Шрифт:
Малфой сжал губы от неприятного предчувствия потери, словно его пытались лишить привычного комфорта. До боли ярко вспомнился день, когда Лорд отнял палочку.
«Это всё блеф. Лорд не отдаст им девчонку. Просто убьёт Поттера и дело с концом».
Он чувствовал, как Драко положил руку на талию Минни, но сейчас было не до разногласий. Люциус поймал взгляд, которым сын наградил Поттера, и понял, что девчонка расплачивается ещё и за своего дружка, и, возможно, в этом причина одержимого влечения Драко.
Поттер быстро кивнул.
— Согласен. Иначе зачем я здесь? Прикажи им отпустить её!
Люциус подался вперёд, с раздражением думая о том, почему Лорд не может просто убить мальчишку, ведь стоит только бросить заклинание.
— Палочку, Поттер!
— Опустите её!
— Ставишь условия, малыш Гарри? — зашипел Лорд. — Что скажешь, если я испытаю на ней Сектумсемпру? Или Круцио? Давай-ка сюда девчонку, Люциус!
— Нет! — Люциус стремительно терял контроль над ситуацией, и это ему очень не нравилось, — для начала пусть сдаст палочку.
Белла подлетела чёрной тучей.
— Будь благоразумен, Люциус! Нас много, а он один!
Взгляд Яксли перебегал с Поттера на Малфоев с девчонкой. Долохов провёл кончиком палочки по губам, неприятно ухмыляясь.
— Палочку, Поттер! — процедил Драко. — Иначе…
— Хватит! — рявкнул Лорд. — Довольно этой интермедии. Поттер, ты знаешь, что мне нужно, я знаю, что тебе нужно! Пора покончить с этим!
— Я знаю, что тебе нужно, Реддл! — с ненавистью крикнул Поттер. — Я знаю, чего ты боишься! Ты умираешь! Ты разлагаешься заживо, мерзкий инфернал!
— Да что ты можешь знать об этом, мальчишка?!
Люциус не помнил Лорда в такой ярости. Повелитель уже тянулся за палочкой, а потом всё случилось слишком быстро. Поттер стремительно рванулся к грязнокровке, а та вскрикнула от страха и неожиданно прижалась к Люциусу, спрятав лицо у него на груди. Такого не ожидал никто, даже он сам.
Поттер замер.
— Гермиона!
Минни обернулась, не отрываясь от мужчины, и прочла в зелёных глазах юноши такую боль, что сердце её дрогнуло. Девушку трясло от страха, она не узнавала его, видя словно сквозь толстую стену из мутного стекла.
Луна вдруг вышла из-за туч, залив всё вокруг серебристым светом, словно театральную сцену волшебными софитами, и Люциус на мгновение вспомнил свою роль Лаэрта в школьной постановке Флитвика.
И тут произошло несколько событий сразу. Рядом с Поттером возник младший Уизли, очевидно, сбросив мантию-невидимку. Он тоже смотрел на Минни, зажатую между Малфоями, и лицо его было искажено от горя и ярости.
— Вы поплатитесь, ублюдки! Клянусь Мерлином, вы поплатитесь!
Его Круцио угодило бы в Драко, если бы Люциус вовремя не выставил щит. Из тени менгиров, снимая дезиллюминационные чары, один за другим появлялись орденцы, и завязалась жестокая схватка.
Лорд сыпал тёмными заклинаниями в отчаянной попытке достать Поттера, но тот красиво уходил и так ловко ставил Протего, что явно сказывалась чья-то тщательная тренировка.
Белла билась с Люпином, и оборотень хладнокровно теснил её к центру капища. Ведьма запнулась об один из голубых камней, и только животная реакция спасла её от алой вспышки.
Долохов сцепился с девицей Тонкс, они превратились в сгусток белого пламени и чёрного дыма, летя между валунами. Эйвери дрался с Лонгботтомом, которого весьма успешно прикрывали две девчонки — Лавгуд и Уизли.
Яксли с Бруствером кружили, словно два бойца на ринге — то резко атаковали, то снова пробовали пробить защиту друг друга, отыскивая слабые места.
Малфои встали спина к спине, а Минни сжалась между ними. Драко издевательски смеялся и, будто шутя, отражал заклинания Уизли-младшего. Люциус только ухмыльнулся, когда перед ним встал Артур со своим старшим сыном.
— Сдавайся, Пожиратель! Иначе пощады не будет!
— Как бы тебе не пришлось просить пощады, Артур!
Заклинания били прицельно, расцвечивая чёрное, как грех, небо ослепительными вспышками, но ветер сносил в сторону цветные лучи, возможно, поэтому многие волшебники остались живы в эту ночь.
Схватку прервал яростный вопль Волдеморта. Поставив щит, Люциус обернулся, чтобы увидеть, как на фоне чёрного неба гигантскую алую кобру, наколдованную Лордом, пожирает золотой грифон Поттера. Едва осыпались последние искры, Лорд швырнул Авада Кедавру, подвывая от бессильной злобы. Поттер ответил Экспеллиармусом, и перекрещенные лучи ослепительно вспыхнули, рассыпая вокруг яркие всполохи. Пожиратели и орденцы застыли, заворожённо наблюдая за схваткой.
Волдеморт моргнул, его глаза заволокло белым, и тут Поттер пошатнулся, рука его дрогнула. Парень схватился за лоб, его Экспеллиармус начал угасать. Не дожидаясь, пока Авада настигнет его, Поттер с большим трудом увёл удар в землю и внезапно исчез. Люциус мгновенно оценил ситуацию и окрикнул сына, прекрасно зная, что сейчас случится. Орденцы хватали раненых и быстро трансгрессировали один за другим, вовремя ретируясь. Пожиратели приходили в себя: Долохов приводил в чувство оглушённого Эйвери, Белла прихрамывала, выбираясь из-за менгира. А Лорд от ярости жёг всё вокруг, оплавляя тысячелетние камни. Наконец, не выдержав, он взлетел ввысь, оставляя за собой густой шлейф чёрного дыма.