– Но они ведь не люди!

Черные брови домиком:

– Кто вам сказал?

Внизу замелькали крыши и узкие улочки: сверху все это напоминало детскую игрушку-лабиринт - не хватало только серебристого шарика. Ляо Шюн замедлил полет катера и плавно повел его на снижение; теперь Феликс мог различить отдельные фигурки спящих - словно небрежно разбросанные забытые куклы.

– Где вы в прошлый раз собирали установку, физик Корн? полуобернувшись через плечо, спросил контактолог.

Катер покачнулся, и Йожеф Корн еще крепче прижал к сердцу запакованное оборудование. Ответил через минуту, когда полет выровнялся:

– Малый квадрат Е-тринадцать. Но, если мое предположение верно, нам нет смысла привязываться к конкретному месту. Даже наоборот: для чистоты эксперимента я бы выбрал сейчас произвольную точку.

– Если так, - вклинился Коста Димич, - возьмите чуть правее, контактолог Шюн. Вон туда, где граница парка, видите?

Контактолог кивнул, не спрашивая у врача пояснений. Снижаясь, катер совершил широкий разворот; ветка дерева черкнула по лицу Феликса теплыми листьями. Затем аккуратно опустился на брусчатку у самой парковой ограды, и Ляо Шюн довольно улыбнулся: похоже, он по-настоящему гордился своими умениями пилота.

Чугунные пики решетки смотрели в небо, запятнанное сочной листвой. Спереди и сзади катера их симметрично подпирали музейными экспонатами спящие стражники в ржавых доспехах.

– Надо было садиться по ту сторону, - запоздало проворчал Коста, там, где навигатор Нортон оставил продукты. А теперь за обедом что - через забор?

* * *

Йожеф Корн отрывисто называл номера деталей установки; Феликс разыскивал соответствующие бирочки на миниатюрных полиэтиленовых свертках разворачивать их самостоятельно ему не доверили - и подавал физику. Под сухими длинными пальцами Корна серебристая стрекоза медленно отращивала второе крыло.

Свободные пока Ляо Шюн и Коста Димич отошли к ближайшему стражнику. Врач присел на корточки и ощупывал землю у его ног. Ищет корни, понял Феликс. Которых не было у того, мертвого.

Они негромко беседовали - разговор долетал обрывками, чередуясь с порывами ветра в древесных кронах.

– ... собирался просканировать на метр в глубину. И уже приступал, когда этот ненормальный Чакра угнал катер с аккумулятором.

– Кстати, химику Чакре тоже так и не удалось взять пробы на анализ. Хотя, как он говорил, перекопал там почти...

– ... вот. Стержневой, как я и думал...

– ... что-то мистическое в этих корнях. Строго говоря, у нас даже нет объективных доказательств их существования. Только на уровне субъективного восприятия...

– ... и не говорите. Чувствую себя средневековым хирургом, разыскивающим в трупе душу. И, заметьте, Ляо, под эту проблему наш дорогой командир Брюни не выделил исследовательской группы. Как будто... летальный... нашли патологоанатома...

В голосе медика Димича зазвучали знакомые скандальные нотки, и Феликсу стало неинтересно. И надо же!
– как раз в этот момент, когда он вроде бы полностью сосредоточился на деталях установки, очередной сверточек выскользнул из рук и, подпрыгивая, прокатился с полметра по брусчатке.

Физик Корн поднял глаза: взгляд убежденного убийцы, не нажимающего на спуск только ради удовольствия высказать жертве напоследок все, что накипело на сердце. Но тем не менее промолчал; съежившись, Феликс нагнулся за деталью.

– ... что меня там не было. И по-человечески, и как ученому. Просто невыносимо жаль, - долетел удаляющийся голос Ляо Шюна.

Они с Костой уже оставили в покое спящего и прогуливались вдоль ограды; их фигуры дробились в пятнистой древесной тени. Налетел порыв ветра, и кроны зашумели, будто море. Совсем как на Земле...

– Не спите, инженер Ли. Номер двести восемь-ж.

Установка уже была почти готова - во всяком случае, запчастей в коробке оставалось всего ничего. Она перестала напоминать стрекозу: теперь перепончатые "крылья", изгибаясь по краям, образовывали параболическую "тарелку" с шипом антенны посередине. На собранный из мелких зеркальных пятиугольников "фасеточный глаз" рецептора Корн надел непрозрачный пластиковый чехол. Толстые перекрученные провода, проходя сквозь черную коробку стандартного дешифратора, ныряли под монитор - лабораторный, довольно массивный. Ли протянул последний сверток; деталь встала на свое место. Физик пробежался пальцами по клавиатуре - проверка готовности; антенна тоненько загудела, - и тут же отменил команду.

– Можно начинать?
– отрывисто спросил Ляо Шюн.

Феликс и не заметил, как они с доктором вернулись. Невысокий Коста чуть ли не полностью прятался за наклонной серебристой тарелкой - только смоляно-черный скальп наружу.

– Да, начинаем, - отозвался Йожеф Корн.

– Одну минуту, - Коста Димич шагнул вперед, задев при этом за край антенны. На лице физика снова вспыхнуло киллерское выражение, улегшееся только вместе с вибрацией тарелки. Но медик Димич, не обратив на это ни малейшего внимания, продолжал как ни в чем не бывало: