Если бы Макс знал, какие планы вынашиваются наверху в отношении облюбованного им поселка, он бы не думал, что делает такое уж выгодное капиталовложение. Но он находился в счастливом неведении. И из всех живущих на земле собою Макс Мамотин был доволен в первую очередь. Оттого в каждом его поглаживании выпуклого брюшка сквозила непередаваемая любовь и нежность.

– Это кто же тебе фингал нарисовал?
– полюбопытствовал он, вальяжно приблизившись к телохранителям.

– Где?
– притворился удивленным Суля, безошибочно нащупав желто-зеленое пятно на левой скуле.

– И ободранный какой-то весь, пошкорябанный, - недовольно продолжал Макс.
– Не ты ли френда разукрасил, Комиссар-бой?

Второй мамотинский охранник, урожденный Комиссарченко, отрицательно помотал щетинистой головой и выдвинул собственное предположение:

– Он отливать, наверное, ночью ходил. Или проблеваться. Или жидкая срачка на него напала. Вот и хрястнулся мордой в темноте.

На большее фантазии у Комиссара не хватило.

Лично он часть вчерашней ночи посвятил именно этим проблемам. Всем сразу. Одновременно. Совсем измучился, стоя на четвереньках и спеша то наклониться вперед, то вовремя осесть в исходную позицию.

Суля версию напарника оспаривать не стал, а просто задрал голову и принялся внимательно разглядывать редкие белые мазки облачков на небе. Не мог же он пожаловаться шефу, что его с утра пораньше отметелил мимоходом какой-то хмырь в задрипанных джинсах!

– Ну-ну, - хмыкнул Макс, понаблюдав за телохранителем.
– Ладно, понедельник - день тяжелый, согласен. Но сегодня - чтобы ни в одном глазу!
– Он сжал руку в кулак и поднял ее повыше, чтобы обоим телохранителям было хорошо видно.
– Я сейчас хэв май брэкфест и гоу ту зе офис. Рабочая неделя начинается. Вы - на хозяйстве. Пролетариев погоняйте, и вообще! И чтобы джип к моему возвращению блестел как новенький! Я ради такого счастья в город своим ходом доберусь.

Красноречивые взгляды Сули и Комиссара говорили о том, что они тоже хотят в город, очень. Да только Макс не собирался пускать строительство на самотек.

– Держите мани-мани, - задушевно сказал он, извлекая из кармана шортов пригоршню смятых купюр, которые должны были подсластить охранникам пилюлю.
– Это зарплата за прошлую неделю.., а вот этого вам с Рокки хватит на продукты, с кирпичом и щебенкой... Считайте.

У Комиссара от напряжения весь лоб подернулся рябью. Камни грызть ему еще не доводилось.

– Зачем продукты с кирпичом и щебенкой, шеф?

– Ну не жрать же их вперемешку, - жизнерадостно загоготал Макс.
– Еда отдельно, стройматериалы отдельно. Глядите не перепутайте. Кутузовы...
– Он опять засмеялся, отчего его подпрыгивающий живот целиком вывалился из шортов.

– Кирпич, значит.
– Комиссар осторожно огладил череп, явно опасаясь поранить ладонь колючками.

– И щебенка, - добавил Суля. Выражение лица у него было такое, словно этот самый щебень насыпали в мешок, а мешком тем зарядили ему по затылку.

Настроение у Макса внезапно начало портиться.

– Щебенка и кирпичи, йес, - раздраженно подтвердил он.
– Организуете по паре самосвалов, пока меня не будет.

– Где мы самосвалы возьмем, шеф?
– В глазах охранников поселилась озабоченность непосильной задачей, поставленной перед ними.

– Где-где!...
– Макс кивнул на рабочих.
– Народ поспрашивайте... На шоссе поголосуйте... Короче, меня это не колышет. Вернусь в конце недели проверю. Так что бдите.

Отбросив с глаз жидковатую челку, Макс поволок шаркающие шлепанцы в направлении дома. У него всегда немного поднималось настроение, когда его удавалось подпортить окружающим.

***

– Темнит, гнида, - обиженно буркнул Комиссар" провожая шефа угрюмым взглядом.
– И еще намекает: вы, мол, бздите тут... Сам бздит так, что не продохнуть!

– Хряк, он и есть хряк, - философски заметил Суля, быстрыми, точными движениями пересчитывающий деньги.
– Оставил на пару раз выпить-закусить, жмот. А ему еще кирпич и щебень подавай!

Комиссар беспечно махнул рукой:

– Значит, оплатим по безналу... Потом... Когда-нибудь... Может быть... Гы-ы...

Парни заржали, и молодой оптимизм попытался вернуться даже к Суле, раздосадованному результатами утреннего поединка. Но от смеха щелкнула челюсть, заставив его поморщиться.

– Ты чего?
– участливо спросил товарищ.
– И бланш еще этот... Конкретный, прямо скажу, бланш.

– Ковбой тут у нас под боком объявился, - указал Суля кивком на соседний дом.
– Борзый.

– Здоровье у него лишнее?
– недобро удивился Комиссар и пообещал уверенно:

– Отдаст. Хочешь, пойдем проведаем твоего ковбоя?