— Двадцать четыре имперские мили, — сказал император.

— Хорошо, что не четыре тысячи, — усмехнулся Том.

Взгляд Габриэля был неразличим в звездном свете.

Подъехал Майкл вместе с Тоби:

— Ставим здесь лагерь?

— Как только Морган проверит воду, — ответил император. — Господа, вы вообще представляли, с чем мы можем столкнуться? Ядовитый воздух? Полное отсутствие воздуха?

— Бог хранит нас от зла, — пробормотал Майкл. — Но да, я об этом думал.

— Хорошо, — сказал Габриэль. — Нужно быть готовым ко всему. В любой миг.

Мортирмир в полном доспехе даже не казался нелепым. Если честно, в звездном свете он выглядел как молодой бог.

— Абсурд, — отрезал он. — Нелогично. Если бы атмосфера была непригодна для дыхания, никто бы никогда не пришел сюда. А сюда заходили люди, иначе кто бы нарисовал карту? Что и требовалось доказать.

— Сразу видно мага, — рассмеялся Деркенсан, а Майкл вздрогнул. В квадрат въехала пара фургонов, и Майкл поскакал передать Безголовому известия о лагере.

— Я не вижу дров, — сказал Том.

— Мы можем сжечь телеги, в которых больше нет припасов, — предложил Габриэль.

— На все-то у тебя есть ответ. А лично я хочу подраться как следует. И скучаю по Изюминке. Скучаю… Почему мы не можем идти все вместе?

Габриэль осадил Ателия и оказался вровень с горцем.

— Потому что, если я облажаюсь, все, кто идет впереди, умрут. И кто-то должен быть наготове, чтобы продолжить. Сейчас это Изюминка.

— А, — сказал Том. Кажется, он впервые не нашел слов.

— Выведи пугал вперед, — велел Габриэль. — И возьми Ариосто.

— Заметил, что звезды почти не двигаются? — спросил Мортирмир Плохиша Тома.

Горец поднял бровь.

— Да вроде как нет.

Мортирмир смотрел на небо.

— Все врата должны открываться в разное время, — медленно произнес он. — Астрономическое время? Герметическое? Томас, я даже не заглядывал в эфир в последнем месте. Ну так, одним глазком. Но это разные миры.

— Да, мне говорили. — Том улыбнулся.

Мортирмир его не слушал, он вообще редко слушал людей.

— Дэн Фейвор смотрел на врата примерно семь часов назад. Тут была ночь. И тут до сих пор ночь, никаких признаков рассвета.

Габриэль появился из освещенного свечами красного шатра в летном костюме. Насколько хватало глаз, везде стояли шатры: для офицеров, ремесленников и поваров. Мужчины, независимо от своего положения в обществе, спали на земле, мягкой, немного рыхлой и пахнущей пряностями, но в странном свете выглядевшей довольно приятно.

— Ты полетишь в темноте, — сказал Том Лаклан. — В чужих мирах, посреди ада, где наверняка живут черти, ты собрался полетать.

— Да, — ухмыльнулся Габриэль.

— Ты с ума сбрендил, — ласково сказал Том. — Вот бы и мне такого зверька. Мы бы помчались куда глаза глядят и нашли бы себе неприятностей.

Габриэль рассмеялся так громко, что пошатнулся и схватился за плечо удивленного магистра.

— Том, мы прошли маршем через ад. Тебе точно нужны какие-то еще неприятности и приключения?

— А и правда. — Том тоже рассмеялся.

— Майкл собирается спать. Том, ты за главного. — Габриэль хлопнул горца по руке.

— Ладно уж, — усмехнулся Том, — сделаю все, что смогу.

Габриэль взобрался на Ариосто, уже утомленный за день в седле. Он знал, что где-то в двух мирах тому назад едва ли наступил вечер. Но у него в голове уже была полночь.

«Люблю тебя!»

«И я тебя люблю, братик».

«Пахнет смешно. Все странное. Воздух странный».

«Дай мне полчаса».

«Нет! Полетели!»

Ариосто подпрыгнул в воздух. Склон холма был достаточно крут, чтобы дать ему возможность взлететь, и вот он уже оказался в восходящем воздушном потоке, и его крылья, почти невидимые в ярком звездном свете, радужно мерцали. Он ерошил управляющие перья.

«Выше, — приказал Габриэль. — Я хочу посмотреть».

Они поднялись. Когда стало холодно — так, как дома на определенной высоте, Габриэль сосредоточился и воспроизвел первые такты заклинания Аль-Рашиди против одайн. Они нужны были, чтобы найти и отметить врага, а Габриэль сделал из них отдельное заклинание — чтобы увидеть все, что можно увидеть. Получалось плохо, неуклюже, как будто он только что выучил это заклинание или ему не хватало сил — а их хватало.