– Принеси свой Кэн-Ди, - сказал Норм и бросил ей вслед: - И не волнуйся: Чуинг-Зет продавать будут. Сегодня, когда я забирал мешок соли из последней посылки ООН, я встретил торговца. Он дал мне эту карточку.
– Он показал карточку.
– Достаточно будет полвосьмого вечера выпустить обычную стронциевую ракету, и сюда сразу же прилетят со спутника...

– Со спутника!
– раздались изумленные голоса.

– Значит, - возбужденно сказала Фрэн, - у них должна быть санкция ООН. Может быть, у них уже есть наборы и их представители рекламируют их со спутника?

– Не знаю, - признался Норм.
– Я хочу сказать, что пока что царит всеобщее замешательство. Подождем, пока пыль осядет.

– Здесь, на Марсе, - глухо сказал Сэм Риган, - пыль никогда не оседает.

Они сидели по кругу. Перед ними стоял набор Подружки Пэт, полностью собранный, как бы приглашая. Все чувствовали, как он притягивает их, и Норм Шайн подумал, что это особый случай, поскольку они никогда больше не будут этого делать... если только не воспользуются набором Подружки Пэт, приняв Чуинг-Зет. Он думал о том, каков был бы результат. Интересно...

У него было странное чувство, что результат оказался бы несколько иным.

И мог бы им не понравиться.

– Понимаешь, - сказал Сэм Риган новому члену их сообщества, Барни Майерсону, - мы собираемся во время перемещения слушать и смотреть новый книжный аниматор Пэт - ну, знаешь, то устройство, недавно привезенное с Земли... Ты наверняка знаком с этим лучше, чем мы, Барни, так что, может быть, сумеешь нам объяснить, как им пользоваться?

Барни послушно начал:

– Вставляешь книгу, например "Моби Дика", в приемный карман. Потом устанавливаешь промежуток времени - длинный или короткий. Потом версия смешная, или такая же как в книге, или грустная. Затем устанавливаешь указатель на имя великого художника, в стиле которого хочешь оживить книгу. Дали, Бэкон, Пикассо... среднего класса аниматор обладает возможностями от комикса до нескольких известных художников; ты выбираешь их, когда покупаешь устройство. Можно расширять возможности аниматора и в дальнейшем.

– Невероятно, - сказал Норм Шайн, горя энтузиазмом.
– Значит, можно устроить себе развлечение на целый вечер, например, грустную версию "Ярмарки тщеславия" в стиле Джека Райта. Ух!

Мечтательно вздохнув, Фрэн сказала:

– Твоя душа все еще хранит память о Земле, где ты жил еще так недавно, Барни. Ты все еще живешь этими воспоминаниями.

– Черт возьми, мы все почувствуем то же самое, - сказал Норм Шайн, - когда переместимся.

Он нетерпеливо потянулся к скудной порции Кэн-Ди.

– Начинаем, - сказал он и взяв свой кусочек, начал его энергично жевать. Книгой, которую я собираюсь оживить в виде полнометражной смешной рисованой версии в стиле Де Кирико, будет...- он задумался, - гм... "Наедине с собой" Марка Аврелия.

– Очень мудро, - отрезала Хелен Моррис.
– Я собиралась предложить "Исповедь" святого Августина в стиле Лихтенштейна... естественно, в смешной версии.

– Я говорю серьезно! Представь себе: сюрреалистический пейзаж, покинутые, разрушенные здания с дорическими колоннами, лежащими на земле, пустые черепа...

– Давайте лучше начнем жевать, - посоветовала Фрэн, беря свой кусочек, чтобы все переместились одновременно.

Барни взял свою порцию.

"Все, конец, - подумал он, - в этом бараке жуют Кэн-Ди в последний раз, а что потом? Если Лео прав, то потом будет нечто намного худшее, просто несравнимо худшее, чем Кэн-Ди. Конечно, Лео скорее лицо заинтересованное. Но он прошел курс Э-Терапии. И он умный.

Миниатюрные предметы, которые я когда-то утвердил, - понял Барни.
– Сейчас я окажусь в мире, состоящем из продукции "Наборов П. П.", и уменьшусь до их размеров. И, в отличие от остальных колонистов, я смогу сравнить свои впечатления с тем, что только что оставил позади. А скоро, - понял он, - мне придется проделать то же и с Чуинг-Зет".

– Ты обнаружишь, что это удивительное ощущение, - сказал ему Норм Шайн, оказаться в чужом теле вместе с еще троими; мы все должны договориться, что мы собираемся делать, во всяком случае, решить большинством голосов, иначе тело даже не пошевелится.

– Это бывает, - сказал Тод Моррис.
– Честно говоря, довольно часто.

Один за другим остальные начали жевать свои порции Кэн-Ди; Барни Майерсон - последним и с некоторой неохотой. "А, к черту", - вдруг подумал он и, отойдя в угол, выплюнул непрожеванный Кэн-Ди в раковину.

Остальные, сидя вокруг набора Подружки Пэт, уже впали в транс, и никто не обращал на него внимания. Он вдруг оказался один. На какое-то время барак принадлежал ему.

Он бродил по комнате, вслушиваясь в тишину.

"Я просто не в состоянии этого сделать, - понял он.
– Я не могу принять эту дрянь, как они. По крайней мере, пока".

Внезапно раздался звонок.

Кто-то стоял перед входом в барак, спрашивая разрешения войти; решение оставалось за Барни. Он двинулся наверх, надеясь, что поступает правильно, что это не одна из периодических проверок ООН; в этом случае он не в силах был бы помешать им обнаружить, в каком состоянии находятся остальные обитатели барака, и застичь на месте преступления употребляющих Кэн-Ди.