Денег постоянно не хватало, и, начиная с четырнадцати лет — как только получил паспорт — на каждые каникулы Юра устраивался на работу. Курьерствовал, носил газеты, мыл машины, торговал на рынке. Хозяин точки, толстый азербайджанец Вугар, преподал ему следующий урок: связи решают всё. Юра был прилежным, и уроки учил хорошо. Он понял, что нормальное образование в Кировском затрапезном ВУЗе ему ничего не даст. Нужно ехать в первопрестольную, и заведение выбрать пошикарнее — там будут все сливки общества, а они-то ему и нужны, чтобы построить карьеру.

Юра выбрал ВУЗ — Плехановскую академию — ознакомился с вступительными

испытаниями предыдущих лет, и вгрызся в гранит ещё ожесточённее. Мозг его гудел и плавился, но он не давал себе спуску. Экономическая ситуация в семье к тому времени выровнялась: мать снова вышла замуж — не за крутого мужика, конечно, но жить стало легче. Наладилось питание, получилось скопить денег и на шмотки, и на первое время в Москве.

Вступительные испытания Юра провалил. Не с треском, но на бюджет по конкурсу не прошёл (а про платное обучение нечего было и думать). Однако, ему было известно, что частенько абитуриенты подают документы в несколько ВУЗов, и потом из успешных попыток выбирают тот, что больше нравится. Он был уверен, что ему повезёт — чуть не ночевал под дверями приёмной комиссии — и тогда удача впервые улыбнулась будущему миллионеру.

Второй раз, в виде странного однокурсника с умом-палатой, но без малейшей светскости, тоже не заставил себя долго ждать.

Оказавшись в привилегированном обществе, Юра поначалу вёл себя очень осторожно: присматривался, кто как одевается, где проводят свободное время, о чём разговаривают. Быстро усвоил повадки московской молодёжи, даже а-канье перенял, чтобы сойти за своего. Стал ходить в бесплатную студенческую тренажёрку, чтобы выглядеть повнушительнее. Питался экономно, но качественно: на макаронах массу не нарастишь. Приняли его хорошо — лучше, чем он ожидал. Сказался и возраст однокурсников (юношеский максимализм пошёл на убыль), и приобретённые Юрой навыки общения, которые он сознательно развивал в себе, читая книжки навроде Карнеги и отрабатывая их в трудовые будни. Девушки улыбались ему, парни обращались за советом, даже иногда приглашали на свои столичные тусовки. Там Юра не пил, а продолжал высматривать знакомства пополезнее.

Но однажды он случайно обратил внимание на необычного молодого человека — не по годам мощного: высокого и широкого в плечах — который не следил за столичной модой, ходил в чём попало, стригся по-деревенски и всегда знал правильные ответы на контрольных, хотя не пользовался шпаргалками. Его манеры не вписывались в привилегированный кружок московских студентов, он громко говорил в лицо всё, что думает, ни перед кем не лебезил и совершенно не умел ухаживать за барышнями, хотя и интересовался ими. Девушки пугались и сторонились его, мажоры и ботаны посмеивались — не очень рьяно, никакого сравнения со школьной травлей. Всё-таки, уже более взрослые люди, другие интересы… Однако Тимур Алексеев был явным изгоем, несмотря на редкостную правдивость и острый ум.

Юра же по собственному опыту знал, что не стоит судить о книжке по обложке: его самого тоже сторонились одноклассники, но характер-то у него — кремень! Никто из их параллели не поступил в такое престижное заведение, как он — матушка это точно знала, так как была вхожа в школьные круги.

Так что, присмотревшись как следует к профессорскому сыну (это выяснилось в одном из приятельских разговоров в столовой) и прислушавшись к его мыслям, Юра стал пытаться найти применение целой палате ума нового друга. Оно нашлось скоро: Тимур и сам любил пофантазировать на тему бизнес-идей, а разнообразных необычных сведений у него была полная голова. Всё закрутилось очень быстро: написали бизнес-план, под него попытались взять займ в банке — не прокатило. Слишком бедная кредитная история. Тогда Тимур подключил батю, тот поскрёб по сусекам государственных и международных грантов на разные интересные проекты — и понеслось.

Иногда Юре даже не верилось, что всё развивается так удачно и быстро — скоро пошли первые деньги, и неплохие. Он смог наконец развернуться со всей давно жаждущей роскоши душой. Тимур, кажется, тоже был доволен, но… одинок. Он регулярно пытался завести отношения с женщинами, но они всегда заканчивались с треском: дамы пугались его манер ещё до того, как успевали очароваться умом и характером. Юра первое время пытался ему помогать, проводил мастер-классы по выходу в свет, но его методы почему-то совершенно не работали в исполнении этого сибирского медведя. И вот тогда Юре пришла в голову гениальная мысль: если Тим так и не сможет обзавестись семьёй, то их потомкам не придётся делить процветавшую и стремительно набиравшую обороты компанию — всё достанется его детям. И Юра начал вести серьёзную подрывную деятельность в этом направлении: строго следил за теми девушками, что крутятся в окружении партнёра, кого-то подкупал, кого-то запугивал, кого-то подставлял. Всё шло прекрасно, однажды Тимур окончательно разочаровался в женском племени и заперся у себя в глуши с какой-то дикаркой, от которой явно не собирался зачинать потомство. Юра торжествовал, потирал руки и предвкушал славное будущее своей семейной компании. Сам-то он подыскал себе приличную невесту в хорошей обеспеченной семье, и хотя, как верно заметил Тимур, не брезговал пользоваться услугами секретарши и других женщин с низкой социальной ответственностью, был уверен, что станет отличным мужем и семьянином.

Всё пошло наперекосяк из-за дрянной журналистки, и откуда только она взялась, чёрт бы её побрал? Юра ещё по телефонному разговору с другом понял, что появилась реальная угроза, а когда увидел эту белобрысую вертихвостку, то занервничал капитально. Она совершенно не поддавалась его обаянию, жертвами которой пали многочисленные бывшие Тимура — даже выражала некоторое неприятие, что было совсем уж нонсенсом, — и к тому же явно чересчур тепло относилась к партнёру. Юра вообще никогда не видел, чтобы хоть одна барышня смотрела на Тимура с таким абсолютным и безусловным принятием. Судя по всему, у девчонки наличествовал необычный ум и сообразительность. Необычный для женщин с её внешностью, которая, без всяких сомнений, приводила в восторг ещё больше одичавшего в глуши Тимура.

В общем, ситуация была экстренная — пришлось принимать экстренные меры. Он пригласил мать партнёра (пришлось даже денег дать старой ведьме), чтобы продемонстрировать Нике, как Тимур груб и жесток к собственной родительнице. Зная его прямоту, Юра был уверен, что состоится скандал, в котором друг проявит самую непривлекательную свою сторону. Но Тимура будто подменили — блондинка вертела им, как хотела, и сама при этом старалась оправдать отсутствие у него энтузиазма. Пришлось ретироваться восвояси. А дальше случилось то, что должно было случиться: двое голубков спелись и любовница-дикарка и иностранный жених были забыты. Хорошо, что у Юры остались кое-какие ниточки (вот уж в чём он был аккуратен как никто, так это в сборе информации) — через некоторое время ему удалось найти Витторио Кастеллано и связаться с Саран. Остальное обиженные бывшие возлюбленные сделали сами, Юре осталось только подсказать, как лучше всё обставить.