Точность была всем… но не всегда.

Магия вспыхнула во тьме, искрилась, меч вырос из пустоты и появился в руке Ниллы. Клинок пылал ярко, как факел.

Она повернулась, взмахнув мечом, к мужчине, несущемуся к ней. Он был крупным, с огромными кулаками. Шипы торчали из каждого квадратного дюйма видимой кожи, рвали одежду. Он открыл рот, ревя, пока бежал к ней. Огромная красная роза цвела на его языке.

Нилла ударила, меч рассек воздух дугой, вонзился в руку напавшего. Кровь полилась из плоти мужчины, он закричал и рухнул на песок. Пытаясь подняться, он вытянул руку, чтобы поймать Ниллу за лодыжку. Лозы тянулись из него, как змеи, пытаясь обвить ее и притянуть ближе.

Нилла взмахнула мечом, рассекая лозы. Они падали, обрубки увядали и отступали. Мужчина закричал и сжался в комок. Но потом он выпрямился и стал подниматься, с яростью глядя на нее.

Нилла не была убийцей. Даже смерть Кловена не превратила ее в такую. Мама научила ее защищаться, но не убивать. И она не знала этого мужчину. Она не узнавала в нем прихвостня Кловена. Он мог быть невинным жителем, пойманным Девой Шипов, притащенным в этот кошмар против воли.

Она застыла, подняв меч, не могла нанести убивающий удар. Мужчина бросился.

Вспышка ослепительной магии отбросила его на песок, он едва дрогнул и застыл. Лозы покинули его тело, а потом поползли по песку к крепости.

Нилла повернулась, увидела Сорана за собой, его ладонь была еще поднята от залпа, который он выпустил. Два других тела лежали рядом с ним, искрясь магией.

Он поймал ее взгляд. Его лицо было опасным.

А потом он опустил ладони и повернулся к крепости. Он замер на миг, опустив голову и плечи. Глубоко вдохнув, он выпрямился и пошел по тропе, ветер хлестал его спутанные длинные волосы за ним.

Сердце Ниллы колотилось, пот проступил на коже, был холодным от ветра с моря. Она сглотнула, и поспешила за магом, все еще сжимая меч. Если повезет, эти трое были последними пленниками Девы Шипов. Нилла не знала, сможет ли дальше биться с бездумными марионетками.

Они подходили к руинам, Нилла посмотрела на оставшуюся башню крепости. Свет мерцал в самом высоком окне. Гаспар был где-то там. Сидел в свете свечи и ждал Сорана. Гаспар… но не совсем он.

Что сделает Соран? Он шагал решительно. Он точно придумал план, хотя она не понимала, какой. Без Розовой книги как сковать Деву Шипов? Он как-то смог создать новые чары оков, о которых она не знала? Нет, с его проклятыми руками это было невозможно. Что тогда?

Вода плескалась у фундамента крепости, пока Нилла шла за Сораном к покосившемуся мосту, ведущему к поднятой решетке ворот. Соран смело шагал по мосту, Казалось, призрачные лозы следовали за ним массой. Розы цвели и сгорали, поворачивали цветы к нему, пока лепестки осыпались пеплом, который уносил ветер. Соран даже не взглянул на них.

— Чушь, — буркнула Нилла. Она поспешила за ним, сжимая меч. Шипы отступали, когда она шла, прятались в тени сияния ее пылающего меча. Если она смотрела на них прямо, они пропадали. Они были только в ее разуме. Призрачные кошмары, не эта реальность. Но такие густые! Дева Шипов была тут сильной, почти такой же сильной, как когда обрела физический облик в Ноксоре.

Соран остановился. Нилла запнулась в паре шагов от него, остановилась и огляделась, открытые врата напоминали пасть монстра. За вратами лежал дворик, а потом главное здание крепости, все еще почти целое. Она разглядывала тени, искала в них признаки захваченных людей с шипами. Но, кроме шелеста моря, было тихо.

— Что такое? — спросила она, голос отказался звучать громче шепота.

Соран поднял ладонь, сияющую серебром в свете луны, отчасти повернулся, чтобы говорить поверх плеча, не глядя в ее глаза.

— Назад.

Она поправила хватку на мече из огня.

— Я иду с тобой.

— Я пойду первым.

Она стиснула зубы, но согласилась, отступила на шаг. Соран пошел по мосту, но уже осторожнее. Ей показалось, что запах роз стал сильнее, перекрыл даже соленый запах моря в воздухе?

Что-то было не так. То, что она не видела. Что он знал, а она — нет.

— Соран! — закричала она, когда он проходил под аркой ворот.

Лозы бросились внезапно, незаметные обычным глазам. Нилла прыгнула, меч сверкал. Но было уже поздно.

Старая решетка опустилась на входе с решительным грохотом.

21

— Соран! Соран, стой!