Шрифт:
– Это не важно, – вновь просипел Олаф, – ты поступил неправильно, недостойно…
– Я нарушил правила, я и бился сразу с двумя, – пожал плечами я. – Это вполне справедливо. Они бы сделали так же. И если ты не слышал – сами в этом признались.
– Я не… – Олаф закашлялся. – Они - это они…а мы…
– Прекрати, – перебил я его, – они выбрали тебя потому, что были уверены, что Ваги с тобой справится. Ты не мог победить никак – даже если бы убил Ваги, а Стеки справился бы со мной, Стеки убил бы и тебя, он не выпустил бы тебя с острова. Соблюдать порядки собирался здесь только ты. К слову, согласись ты, чтобы вместо тебя пошел Нуки – наши братцы тут же придумали бы отговорку, почему биться они не будут. И плевать им на честь, правила и прочее.
– Но мы - не они, – попытался возразить Олаф.
– Не они, – согласился я, – мы бились с бесчестными животными, а не с людьми. Так зачем соблюдать с ними правила? Ты же, когда забиваешь свинью или барана, не вызываешь их на хольмганг?
Олаф улыбнулся и попытался засмеяться, но тут же закашлялся.
– Давай, вставай, – я поднялся с земли, схватил Олафа за руку, потянул его вверх.
С горем пополам он смог опереться на ноги. Мы побрели к берегу, туда, где стояла лодка, на которой мы прибыли.
Минут за пять (хотя расстояние там было метров тридцать, не больше), мы добрели до берега, и я помог Олафу сесть в лодку.
– Я заберу наше оружие, – сказал я.
Идти одному оказалось намного проще – силы начали возвращаться ко мне, несмотря на то, что этот бой неимоверно меня измотал.
Я нашел и поднял свои топоры, забрал топоры Стеки и Ваги. Поднял и меч Олафа. Затем выдернул из тела Ваги оба ножа – и свой, торчащий в боку Ваги, и нож Олафа из глазницы противника. А затем снова побрел к лодке. Черт, насколько же тяжелое все это оружие!
Я сгрузил все железо на дно лодки и побрел назад. Надо взять кое-что еще…
Я отрезал голову Стеки. Хотя, если говорить точно, перерезал тот жалкий кусок кожи, на котором она держалась и, подавляя подкатившее чувство тошноты, схватил голову противника за волосы.
Подойдя к лодке, я просто швырнул на дно свой «трофей» и оттолкнул лодку от берега, после чего не без труда залез сам. Я взялся за весла и погреб к берегу Одлора, где нас ждали мой клан и агдирцы.
Было неимоверно тяжело – руки тряслись, все тело было словно бы деревянным, в глазах то и дело все темнело. Но я держался из последних сил. Еще немного, и я буду рядом с друзьями – обо мне позаботятся.
– Боги нас накажут.
Если бы у меня оставались силы – я бы закатил глаза. Олаф все никак не угомонится, это уже начало раздражать, причем сильно.
– Победителей не судят, – ответил я, – лично я считаю, что все прошло честно. Если у тебя есть претензии ко мне – можешь вызвать меня на поединок.
Олаф удивленно уставился на меня.
– Так что, сразимся?
Олаф разразился смехом, снова перешедшим в кашель.
Глава 10 Тэн двух островов
– Рмор-нод! Рмор-нод! Рмор-нод!
Толпа скандировала мое имя так, будто бы я вернулся с небывалыми трофеями.
Отчасти так оно и было – на Сьерке я ступил как дренг, нод, возвращался же я уже как тэн.
Туман все еще не рассеивался, но я все же видел фигуры на берегу. По их напряженным позам было понятно, что они вглядываются в туман, пытаются разглядеть, кто возвращается, кто победил в хольмганге.
Кто-то, обладающий самым острым зрением, смог разглядеть меня первым. И его крик огласил окрестности.
– Рмор-нод! – он крикнул мое имя и национальность так, что они причудливо сплелись вместе, словно бы став именем. Что же, Р`мор, нод и дренг исчез, да здравствует Рморнод, тэн Одлора.
Крикнувший мое имя первым не успел ничего сказать, а толпа уже подхватила его крик, начав повторять.
– Рмор-нод! Рмор-нод!
Лодка уперлась в берег и я, бросив весла, поднялся в полный рост. Бой дался мне нелегко, но монотонная работа веслами, от которой, по идее, я должен был устать еще больше, произвела совершенно другой эффект. Натруженные руки болели, но я не чувствовал усталости. Быть может, радостные крики толпы прибавили мне сил или же осознание того, что я, наконец, стал тэном, устранил главных конкурентов…кто знает…
Как бы то ни было, я довольно-таки ловко спрыгнул в воду, потащил лодку на берег, про себя страшась мысли, что сейчас споткнусь через борт и полечу кубарем в воду. Но все обошлось.
Мне позволили сделать буквально пару шагов, как тут же рядом появилось несколько человек, мягко оттеснивших меня от лодки, и потащили ее сами.
Я успел ухватить голову и сейчас брел по колено в воде, рассекал ногами воду, таща свой трофей в руке. Оказавшись на суше, я бросил голову Стеки вперед, прямо под ноги Нуки, Бьергу и его спутнику-старику, толпе, стоявшей вокруг.