— Не шутишь ты? Откуда можешь знать такое? — построжел старик.

— Не могу сказать. Главное, что сделаю, а не просто языком болтаю. Теперь другой вопрос. Я видел у вас хлев. Он не используется. Думали, что делать с ним?

— Да, что-ж с ним делать? — подключилась Цветелина. — Скотину содержать ни времени, ни сил, ни средств нет.

— Это я понимаю. Но вы же сами рассказывали, что у вас есть люди, что скотину держат.

— Есть. Почти в каждом дворе скотина есть, коровка, там, свиньи и овцы.

— Да не про то разговор. Скотоводы, кто этим живет?

— А, про этих. Двое у нас таких. Вук, он несколько коров держит да пастухом деревенским подрабатывает. Бедноватая семья у него. И Сречка, вот у него семья богатая. И коней, и волов разводит.

— Куда девает их?

— Ну, куда девает? Продает, если получается.

— А если не получается?

— Кхе, вот пристал! Если много становится, а продать не может, то забивает. Куда их девать? А так, и мясо, и шкура. Вон, у нас и кожевенник и шорник есть. Да и сапожник. Всем шкуры для работы нужны.

— Вот. Я так и подумал. Надо к нему сходить и поговорить. Предложить арендовать у вашей семьи хлев. Пусть там скотину держит. Невыгодно же так, как у него сейчас. Появился новый приплод, места не стало и иди, убивай скотину свою. А мог бы на следующий год и большие деньги за нее взять. Правильно?

— А ведь верно. Правильно говоришь.

— Вот! Поэтому на этой десятице надо сходить обязательно и договориться. Сходите?

— Да, схожу, уж. Дело-то какое правильное ты придумал. И ему будет хорошо, и нам… и скотине, — усмехнулся дед. — Да и с жуками водяными ты не обманул, кхее… вкусно с элем-то!

— Одна просьба будет у меня. Мне каждый день надо пару часов уделять тренировке. Думаю, через три — четыре дня, когда у нас повседневные дела наладятся, я и начну. Вы не против?

— Это что за тренировки такие?

— Тело тренировать, с оружием также.

— Чтож ты за простолюдин такой, что с оружием тренируешься, — тихо пробурчал дед.

И уже громче сказал:

— Дак, если успевать по хозяйству будешь, так занимайся, чем тебе там надо.

— Спасибо. Я буду успевать. А сейчас я в лес сбегаю, нарублю жердей, надо плетень у нас поправить. Вы не против?

— Предки с тобой! Конечно, не против. Иди, Сержио.

— Марийка, я помню про сказку. Закончу с делами, расскажу. И, Цветелина, еще одна огромная просьба. Мне бы, какую одежду попроще. Обувь также. А то не хочется угробить ту, в которой сейчас хожу. Другой-то у меня нет. Я заплачу, сколько надо.

— Хорошо, — отозвалась уже суетящаяся с уборкой в доме женщина. — Я придумаю что-нибудь.

Я удовлетворенно кивнул, захватил в своей комнате топорик, поправил на поясе нож и вышел из дома. На деревенской улице мне попались навстречу пару женщин, озабоченно куда-то спешащих и сидевший у крыльца своего дома старик. Со всеми я уважительно здоровался, а паре стаек играющих детей махнул приветственно рукой. Уже на выходе из деревни встретил крепкого белобрысого парня, постарше себя круга на два и немного ниже ростом. Правда, по сравнению с остальным населением деревни, его можно даже назвать высоким. И было заметно, что физически он очень развит.

Парень стоял у крайнего дома, как я уже знал — деревенской лавки, прислонившись спиной к стене. Я снова уважительно поздоровался. Парень, глянув исподлобья, сплюнул мне под ноги и вызывающе ухмыльнулся. Я сначала недоуменно притормозил, а затем, пожав плечами, прошел мимо. Подумал с досадой: «Везде среди парней и подростков одно и то же. Всегда найдутся такие, которым надо обязательно до кого-нибудь докопаться, а еще лучше — почесать кулаки».

Дойдя до леса, я достаточно быстро нашел подходящие деревца. Срубил, очистил от веток и ошкурил тонкие стволы. «Насколько я помню, для ремонта должно хватить». Затем, решил сделать боккэны [32] под шашку и вакидзаси для тренировок. Тут пришлось побродить по лесу подольше. Наконец, нашел дуб с подходящими ветками и вырубил четыре заготовки. Решил: «Выстрогаю дома». Забрав подготовленные для плетня жерди, взвалил их на плечо и направился домой.

При входе в деревню поздоровался с охранником на вышке, бросил взгляд на лавку, но давешнего парня там, к счастью, не было. Не хотелось начинать свою жизнь на новом месте с мордобоя. Да и не любил я драться, хоть и приходилось это делать «в прошлой жизни» достаточно часто. Правда, люди меня знающие, ни за что бы об этом не догадались. Я никогда не избегал драк и всегда лез туда, где видел несправедливость. Уж таким меня воспитал отец, дед и старший брат. А уж чуть свернутый нос и куча разнообразных шрамов по всему телу открыто говорили — драчун. Но, сам-то я знал, что это не так. Я НЕ ЛЮБИЛ драки. В каждой ситуации, которая заставляла меня помахать кулаками, приходилось себя заставлять. Перед каждой дракой натурально трясло.

Сначала, по малолетству, очень переживал, что это означает трусость. Впрочем, эта тряска проходила сразу после начала драки. Гораздо позже узнал, что это обычное в таких ситуациях действие адреналина. Когда я зашел в дом, ко мне сразу вышла Цветелина со стопкой одежды и двумя парами обуви. Очень смешной. Насколько я сообразил, глянув на эти «чуни» (как назвал их про себя), они были вырезаны из одного куска грубо выделанной кожи, сложены конвертом вокруг ступни и зашнурованы кожаным же ремешком.