– Думаешь, одайн делают ошибки? – спросил Мортирмир.

– Они проиграли драконам. – Габриэль улыбнулся Бланш, которая перечитывала его план в тридцатый раз.

Тут она подняла голову. План знали, хотя бы в общих чертах, все присутствующие.

– А Н'гара? – спросила она.

– Мой брат нападет на войска Эша и задержит его. – Габриэль продолжал писать.

– Это почему еще? – спросил Майкл.

– Потому что Эш на самом деле осторожная тварь. Он похож на кошку… или другого хищника. Ему не нравится иметь дело с противником себе под стать. Он хочет, чтобы те, кто покрупнее, прикончили друг друга. Он не ждет нападения.

– Рискованно, – вздохнул Майкл.

– Все рискованно! Мы не можем проиграть! Ни разу.

– Тем не менее мы будем проигрывать. – Майкл вздрогнул. – Все проигрывают время от времени.

– Какой ты радостный, – сказал Габриэль.

– Я просто стараюсь быть честным, Габриэль. Подумай об этом. Ты становишься… фаталистом. Не уверен, что это поможет тебе победить.

– Да. Я пытаюсь создать мир, в котором люди будут работать вместе. Одно хорошенькое поражение – и наши союзники задумаются о солдатах-рабах и альянсе со злом. Мы должны не просто выигрывать, мы должны быть непобедимы. В Этруссии и Галле люди объединялись со злом. Патриарх Рума, скорее всего, против нас, а он обладает огромным влиянием и армией.

Сью поморщилась.

– Я понимаю, почему ты считаешь это важным, – ответил Майкл. – Я просто говорю, что мы размазываем очень маленький кусок масла по очень большому ломтю хлеба.

– Да, – согласился Габриэль.

– Гэвин и Сказочный Рыцарь не остановят Эша у Н’Гары.

Император наклонился над столом с картами и посмотрел на море. Потом спрятал лицо в ладони.

– Им необязательно побеждать, – терпеливо сказал он наконец. – Им нужно просто отвлечь Эша.

– Между прочим, а что мы будем делать с драконами? – поинтересовался Майкл, глядя на Кайтлин.

– Ничего. Если мы каким-то чудом побьем одайн, тогда и поговорим о драконах. Это не мой враг и не мои проблемы. Мне надо выкупаться.

– Не попадись морскому змею. Если Эша ты не боишься, а драконы тебе не враги, почему ты такой мрачный?

Император быстро превращался в молодого мужчину в льняных брэ.

– А где Некромант? – спросил он.

Майкл застыл. Габриэль посмотрел на Бланш, потом на карту, потом на Майкла.

– Я готов поставить ферму на то, что мы встретим его вот здесь. И, спасибо Аль-Рашиди, у нас есть не только шанс победить… я придумал план, как выиграть весь этот турнир. Но что если Некромант сделал то же, что и мы? Пошел на Окситан? Всего четыре сотни лиг от его западного побережья. Харндон? Ливиаполис? – продолжал Габриэль.

– Прекрати.

– Я радовался, узнав, что все атаки величайшего темного волшебника нашего времени нацелены на Дар-ас-Салам. А теперь мы не знаем, где он. Признаюсь, я умираю от страха с того дня, когда мы вышли из Дара. Насколько я вижу, Некромант поставил все на Арле. Но я могу ошибаться. И если я ошибаюсь…

Бланш пыталась уложить непослушные волосы в прическу и застыла с руками над головой.

– И что мы будем делать?

– Купаться. Я боюсь, но мы же не можем передумать.

Когда он вышел из каюты, Бланш посмотрела на Майкла.

– Он изменился, – сказал тот. – Он стал… отчаяннее.

– Нет, Майкл. – В глазах у Бланш стояли слезы. – Просто он знает, когда умрет.

Кайтлин схватилась за крестик на груди.

– Во имя святой Анны! Знает?

– Да. По меньшей мере с Дара. А то и раньше. – Она наконец расплакалась.

К рассвету они подошли к южному побережью Этруссии. Майкл нашел Габриэля на палубе. Он играл в кости с Томом.

Майкл вышел в брэ и рубашке, как крестьянин во время сбора урожая. Он подсел к игрокам. Пара матросов болела в сторонке.

– Том говорит, что я дурак, – сказал Габриэль.

– Я говорю, что ты ненормальный. Тоже мне новость. – Том швырнул кости.

Майкл никак не мог сообразить, во что они играют. На мгновение ему, еще не проснувшемуся, показалось, что это сон.

– Не рановато ли для игры в кости?

– Мне приснился кошмар, – ответил Габриэль.

– Господи, что же ты зовешь кошмаром?

Габриэль мрачно улыбнулся – Майкл хорошо помнил эту улыбку по дням осады Лиссен Карак.

– Это тоже твои уроки?

– Не знаю. Ну так что?

– Ну ладно. Я сидел на троне над всем миром. Под ногами у меня лежала карта и рисунки, которые Мирам срисовала с потолка в Лиссен Карак. Я их ясно видел. Подошла женщина. Незнакомая, но я знал, кто она. Ну, как во сне бывает.

– Этого он мне не сказал, – ухмыльнулся Том. – Но я тоже во сне баб вижу.

Габриэль двинул Тома в плечо.

– Это была Тюхе. Архаическая богиня удачи.

– Тара, – вставил Том.

– Это была удача. Пока я смотрел на рисунок и карту, она спросила: «Хочешь власти над всеми царствами?»