— Мы вас освободим, — тихо сказала я, — Князь Владислав и дружина за стеной. Они готовы атаковать, нам нужно только открыть ворота.

Несколько минут ушло на то, чтоб перерезать веревки. Затем мы двинулись к выходу. Там уже ждали, но дружинникам не составило труда расправиться с несколькими стражниками.

«Мы освободили пленных, вскоре будем у ворот» — мысленно произнесла я. Избегая освещенных факелами участков, наш маленький отряд торопливо направился к воротам. Сердце бухало так, что кажется берсерки должны услышать его удары.

— Кто идет? – я подскочила, едва не вскрикнув. Из темноты выступило с десяток берсерков.

— Свои, — насмешливо бросил один из дружинников, — Бегите! – сказал он нам.

Несколько дружинников сдерживали врагов, давая остальным шанс продолжить путь. Звон клинков пронзал тишину, привлекая внимание остальных. До ворот оставалось не так много – метров сто – сто пятьдесят. А вот охраны было столько, что создавалось впечатление, будто деревянные срубы почернели сверху и по бокам от ворот. Они нас заметили, десяток или два черных плащей рванули от ворот в нашу сторону.

— Стас, — задыхаясь прошептала я, — я люблю тебя.

— И я люблю тебя, — он прижал меня крепче, — Больше жизни.

Прозвучала какая-то команда и они остановились – буквально замерли, как статуи, а после расступились, пропуская очень высокого – выше Стаса, мужчину. Чисто выбрит не в пример другим, уродливый шрам пересекает всю левую часть лица, в свете факелов его черные глаза выглядят как угли в затухающем костре.

— Берсерк! – Стас оттолкнул меня себе за спину и выступил вперед. Остальные дружинники тут же стали рядом, ощетинившись мечами.

— Так даже лучше – прикончу тебя в бою!

— Тогда ты так же говорил, — насмешливо отвечает Стас и лицо Берсерка меняется на глазах, напоминая теперь звериный оскал, — Неужто, даже шрам не освежает память?

— Я пущу тебе кровь, — он приближается, — но убью после. Сперва заставлю глядеть что я, а после они, — он махнул рукой в сторону воинов, — сделают с твоей девкой.

Тот звук, что вырвался из горла Стаса иначе как с рычанием не сравнить. Они набросились друг на друга. Клинки звенели вновь и вновь яростно соприкасаясь вновь и вновь. Не смотря на рану и потерю крови, а также разницу в росте и весе, Стас не уступал противнику в силе и ловкости. Другие берсерки не двигались с места, дружинники закрывали меня со всех сторон так, что иногда бойцы исчезали за их широкими плечами. Удар, потом еще и еще – в ритме сердца.

«Дружина совсем рядом, как вы?»

«Берсерк и Стаслав бьются», — был мой рассеянный ответ.

Внезапно Стас рухнул на землю – попросту от слабости или я просто не заметила новой раны.

— Стас! – услышала я собственный крик.

Берсерк занес меч. Я рванулась вперед – инстинктивно, но чьи-то руки удержали меня, широкие плечи мужчины закрыли на миг поле боя. Раздался хлюпающий звук.

— НЕЕЕТ, — заорала я, за миг до того, как реальная картина произошедшего явилась предо мной. Стоя на одном колене Стас насквозь пронзил мечом тело врага, затем с силой рванул, разделив надвое. Позади нас – топот ног и боевой клич. Остальное вражье войско неумолимо приближалось.

Снаружи донесся топот десятков копыт. Стражники у стены отвлеклись на угрозу снаружи, те, что наблюдали битву, замерли от увиденного. Краткий миг, давший дружинникам возможность вплотную приблизится к воротам. Я подскочила к Стасу, пытаясь разглядеть нет ли у него новых ран. На разодранной сорочке слева небольшое кровавое пятно – зацепил Берсерк, очевидно, но не слишком сильно. На мгновенье прижав меня к себе и не выпуская из рук меч, Стас подтащил меня к краю ворот за пару секунд до того, как дружинники сумели их поднять. Наш маленький отряд действовал слаженно, настолько, что дал бы фору современному спецназу. Приблизится, отвлечь, затем налечь на рычаги, поднимающие тяжеленую деревянную стену.

— За Князя! – взревели дружинники. Десятки конных галопом влетели в городище. Стас прижал меня к стене, прикрыв собой от летящих сверху стрел. Нас окружали крики, жуткий свист и звон мечей. Улучив момент, Стас вытащил меня за ворота.

— Сюда, — окликнула Веда. Она сидела в повозке, запряженной двойкой лошадей в нескольких метрах от нас. Когда мы приблизились, я разглядела в сидящем рядом с ней парне Ярополка. Едва мы забрались, он прищелкнул языком и лошади помчались обратно.

— Ты цела? – голос женщины звенел от беспокойства.

— Я – да, — коротко ответила я, — Стас, ложись-ка …. СТАС!

Он полусидел, привалившись к деревянному боку. Я коснулась его щеки и ощутила, как она пылает. Пощупала пульс – слабый и частый, но четкий. Оттянув ткань сорочки осмотрела рану – неглубокая, швы не понадобятся. Оторвав лоскут от своего одеяния очень неумело, но туго перевязала.

— Что с ним? – Веда переместилась с козел к нам. Осторожно потянув, я уложила мужчину к себе на колени и плотнее закутала в плащ.

— Потерял сознание. Веда, до городища сколько?