Домой идти было ещё рано. Моя новая временная сожительница вернётся только поздно вечером, той есть, у меня в запасе было ещё несколько часов.

Обдумав все за и против, я принял героическое решение сходить в полицейский участок, обсудить дело сапожника, а также и узнать чего про Людвига.

Впустили меня в здание беспрекословно. Зато вот на рецепции пришлось задержаться. Всё так же необъятная тучная тётка сегодня была в особенности чем-то недовольна. Благо, она всё же умела держать себя в руках и не стала в полной мере вымещать на бедном мне своё безграничное (судя по всему) раздражение. Тем не менее наша беседа вышла весьма странной.

— Чё припёрся? — буркнула она.

— И вам добрый день! Мне бы к комиссару заглянуть, дело есть, — проговорил я, натянуто улыбаясь.

— И чё?

— Ну, я же не могу без вашего разрешения к нему попасть.

— Ну и не попадай, чё.

Я честно пытался сохранять спокойствие.

— А, может, вы мне всё-таки разрешение дадите? И в свой этот журнальчик запишете, что я приходил. По правилам чтобы всё было.

— Неа!

Я обречённо вздохнул.

— Ну тогда я пойду без разрешения.

— Валяй, — буркнула тётка.

Я рассеянно пожал плечами и двинул к комиссару. Не знаю, что с этой дамой такое случилась, но вела она себе, кхм, довольно необычно.

— Мистер Уоллес, можно? — я чинно постучал в дверь кабинета и, услышав какие-то невнятные звуки, принял это за согласие и вошёл.

Комиссар всё так же восседал в своём кресле с нахлобученной на голову шляпой и раскуривал трубку. Кстати, хочу заметить, что курение вызывает у меня ничего больше, кроме полнейшего отвращения. Во-первых, вредно. Во-вторых, противно. В-третьих, абсолютно бесполезно. Вся эта мифическая хрень, что курево помогает лучше думать и успокаивает нервы, по моему скромному мнению есть не что иное, как обыкновенное самовнушение.

— Чем обязан? — спросил наконец мистер Уоллес. Голос у него был хриплый и уставший. Да что с ними тут случилось?

— Я зашёл обсудить некоторые дела, — проговорил я. — Но прежде, позволите узнать, что у вас тут, чёрт побери, произошло?

— Вы о чём? — мой собеседник, не мигая, уставился на меня. Это было уже слишком.

— Как это о чём? Ваша эта, как её там зовут, на рецепции которая сидит, ведёт себя как зомби с бодуна. Охранник даже документы проверять не стал, сразу запустил, что странно. И вы тоже. Ведёте себя, ну, необычно.

— Необычно?

— Глаза у вас стеклянные, не мигаете, голос какой-то равнодушный, безэмоциональный.

— И что?

Чёрт. Да их тут всех загипнотизировали, что ли!

Я воровато оглянулся. Интересно, если шандарахнуть комиссара по голове чем-нибудь тяжёлым, гипноз спадёт? Увы, проверить эту теорию я не успел.

— Господин Юрий Вахатов, — холодно начал говорить мистер Уоллес. — Вы арестованы без права залога по подозрению в убийстве, похищении, порче имущества, а также угрозам и оскорблению сотрудников полиции. Вам грозит от 5 до 10 лет тюремного заключения или же ссылка на каторжные работы на любой установленный судом срок. Всё, что вы скажете, может быть использовано…

Увы и ах, но слушать дальше я этого ирода не стал, ровно как и дожидаться, пока на меня нацепят наручники вошедшие в комнату полицейские. Их было двое. Один излишне толстый, а другой слишком уж худой.

Соображал в критических ситуациях я довольно быстро, хотя не всегда принимаемые мною решения были разумны.

Так вот. Выпрыгнуть из окна никак бы не получилось — на окнах стоят решётки. Не уверен, что они хоть сколько-нибудь из устойчивого к магии материала (на вид так из обычной стали). Однако где я вам мага возьму?

Поэтому оставался только вариант более жестокий и рискованный — напасть на полицейских. Они были при оружии, однако не отличались, судя по их виду, особыми бойцовскими навыками.

Сам поразившись своей ловкости, я метнулся в их сторону, сбив с ног худого, и выхватил у того пистолет из рук, раньше, чем толстый смог вообще хоть что-то сообразить.

— Опусти оружие, иначе твой друг умрёт, — фактически прорычал я, приставив дуло к голове худому. Сказать я это, конечно, сказал, но тут же засомневался. Они же зомби? Им вообще плевать на то, умрёт ли кто-то или нет.

И засомневался не зря. Однако было уже поздно. В тот же миг раздался выстрел — пуля вонзилась мне в плечо. Я еле слышно вскрикнул от боли, которая слегка притупилась на фоне огромного количества адреналина в моей крови. А затем выстрелил в ответ. Дважды. И оба раза оказались смертельными для противников. Худого же я попросту вырубил прикладом.

***

Даша, в отличие от своих коллег по работе, была не из тех девчонок, кто направо и налево треплется о своей личной и интимной жизни. И все это знали, однако, несмотря на это, всё равно старательно и активно целый день выпытывали её насчёт Юрия.