Шрифт:
— Я ничего не помню. Он дал мне выпить какого-то вина, и я потеряла сознание.
— Ну и хорошо. Давай, одевайся. Вот так, вот так. Слаба ты еще, как я погляжу.
— Да. Все тело как будто не мое. Здесь высоко?
— Не очень. Я привяжу тебя к себе на спину и спущусь по веревке.
— У тебя есть веревка?
— У меня много чего есть. Я ведь освобождать тебя собрался.
— И освободил. Какая я дура!
В отель Сергей решил не заезжать (там с оформлением на час завязнешь, глядишь и слуги князюшки набегут) — в багажник им упрятаны были перед акцией два чемодана (свой и один из Анжелиных), ими и обойдемся. Сейчас главное свалить из этого капкана под названием «Принципате де Монако» и отъехать от него подальше. Поэтому он даже не дал подруге переодеться, а лишь сунул ей одеяло: если замерзнет в своем платьишке на голо тело, то укутается. А сам втопил газ до упора.
Спустя минут двадцать-тридцать он услышал с правой стороны тоненькое подвыванье.
— Что такое Анжела? Тебе плохо?
А в ответ получил бурные рыданья.
— Да что такое?! Объясни!
— Я т-теперь н-нечистая! — завыла в голос Анжела. — Он т-точно меня изнасиловал, п-пока я была без сознания.
«Это и к бабке не ходи», — подумал Костин, вспомнив как по-хозяйски князь стиснул ее тити. Но сказал совсем другое:
— Он, по-моему, тоже в отключке был. Отвернулся от тебя и храпел в сторонку.
— Не-ет! Эта тварь в меня засовывала свой пенис! Я помню вроде бы, что сопротивлялась, но он меня изнасиловал!
— Что ты могла там помнить! Я еле тебя разбудил, чуть тоже не изнасиловал! Но ты лучше скажи: что он тебе предлагал сначала?
— Сначала показывал мне дворец, мы почти все комнаты и службы обошли. Потом предложил выйти за него замуж. Сулил горы золотые и счастье несусветное. Но я вспомнила твои слова и сразу его пресекла. Стала просить, а потом требовать, чтобы он выпустил меня наружу. В конце концов расплакалась и он подсунул мне это пойло: сказал, что оно очень успокаивает….
— Вот что я тебе скажу моя дорогая: женщинам в этом мире жить сложнее, чем мужчинам, а красивым и эффектным девам сложнее во сто крат. Всякий мужчина при виде красотки в какой-то степени возбуждается и начинает черт те-что фантазировать. Если же случай ему подвернется, то может совратить или даже изнасиловать. Яркий пример: поведение солдат при штурме крепости или мусульман во время армянских погромов….
— И ты тоже таков?
— Я стараюсь жить цивилизованно. Но тебя, например, при каждом удобном случае с удовольствием насилую.
— Точно! Ты тоже такой, вы все такие!
— Те-те-те-те! Ма шери, ма жоли! Сдай обратно! У нас это всего лишь разновидность сексуальной игры. Ощути разницу!
— Ты точно также готов играть с первой встречной!
— А вот и нет! Ни одной кроме тебя в своей жизни не припомню!
— А в России? С этими разнузданными комсомолками?
— Э-эх! — вздохнул тяжко Сергей. — Посмотрела бы ты на тех самых комсомолок. И они на тебя. Думаешь, кто кому позавидует?
— Они мне?
— Без тени сомнения. Правда смотреть им на тебя в таком разобранном виде я не дам. Извольте прийти в себя, мадмуазель Бертье!
— Как я могу прийти в себя в этом тесном кабриолете? Нет, надо срочно пнуть дирекцию «Делоне-Бельвиль»: продажи их роскошных машин наверняка увеличились, а они мне голову морочат!
Глава шестнадцатая
Визит кадета
В Париже спевшаяся парочка вновь окунулась в суматошную столичную жизнь, приносящую смачные дивиденды. «Так ведь это то, что надо!» — таково было их общее мнение. Вдруг как-то вечером зазвонил телефон и богато модулированный мужской голос спросил по-русски:
— Могу я поговорить с Сергеем Костиным?
В голове у попаданца будто колокол прогремел! «А вдруг это тоже гость из будущего?! Кто-то бригаду здесь собирает против Гитлера?»
А губы и язык его уже лепетали:
— Это я. Вы кто?
— Я тоже беглец из России, только уже давнишний. Моя фамилия Белозерский, имя Глеб. Здесь я подвизаюсь в журналистах и потому каждый новый соотечественник представляет для меня интерес. Тем более Вы: совсем молодой, активный, целеустремленный. Позвольте нанести Вам визит?
«А, это просто эмигрант и не дай бог замшелый. Впрочем, голос у него человека вменяемого… Пусть приходит: тем более, что русских я здесь еще толком не видел». И ответил:
— Я вообще-то целыми днями занят. Если только Вы придете завтра в это же время….
— Мне это подходит, — резко закруглился абонент. — До завтра, господин Костин.
— Кто это был? И почему вы говорили по-русски? — спросила бдительная Анжела.
— Компатриот, белогвардеец наверно. Завтра ты его увидишь.