— Так и есть. Мне нужно забрать колье у человека, которому ты его вручила. Как его там зовут?

— Не думаю, что упоминала имя. — Несмотря на то, что она не была фанаткой Линкольна Блэквелла, Джозефина не была готова дать Лису еще больше информации, пока не выяснит, на кого работает Ксавье и какую на самом деле он вел игру.

Он стиснул челюсть.

— Ты ведь его знаешь? — спросил он. — Вы были близки? Напарники? Любовники?

Она снова вернулась к яичнице, ей нужно больше протеина. Ей понадобятся все силы, когда наступит время для борьбы, дабы вырваться из этой ситуации.

— Молчишь? Ладно. Я полагаю, ты его очень хорошо знаешь, — продолжил Ксавье. — Любовники? Скорей всего.

Она не даст ему ни подсказки. Джозефина уставилась на желтую жижу, чтобы он не почувствовал ни малейшего вздрагивания на ее лице или блеска узнавания в ее глазах.

— Итак, — говорил он, — на что поспорим, что ты бывала у него дома и можешь рассказать мне все об обстановке.

— У тебя дикое воображение, Лис. Стоит отдать тебе должное. Пригодится для очередного слета грабителей.

— Пожалуйста, зови меня Ксавье. И не говори, что между тобой и человеком, похитившим твою кошку, ничего не было.

— Почему? Ревнуешь?

Он выдохнул и разочарованно покачал головой.

— Если я работаю с воровкой, ведущей дела на два фронта, хотелось бы знать.

Джозефина с грохотом уронила вилку. Она больше не хотела есть, и точно была не в настроении излагать свой неудачный роман с этим ублюдком Блэквеллом. Особенно мужчине, что в настоящее время активировал все ее кнопки похоти. Он был слишком сексуален, сидя там без рубашки и ковыряясь в тарелке, будто собирался поесть. Его грудные мышцы пульсировали каждый раз, когда он двигал рукой. Да, она это заметила. Ксавье мог оказаться за бортом воровской жизни в течение нескольких лет, но он определенно поддерживал форму. И речь шла не только о мускулах, она чувствовала, что его разум работает, шестеренки вращаются и вовремя переключаются.

Значило ли это, что рядом с ним нужно быть всегда начеку? Взывая к слабостям вора? Проще простого.

— Хорошо, — девушка подняла стакан с апельсиновым соком и отпила. Да, он был свежевыжат. Этот мужчина сам себе делал соки? Уровень ее похоти взлетел еще на одну ступень. — Его зовут Линкольн Блэквелл. Я бывала у него дома. И да, я точно знаю, куда он затарил колье. Он до ужаса гордиться своим сейфом «Зевс 5000».

— Зевс. — Ксавье выпрямился. Детали по сейфу? Абсолютно сосредоточен. — Десять миллионов возможных комбинаций. Сложновато взломать.

— Но ты делал это раньше, — и ей этого не нужно было доказывать.

— Что наталкивает на мысль, тебе хорошо известны все мои навыки.

Еще не время раскрывать карты. Пока не придет нужное время. А оно может прийти, а может нет.

— Можешь нарисовать мне план этажа? Это все, что я прошу, Джозефина. И ты сможешь отсюда уйти и больше не беспокоится, что я последую за тобой, если ты просто дашь мне все необходимое. Это чрезвычайно опасная ситуация…

— Конечно, — прервала она его, пока он не придумал слезливую историю, которая зацепила бы ее чувства. Она не была глупой. А если серьезно? Она сыграла свою роль. Передала ожерелье Линкольну. Что бы ни случилось теперь, ее это не касается. — Но сначала мне нужно в душ. Прогулка по Парижу без штанов явно не из приятных воспоминаний. Передам тебе план, когда свалю из города. По рукам?

Она протянула руку для рукопожатия, и он посмотрел на нее с той же странной ухмылкой, которая активировала ее измеритель похоти. Когда он не протянул свою ладонь, она большим и указательным пальцами показала стреляющий жест.

— Ясно. Никакого доверия другому вору, да? И никогда не будет. Я возьму пару вещей из шкафа в спальне.

— Чувствуй себя как дома. Эти вещи здесь именно для этого.

В спальне она достала черную футболку и того же цвета леггинсы. Кроссовки серого и черного цвета стояли вдоль стены, и она нашла пару серых от Чака Тейлорса, что подошли ей.

Выглянув в коридор, где звук лязгающей посуды в раковине убедил ее, что Ксавье действительно странный человек — сам готовит и убирает? — она направилась в ванную и включила душ.

К счастью, ванная комната выходила во внутренний дворик. Прямо над душем находилось окно размером тридцать на девяносто. Стальных прутьев видно не было. Теперь ее утро улучшилось на все сто процентов.

Глава 8

Как и ожидалось, рука воровки появилась на краю крыши, крепко хватаясь за шиферные плитки с необработанными краями. Из-за его точки обзора капли дождя попадали на щеки и нос Ксавье. На улице просто морось, но этого было достаточно, чтобы сорвать любого решительного альпиниста, карабкающегося по стене жилого дома со стороны внутреннего двора прямо на крышу. Поэтому, когда она поднялась и перекатилась на спину, он молча дал ей дополнительную оценку за усердие.

Все еще не зная о его присутствии, удовлетворенный вздох сорвался с ее губ.

Он улыбнулся, заметив это. Побег. Это чувство выполненного долга. Достигнуть чего-то, что могли немногие. Пустить пыль в глаза. Почувствовать настоящий азарт от игры. Это стоило вздоха и небольшого смешка, который последовал за ним.

И это был чертовски сексуальный смешок, что Ксавье сразу вообразил, как услышал бы его в своей постели, когда она лежала бы рядом с ним, потная и очень довольная после ночи дикого, умопомрачительного секса.