– Ага, – легко согласился я, – наверное так же, как и со мной. Признайся, вы ведь так и планировали – Ваги быстро разберется с Олафом, и потом вы вдвоем нападете на меня. Ведь так?

– Ну допустим! – гордо вскинув голову, ответил Стеки. – Допустим, так и было. Никто уже ничего не узнает и не докажет. Ведь ты сейчас умрешь. Но кто тебе сказал?

– Такие скудоумные, безмозглые существа, как вы, только до этого и могли додуматься, – ответил я, и мое сознание плавно соскользнуло в боевой транс.

Оба братца взревели и бросились на меня.

Первым ударил Стеки. Находился он справа от меня. То ли озверел, то ли так и планировалось, но замахнулся он слишком уж сильно – удар получился размашистый, предсказуемый и медленный. Я просто отступил чуть левее и легко избежал проблем.

Удар Ваги, находившегося слева, я поймал на топор в левой руке, провернул оружие, зафиксировав топор противника за счет длинной бороды собственного оружия, перехватил деревянную рукоять и резко провернул ее, ослабив хватку противника. А затем резко дернул в сторону – топор вылетел из руки Ваги и улетел далеко, упав в снег.

Ваги не растерялся и попытался ударить меня щитом. Я сделал шаг назад, подпуская противника ближе, а затем ударил топором сверху.

Я не собирался достать противника, но он должен был так решить. И он купился.

Борода топора зацепилась за край щита, и я дернул ручку вниз, заставляя Ваги опустить щит. За ним появилось его удивленное лицо – он явно подобного не ожидал. Но любоваться его удивлением было некогда – я ударил его топором, который держал в левой руке.

Бить было неудобно, удар получился недостаточно сильным. Шлем я не пробил, может, даже и вмятины от удара не осталось. Зато враг был оглушен.

К сожалению, добить его я не успел – подскочил Стеки, начавший снова выписывать петли своим топором прямо передо мной, заставляя отступить.

Окей. Будь по-твоему!

Я отступил назад и метнул топор Йора в Стеки. Тот моментально закрылся щитом, в который мой топор и врезался, застряв в дереве.

Я бросился вперед, резко ушел вправо, крутнулся и ударил вторым топором. Стеки снова закрылся. Придав своему телу инерцию за счет вращения, я успел зацепить свой топор, торчащий в щите противника, схватился за рукоятку и дернул на себя.

Сила рывка, помноженная на инерцию моего собственного тела, дала эффект – рывок оказался столь сильным, что Стеки выпустил щит, иначе бы полетел вслед за ним.

Я сбил, освободил топор, ударив обухом второго по щиту, и тот грохнулся мне под ноги.

Стеки заревел и бросился на меня, размахнувшись своим оружием.

А я в этот раз не стал отступать, встретив его ударом ноги.

Честно говоря, несколько не рассчитал собственных сил – Стеки то, получив ногой в пузо, улетел назад, развалился в снегу, но и я еле удержался на ногах, чуть не рухнул на пятую точку.

Передохнуть мне не дали – Ваги уже пришел в себя и бросился на меня с ножом в руке.

Действовал он довольно-таки быстро. Честно говоря, я как-то забыл, сколько у него ловкости. Точно помню, что меньше, чем у меня, причем намного. Но сейчас мне показалось, что он чуть ли не мой темп держит: его нож мелькал так быстро, что я едва поспевал не то что отбить удар или увернуться от него, но и даже просто заметить.

Зря я не обратил внимания, что у Ваги очень хорошо вкачано именно мастерство владения ножом. Да и «ножом» назвать то, что у него находилось в руке, было трудно. Скорее уж, короткий меч.

Видели вы когда-нибудь скрамасакс? Это не кухонный ножик, не раскладушка, это, мать его, самое настоящее мачете! Да и то, настоящее мачете наверняка короче этого уродца.

Ваги махался им просто великолепно – оружие, которое он вертел в правой руке, вдруг неожиданно оказывалось в левой. Только что он бил им снизу, мгновение, и нож он держит обратным хватом, обрушивает его сверху. Ложный выпад слева, и нож летит в меня справа.

Даже несмотря на то, что я был в состоянии боевого транса, в режиме берсерка, уворачиваться от этих стремительных атак мне было очень тяжело.

Как все-таки хреново, что этих двоих мне нужно убить – если не сделаю этого, они убьют меня. Но, мать их, лучше бы они не лезли ко мне, промолчали, и тогда бы оба смогли умыться кровью южан. Я был уверен, что драться мы там будем долго и нудно. Зато и результат был бы совершенно другим: и я доволен, и эта парочка купалась бы в деньгах. А на деле что? Калечим друг друга за просто так…

А у меня уже каждый воин на счету. Сколько осталось бойцов у клана Альмьерк? Пятеро? Восьмеро? Не больше. Ну, пускай еще десяток стариков я заберу с собой в поход. И что, это все?