— Ну и что ты хочешь этим сказать? — равнодушно произнес Монар. — Такие доступы имеют все планетарные инженеры колонии, включая низшие ранги.

— Но не все планетарные инженеры имеют квоту к неограниченному посещению объектов! — парировал Джейдер. — Рядовой планетарный инженер не может посетить объект на другой планете без четко поставленной задачи. А вот для Монара — это не проблема. Положение главного планетарного инженера позволяет обойти это ограничение. Для того чтобы инспектировать любой объект сколько угодно раз, Монару не нужны никакие задачи и разрешения. Его перемещения не логируются и не отслеживаются фактически никем! Из этого получается, что Монар имеет куда больше возможностей к скрытому посещению объектов колонии, чем любой рядовой инженер. Попав в GM-3 под видом профилактического мониторинга, он мог без проблем заразить вирусом центральный компьютер, и об этом никто бы не узнал. Старый земной разведзонд в данном случае использовался просто как ложная улика против Земли. Тем более миновать гермоворота самостоятельно дроид никак не мог.

— Браво! — раздались аплодисменты от Монара. — Очень недурно придумано, правда. Но, к сожалению, все мимо. Я поясню.

Закончив аплодировать, Монар придвинулся вплотную к трибуне.

— Начнем с моих расширенных полномочий. Да, все верно. Моя должность действительно дает мне ряд привилегий к посещению любых инфраструктурных объектов в колонии. С этим никто не спорит, об этом известно всем. Однако подумай, одно лишь наличие таких привилегий не делает меня единственным человеком, который мог посещать GM-3. Не так ли? Но даже это не самое главное. Проблема твоих обвинений кроется в деталях, которые ты забыл учесть. Ведь я не покидал Каллисто по меньшей мере пятнадцать каллистианских суток! — Монар демонстративно сверился с календарем на наручном терминале.

— Все верно! К тому моменту, как на GM-3 были зарегистрированы первые проблемы, я был здесь, на Каллисто! Более того, я давно не посещал Ганимед и до этого. Это можно подтвердить по моему статусу в интеркоме. Уж эти данные точно логируются, не так ли? Иными словами, у меня есть железные алиби, — Монар улыбнулся, но это была ложная улыбка.

В его глазах читалась скрытая обида, подавленная нарастающей яростью. Он явно не рассчитывал оказаться в числе подозреваемых. Но текущее положение дел начинало пробуждать в нем настоящий азарт.

— Но все же! — произнес он с улыбкой. — Даже если предположить, что ты каким-то образом прав, хотя это не так, твои обвинения все равно беспочвенны. Давайте просто закроем глаза на найденные нестыковки и предположим, что я все-таки побывал на GM-3. Предположим, почему нет?

Последней фразой Монар обратился к залу, словно проверяя эффект от своих слов.

— Это даже любопытно. Но и здесь возникает проблема! Даже если бы это было правдой, то это ровным счетом ничего не доказывает. Я мог прилететь на Ганимед для инспектирования работы систем. Разве выполнение моих должностных обязанностей автоматически делает меня подозреваемым? А как это обвинение объясняет все остальное? Земные бактерии? Земные дроиды? И наконец, где, собственно, само покушение на убийство? Каким образом? Все это крайне беспочвенно и размыто. Остается слишком много вопросов. И я вижу по твоим глазам, что у тебя нет на них вразумительных ответов.

Не отводя своего взгляда от Джейдера и выдержав небольшую паузу, он продолжил:

— Я не хочу портить тебе жизнь, старина, хотя, несомненно, могу это сделать. Ложные обвинения несут за собой серьезную ответственность. Все мы знаем, через что тебе пришлось пройти и что пережить. Поэтому я не жду ответов на эти вопросы и не виню тебя, — Монар максимально выпрямился, потянув плечи назад. — Я прошу председателя не учитывать ложные обвинения Джейдера Вакроя и не применять к нему каких-либо карательных мер. Очевидно, Джейдер до сих пор не восстановился после пережитого им стресса и не может отвечать за свои слова по всей строгости закона. Вероятно, он просто пожалел доктора Сехудо, который, как мы выяснили, виновен в рассматриваемой диверсии и связи с Землей. Но мы не можем позволить себе увести наше внимание по ложному следу.

Зал вновь захлестнула волна взволнованного шума. Но ее сила была ничтожна по сравнению с спектром чувств, который испытывал Джейдер в этот момент. Огромный ком застрял поперек его горла, лишая возможности говорить. Сердце металось в грудной клетке, словно загнанный испуганный зверь. Это был последний рубеж, перешагнув через который, у него больше не будет пути назад. Монар давал ему возможность к отступлению. Но что это? Дружеское благородство или, быть может, обычный страх? Узнать это можно было лишь одним способом.

— Минуту! — выкрикнул Джейдер в зал, перебарывая мучительной ступор. — Я нахожусь в здравом уме и отдаю отчет всем своим действиям. Я прошу, председатель Герденар, разрешите мне закончить.

Затянувшееся молчание постепенно переросло в вечность. Скрестив пальцы рук между собой, председатель размышлял, глубоко провалившись в себя. Наконец, смахнув свежую испарину с лысого черепа, он задумчиво протянул:

— Хорошо. Но попрошу перейти к аргументам как можно скорее! Мы больше не можем тратить время на пустые рассуждения.

— Конечно, председатель Герденар. Мне нужно еще совсем немного, чтобы вы поняли. Алиби Монара не имеют значения. Он мог заразить систему задолго до того, как вирус пришел в действие. Все это возможно, и я больше не хотел бы заострять на этом внимания. Мы просто должны держать это в голове, пока не сложим общий пазл. Сейчас же есть еще один важный вопрос, оставшийся без ответа. Почему Монар, нарушив общепринятый регламент безопасности, отправил меня на Ганимед одного? Ведь по существующему регламенту одиночные межпланетные операции находятся под запретом, — Джейдер остановился, чтобы дать залу время для осознания этого важного факта.