Лошади так долго и быстро скакать не могут, поэтому мы продали своих коней вечером первого дня, когда добрались до большого города, и купили свежих; то же самое сделали и во второй вечер. Но дело было не в конях, а во мне.

– Держи, – сказал Кест и протянул мне маленький мешочек размером с большой палец. – У тебя, наверное, леденцы все закончились.

Я отказался и сунул руку в карман.

– Всё в порядке, – повторил я и сунул в рот последнюю крошку леденца. Почти сразу же я почувствовал, как все вокруг стало выглядеть резче и сердце забилось быстрее. – Держи свои леденцы при себе. Будет плохо, если ты почувствуешь усталость, когда тебе придется драться.

– А ты что будешь делать? – поинтересовался Кест.

Я облокотился на седло, ожидая, пока пройдет головокружение.

– В основном смотреть. Иногда подбадривать тебя криками, если ты считаешь, что это поможет.

Нера подъехала к нам ближе.

– А что именно ты собираешься там делать, когда мы доберемся?

– Сочиняешь историю?

– Я же бард – этим мы и занимаемся.

– Что ж, если все пойдет по плану, то мы приедем чуть раньше, чем соберутся герцоги. Когда они появятся с охраной и рыцарями, которым еще доверяют, я предупрежу их, что туда направляется группа плащеносцев, у которых лишь одна цель – убить их.

– Думаешь, они не прикажут своим рыцарям и страже схватить тебя? На тебе вообще-то тоже плащ.

– Я постараюсь объяснить им, в чем разница.

Нера нахмурилась.

– Ты всегда бежишь к смерти, сломя голову?

– Иногда он идет, – ответила Дариана. – Иногда еле волочит ноги, а однажды я даже видела, как он неторопливо прогуливался, готовясь к встрече со смертью.

Нера возвела глаза к небу.

– Вы рискуете своей жизнью, когда шансы так ничтожны.

– Мы рискуем своей жизнью, чтобы она что-то да значила, – отозвалась Валиана. – Это наша работа.

Я поглядел на нее и улыбнулся. Святые угодники, как же мне нравится ее храбрость. Что случилось с принцессой, которая всех окружающих считала своими слугами? Куда подевалась озлобленная сирота, которая отчаянно стремилась погибнуть, прежде чем ей скажут, что она не имеет права на жизнь? Теперь я видел в ней лишь настоящего плащеносца. Король Пэлис бы ею восхищался, подумал я.

Дариана вскочила на коня и отправилась в путь, следом уехали Валиана, Нера и Кест. Я удержал Эталию за руку.

– Погоди, – сказал я.

Она обернулась, и в ее глазах я заметил печаль и обреченность. Эталия понимала, что я собираюсь сделать. Я показал ей развилку на дороге.

– Эта дорога идет на юг в Арамор, а потом сворачивает к Бэрну.

– Да? И ты решил оставить за спиной все это безумие и отправиться со мной?

– Я не могу, Эталия. Не могу позволить, чтобы наша страна пала. Не хочу, чтобы плащеносцев запомнили как убийц, которые ввергли страну в хаос гражданской войны.

Она отвернулась.

– Поэтому ты едешь туда, где опасно, и просишь меня остаться и ждать, как жену какого-нибудь бедного рыбака, которая надеется, что лодка ее мужа не потонет во время шторма.

– Я собираюсь драться, – постарался объяснить я. – Я должен. Но не смогу этого сделать, если ты будешь рядом, Эталия. Мне нужно…

– Тебе нужно безрассудно рисковать собственной жизнью. И ты боишься, что в моем присутствии сделать это будет намного тяжелей.

– Нет, черт побери. – Я притянул ее к себе, хоть думал, что она воспротивится: сам бы так и поступил, будь я на ее месте. Но Эталия всегда была мудрее меня, она с самого начала знала, что время, которое мы проводим вместе, – это дар, а гнев – это вор, крадущий самые драгоценные моменты. – Я не хочу умирать, – сказал я. – Больше не хочу.

– Одна дорога ведет к жизни и счастью, другая – к боли и смерти. Ты очень плохо ориентируешься в пространстве, Фалькио.

Я засмеялся. Мы недолго друг друга знали, и я даже не подозревал, какое у нее чувство юмора.

– Это точно. Но не забывай, что хоть ориентируюсь я плохо, но все-таки пришел к тебе.

Она наклонила голову и поцеловала меня.

– Чепуха, – сказала она, ехидно улыбаясь. – Иногда любовь бывает предсказана звездами, она так необходима этому миру, что даже боги не смеют стоять на ее пути.

– Меня беспокоят совсем не боги, хотя, судя по последним событиям, не стоит упоминать о них всуе. – Я отступил на шаг, держа ее руки в своих, пытаясь запечатлеть в памяти ее лицо навечно. – Ты же знаешь, что я должен это сделать. Я не могу просто так сидеть и смотреть, как то, ради чего мы с королем боролись, извратится, как и все остальное в этом проклятом мире.

– Я не прошу тебя перестать быть собой, Фалькио. Я бы никогда так не поступила.

– Тогда отправляйся на юг и найди свое счастье, хотя бы ради того, чтобы я сражался лучше, зная, что где-то в этом мире есть ты.