж три штуки — конус выброса был метров семь в диаметре! Мой разум с трудом осознавал, что именно я стал причиной этих разрушений.

С большим трудом я смог подняться на ноги и кинул взгляд на свою руку, ожидая что она будет вся в ожогах, но никаких повреждений не было. Чудо!

Посмотрев наверх, я увидел ошеломленные глаза наблюдателей — похоже никто не ожидал подобных разрушений. Сабитер озадаченно чесал в затылке, Амфиан просто стоял с открытым в изумлении ртом, а Карадрис выглядел так, словно его ученик вдруг обернулся драконом.

Я снова глянул на оплавленные стены. Надеюсь меня не заставят оплачивать ремонт…

– ---

— Это просто невероятно! — воскликнул Амфиан, показывая на экран стационарного сканера. — Пять тысяч шестьсот анмаков на дальних датчиках, а ближние и вовсе зашкаливают! И это при сорока семи флюм-единицах!

— Похоже, такое метод выпуска вызывает дестабилизацию флюма, а так же любой материи с которой он соприкоснется, — сказал Килин, изумленно глядя на сканер. — Учитывая какое давление было внутри канала, то понятно почему цифры столь высокие.

— Все равно это удивительно! Фактически, это самый настоящий стихийный распад флюма. Еще никто не смог искусственно повторить подобное!

После испытания мы вновь поднялись в лабораторию и теперь ученые вовсю обсуждали результаты. Я более-менее пришел в себя (хотя подъем по лестнице вызвал приличную одышку) и уже прошел пару сканирований, а теперь сидел и попивал чай. Оказалось, что своим выбросом я даже какой-то там рекорд побил, что вызвало дикий восторг у Амфиана. Я тоже был под впечатлением, но немного поразмыслив, пришел к выводу, что эта способность не столь уж практична — какой в ней смысл, если мне надо, например, разогреть воду силой мысли.

— Я лично видел как рунные щиты без проблем поглотили направленную плазменную волну, а тут они попросту расплавились! Невероятно! — возбужденно продолжал Амфиан.

— У вас поглотители старого образца, а они не рассчитаны на столь разрушительное проявления флюма, — нахмурившись сказал Карадрис. — Ставьте новые модели и оборудуйте их резонаторами, иначе не сможете преобразовать большой поток энергии.

Амфиан повернулся к магу, словно хотел сказать что-то резкое, но вместо этого вздохнул и улыбнулся:

— Да, ты прав. Мы этого не учли.

— Это все конечно здорово, но какой в этом смысл? — наконец спросил я. — Нет, мне нравится что я теперь могу распылить кого-то на атомы, но обрету ли я иные способности?

— Очень хороший вопрос, — ответил Амфиан, повернулся к сканеру и нажал несколько кнопок. — Я почти уверен, что со временем ментальный клапан станет более подвижным и вы сможете активно пользоваться даже сложными силовыми знаками, но вот кроме них… Время покажет.

— Профессор хочет сказать, что если вы будете регулярно использовать выброс на тренировках, то со временем возможны определенные изменения канала или клапана, но неизвестно какие именно. — сказал Карадрис, не глядя на Амфиана.