— Решила устроить корпоратив. Баба Света была звездой вечера.

— Не сомневаюсь. Жаль, не было с вами, с тобой, — прошептал последнюю фразу и отключился. Подъезжал ко двору Василька.

***

— Прекрати. Только не на работе, — а все началось с того, как за обедом Аркадий начал рассказывать о том, как провел время. Как они сначала поработали на славу, а после поели вкуснейший шашлык. Ему оставалось только вдыхать ароматы чудеснейшей самогонки, которой мужики оставили совсем немного имениннику, чтобы полностью не лишать удовольствие. Затем о своем дне рассказала Оксана, говорила про монологи бабы Светы. Семья, любовь, страсть, регулярный секс — эти слова завели Аркадия. Он закрыл свой кабинет, захлопнул дверь директора и навис над ним.

Женщина смотрела на него снизу-вверх и не изъявляла никакого желания раздвинуть ножки прямо сейчас, о чем сразу и сказала, но это мужчина не расслышал. Горячие разгоряченные губы накрыли губки Оксаны; он опускался вниз, садился сам и, крепко сжимая любимую, чтобы она не смогла встать, присосался к внутренней стороне бедра.

— Что… хватит… Аркадий Павлович, это… неправильно.

— Как же обожаю лето, — потому как на женщине не было колготок. Только выбритые ножки, только синие одноцветные трусики, который скрывали прелестную щелочку. Трусики уже намокали. Что бы ни говорила Оксана, но она уже возбудилась. Разводила по зову природу ножки, звала господа.

Впервые ему хотелось приласкать женщину там влажным языком, чтобы свело ноги. Он чувствовал себя извращенцем, не знающий, как жить без Оксаны. Он словно властелин поднимал ноги женщины, открывая так доступ к набухшему клитору, отчаянно желавший ласки. Трусики уже находились на полу, чему была недовольна Оксана, но уже через минуту она постанывала, двигалась навстречу языку, теребила его волосы, тянула здоровую руку к вагине, чтобы потеребить клитор самой и остановить внезапный секс на рабочем месте. Но куда там? Офис действовал на них диким афродизиаком. Быстро, слегка жестоковато.

— Какие сочненькие половые губки, — обсасывал алую бусинку, проводил языком по складкам, вводил один за одним пальцы и жестко надрачивал несколькими, заведя руки за подлокотники. Оксана стала безвольной наблюдательницей, как ее тело само по себе плавит мозг и достигает апогея для всего живого существа.

— Кончу… Кончу. Нет! — пыталась соскочить, прекратить сладостную пытку, а поцелуи, а пальцы, двигающиеся внутри влагалища, а язык сводили с ума, требовали дрожью что-нибудь помощнее в охвате.

— Кончи, — взглянул прямо в глаза любимой Аркадий, смачно облизывая губы, которые недавно были у женской промежности. Но прямой взор не останавливал мужчину резво вводить пальцы, а свободной рукой держать за плечо падающую и стыдящуюся Оксану.

— А если?.. Прекрати! — бедра неосознано начали сводиться. Оксана засквиртила прямиком в мусорное ведерко, вовремя подставленное заботливым и страстным Аркадием.

— Я продуманный.

— Ты… похотливый монстр. О боже, — вновь вошел пальцем во влажное сокращающееся лоно. Женщина смолкла, замлела от грубых толчков, от того, как мял через рубашку грудь Аркадий. — Доставай член. Выеби меня наконец, но без криков. И иди — РАБОТАТЬ, — грозно прошипела, вставая с кресла.

Мужчина радостно расстегнул ширинку, достал член и плюхнулся на сидение. И женщина оседлала жеребца, упав прямиком на набухший пенис, заполнивший всю ее, раздвинувший стенки до блаженного состояния. Уже на кресле сидел Аркадий, поднимал ее просторные юбки до щиколотки, сминал ягодицы, впиваясь пальцами в мягкие полушария, оставляя малозаметные следы обладания. Женщина сдерживалась, кусала губы, сжимала мышцами член. Стонала сквозь зубы и ощущала, как же ей хорошо. Ей все больше нравился жесткий необузданный секс, от которого глаза сами закатываются. Пару минут и ее мужчина выстрелил прямиком в вагину со счастливым стоном.

— Ты ответишь за это, — вильнула бедрами, вызвав сладостный рык Аркадия, вновь благодаривший судьбу за Оксану. Руки обхватили женщину и прижали к себе. — Что?

— Ничего. Посиди на мне.

— Работать пора, выпусти! — тон начальницы. Пришлось повиноваться.

Впервые женщина была недовольна сексом. Хотя нет, довольна очень, но не моментом. Она быстро подтерлась важными салфетками, кинула их Аркадию, поправила одежду, прическу, скрыла пошлые улики и гордо ускакала в туалет.

***

Летние деньки наполнялись жутким хаосом и страданиями. Все началось с того, что уже как второй день на работу не вышла баба Света. На служебной части стало тише и спокойней, сотрудники перестали выбегать из туалетов. Все застыло в неестественном напряжении. Ей звонили администраторы, клининговый отдел, но все тщетно. Весточку передали директору.

— Это странно. Она всегда обязательная, — отпивала чай из кружки и смотрела на отчитывающегося за неделю Аркадия.

— Сходим к ней? Может, заболела? У нее дома есть внуки, они могу не знать, что делать.