Вскрик Ферюзе заставил обернуться Олеха и Игошаю. Остававшийся с ними все это время второй мятежник, развернувшись, тут же упал замертво — в его грудь вонзилась стрела. На каменной насыпи стояли два воина Томивоя. В одежде из козлиных шкур, с черными волосами, забранными в хвост. Один из воинов обнажил клинок, у второго в руках был лук. Увидев Игошаю, воины на мгновение растерялись, узнав сестру Томивоя. А девушка, воспользовавшись этой заминкой, подскочила к Олеху:

— Возьми меня в заложницы, иначе они тебя убьют.

Но парень не отреагировал: он ни слова не понимал на языке горной страны, да и не до этого было. Он медленно обнажил клинок, глазами следя за тем воином, что держал лук. Но тот лишь глумливо ухмыльнулся, целясь в Олеха. Но не успела его стрела сорваться с тетивы, как другая с белым оперением пронзила грудь лучника. Второй воин Томивоя испуганно вскинул глаза: в пещере Драконьей горы стоял парнишка и целился из лука ему в грудь.

Когда и второй воин Томивоя упал, сраженный стрелой Рогдая, Игошая вцепилась в руку Олеха:

— Надо уходить!

Но Олех молча, также как и перед этим Ферюзе, обмотал её за пояс веревкой и подсадил. У Рогдая вряд ли бы хватило сил поднять Игошаю — это не худенькая степнячка. Но Ферюзе вцепилась руками в веревку и, что было сил, помогала Рогдаю. Рыча и сопя, Рогдай все-таки поднял Игошаю.

Когда поднялся в пещеру и Олех, тогда только вся четверка огляделась, рассматривая свое убежище изнутри.

Как это было не удивительно, но пещера напоминала пасть дракона. Шипообразные острые наросты сильно смахивали на зубы. Особенно хорошо сохранились те, что располагались сверху. Рогдай пнул ногой один из шипов и уважительно хмыкнул — таким зубом запросто человека прокусить можно. А Ферюзе, оглядевшись, направилась к груде камней белого цвета, которые пирамидой возвышались посередине пещеры. Степнячка стала разбирать эту пирамиду, сдвигая тяжелые камни.

— Что ты делаешь, Ферюзе?

Девушка посмотрела на Олеха, потом на Рогдая:

— Эту пещеру мне показали духи. Здесь заперли Захру, — она указала на груду камней.

— Кто такая Захра?

— Это возлюбленная Спящего Великана. Она его разбудит, а я должна освободить её.

Игошая нетерпеливо дернула Рогдая за рукав и парень перевел ей слова Ферюзе. Горянка даже рот приоткрыла — как же она могла забыть! Нянька же рассказывала ей эту историю, старую легенду, которые многие считают выдумкой. Неужели это правда?

Как оказалось, под пирамидой из белых камней находился колодец, тоже заложенный камнями. Тут уже Игошаю и Ферюзе отодвинули в сторону: вытаскивать камни из колодца работа для мужчин. Нижние камни с одной стороны были гораздо темнее и на ощупь будто влажные. А до слуха находившихся в пещере уже доносились странные звуки: то ли журчание, то ли плеск воды, то ли чей-то тонкий жалобный плач. Под слоем камней показались доски, из-под которых все громче и отчетливее доносились царапающие душу звуки. Когда Олех поднял одну из досок ему в лицо словно дохнули холодом и сыростью. И вот уже все доски вытащены, а перед ними черный лаз из которого веет страхом, отчаянием и надеждой одновременно. И тут раздался звонкий голос Ферюзе:

— Дальше я сама. Не мешайте.

Девушка уселась прямо на камни возле открытого колодца и, закрыв глаза, затянула странную песню. Слов в ней почти не было, но были самые разнообразные звуки. Игошае казалось, что она слышала тонкие птичьи трели, пересвист и теньканье пташек. Рогдаю чудился свист плетки, а Олеху пение стрелы. Каждый услышал свое. Иногда эти звуки сменялись другими: то будто выпь кричит на болотах, то будто девица плачет в тоске по пропавшему возлюбленному. У Игошаи даже дрожь по телу пробежала и она в изумлении уставилась на девчонку: неужели это хрупкое на вид создание может издавать такие звуки?

А Ферюзе не видела и не слышала ничего вокруг. Она будто впала в транс и пела, свистела, завывала, раскачиваясь в такт одной ей известному ритму. Её ладони покоились на коленях, но пальцы иногда вздрагивали, скрючивались, впивались в колени.

Все это время Рогдай и Олех, которые сидели рядом с Ферюзе, напряженно прислушивались: им казалось, что плеск воды становится громче, ближе и в нарастающем гуле все меньше стона и плача, зато отчетливо слышится угроза.

Игошая тоже прислушивалась, но совершенно к другим звукам. Она подкралась к краю пещеры и осторожно выглянула, задержав дыхание. Как она и предполагала, пропавших двух воинов Томивоя быстро хватились. Еще несколько хвостатых стояли на каменной насыпи и настороженно оглядывались и прислушивались. Олех, который поднимался в пещеру последним, и не подумал убрать тела убитых. И если в том, кто убил мятежника, сомнений не было, то, кому принадлежали стрелы с белым оперением, еще предстояло выяснить.

В этот момент пение Ферюзе стало громче и воины Томивоя подняли глаза. Игошая отшатнулась, прижимаясь к стене пещеры. Случилось именно то, чего она так боялась — их обнаружили и теперь спастись нет никаких шансов.

Когда плеча Рогдая коснулась ладошка Игошаи, парень вздрогнул от неожиданности. Он повернул голову к горянке и Игошая поманила его пальцем. Рогдай поднялся и подошел к зеву пещеры. То, что он увидел, заставило парня нахмуриться. Несколько воинов Томивоя что-то обсуждали между собой и показывали на пещеру, из которой доносилось странное пение. Один из храбрецов решил попытать удачу и лично узнать, кто прячется в пещере. Не с первой попытки ему удалось набросить петлю веревки на каменный выступ. Но уже на середине пути чья-то рука её безжалостно перерезала, и воин-храбрец с воплем упал вниз. И хоть высота была небольшой, но видимо неудачное падение стало причиной того, что мужчина с болезненным стоном схватился за руку и смог подняться только с помощью других воинов. Рогдай, перерезав веревку, отскочил в глубь пещеры, увлекая за собой Игошаю. И вовремя. В зев пещеры влетело несколько стрел, но к счастью, не поразили никого своим жалом.