За спиной Эрика раздался хлопок. Кисть Мясника разлетелась на ошметки.

— А-а-а! — заорал он. — А-а-а! Сука-а-а!

Тотчас из непроницаемого серого дыма стрелой вылетел Никс, врезавшись плечом в Эрика. Непримиримые враги намертво вцепились друг в друга. Следом выскочили Орн и Кейла. Девушка первым делом побежала к Кридлу и взвалила его себе на плечи.

— Что дальше?

— Кха-кха, уходим, — ответил дворф, плотнее прижав маску к лицу, — а то скоро тут все взлетит на воздух. Никс как-нибудь справится.

В то время, пока Орн и Кейла стремглав неслись к выходу, Никс до последнего боролся со своей добычей, которую преследовал долгие двадцать лет. Мясник даже с одной рукой умудрялся наносить сокрушительные удары, крошащие камень в мелкую пыль, а Никс отвечал ударом на удар, отчего Эрик сильнее свирепел. Оба кашляли, обоим в глаза въедался липкий смрад гари, из-за которого им приходилось биться почти вслепую; все вокруг горело. Мясник уже давно должен был умереть от потери крови, но он упорно сопротивлялся, сдавив горло следопыта. Кровь из разорванной кисти уходила куда быстрее, чем Никс не преминул воспользоваться, схватившись за раскуроченную рану и вдавив в нее большой палец.

— А-а-а! — Вновь своды пещеры огласил звериный вой тем не менее Эрик продолжал ожесточенно душить Никса. Тот был не готов мириться с поражением.

— Никс! Никс! — лихорадочно повторял Эгон. — Я не хочу вот так сдохнуть!

Следопыт пытался нащупать что-нибудь перед собой: оружие, камень, деревяшку. Кроме сухих комьев мха рядом с ним ничего другого не оказалось, поэтому он пихнул в лицо Мясника горсть дурманящего растения. Эрик на мгновение разжал хватку, и Никсу этого вполне хватило, чтобы самому вцепиться в противника. Он притянул голову Мясника и мощно ударил лбом по носу, а затем опрокинул его на спину. Главарь банды с гримасой боли беспомощно лежал в собственной крови и дожидался скорой расправы.

— Лисандру так же убьешь, а? — Эрик закашлял. — Кха-кха, вот будет потеха.

Никс поднял нож и приготовился перерезать глотку давнему врагу. Он не желал выслушивать гнилые слова убийцы Вэла.

— Знаешь, — Мясник оскалился, — твоя ведьма кое-что скрыла от тебя.

Рука Никса дрогнула. Эрик заметил секундную слабость и продолжил:

— Я не хочу драться. Просто выслушай!

— Нет! — Влез в разговор Падший. — Он несет чепуху, тянет время, чтобы ты тут задохнулся. Убей его!

Никса охватило смятение. Чтобы Мясник? Да просит выслушать?

— Обман…

— Ловушка…

— Смерть…

Голоса в голове следопыта завыли громче прежнего. Он затряс ей, надеясь заглушить зов.

Эрик тем временем кое-как поднялся, он был уже в шаге от смерти. Одним неведомым чудом душа по-прежнему оставалась в теле. Мясник увидел, как противник теряет остатки самообладания.

— Дай мне все объяснить. — Пока он говорил, огонь заполыхал почти во всех тоннелях. — Неас, не слушай тварь у себя в голове.

— Ложь! Червяк спасает свою шкуру!

Никс направил острие ножа в лицо Эрика.

— Не-е-ет, — зловеще прошипел он. — Я вырежу твое сердце за то, что ты сделал.

Ответом стал хриплый смех Мясника. Эрик неожиданно для Никса влетел в него, впечатав в стену, и несколько раз ударил по лицу. Следопыт без сил рухнул у ног противника.

— Ты сам виноват.

— Убью… — Никс схватил Эрика за ногу. — Убью…

Эрик взял следопыта за шиворот и бросил в огонь.

****

— Вставай! Никс, ты слышишь?! Мы горим мать твою!

– Что…Что происходит? — Следопыт болезненно приподнялся. — Черт! — резко выкрикнул он, смахивая пламя с плаща. — Где эта мразь?

— Да какая разница?! Пора сматываться!

Никс недовольно зарычал, но сейчас не время для препирательств — огонь пожрал почти все убежище.

— Тогда веди.

Следуя подсказкам Эгона, следопыт отыскал и плечом выбил люк на поверхность, где без сил рухнул на землю. Прохладный утренний ветерок обдувал измазанное сажей лицо; на востоке забрезжил рассвет; красноватые лучи восходящего солнца сквозь перистые облака яркой полосой побежали по водной глади Жемчужного моря. «Прикрыть бы глаза. Хотя бы на минуту». Однако несмолкающие крики битвы до сих пор доносились из города, будто сражение вот-вот началось. «Слишком опасно…»

Никс натужно поднялся и, хромая и выкашливая из себя черную слизь, доковылял до песчаного пляжа, где его ожидали Орн и Кейла, у ног которой мирно спал Кридл. Никс заметил, что мальчишку тщательно перевязали и обработали все раны. Теперь он мог рассмотреть лицо: гладкое, красивое, почти без шрамов, не бледное, как у всех остальных ферксийцев, а более смуглое. «Да и волосы не черные».

Воительница без лишних слов собирала вещи в несколько мешков, которые, по всей видимости, парочка прихватила при побеге, а Орн приветливо обнял следопыта, будто старого приятеля, отчего Никсу стало неловко, ведь он знал дворфа всего несколько часов.