Вот только что с того? Стас тяжело ранен, Захар и трое стражников у входа предупредят малейшую попытку сбежать. Я не справилась – осознание ледяной волной обрушилось на меня. Я не смогу привести авантюрный, еще более провальный, чем Владиславов, план в исполнение. Что же я натворила….

Но вместе с этим я поняла и другое. Пусть нам обоим конец, но я еще могу отомстить. Могу забрать хотя бы одну жизнь – жизнь предателя.

— Не взирая на то, что бастард ты всегда считал будто выше меня, — проговорил Захар, — И что же теперь? Я — тот, кто распахнул неприступные ворота града пред Берсерком….

Он подробно, наслаждаясь каждым словом, описал, как заключил соглашение с врагом, пообещав столицу в обмен на свою жизнь. Рассказал Берсерку, как найти подземный тоннель, ведущий в город, о котором известно лишь приближенным князя, которым он будучи сыном Главы Клана и членом Вече и являлся. Тот теперь уничтожен и незаметно к городу не подобраться.

«Дружина близко» — пронеслась в голове чужая мысль.

— Ты посмел перечить мне и где оказался? – проревел Захар, — У моих ног, а твоя девка….

— Ты заебал своими дешевыми понтами, царь всея Руси, — я поднялась на ноги. От дикой темной ярости даже боль отступила, — Струсил, предал своих братьев, использовав доверенные тебе знания – велика заслуга. Включи остатки мозгов, — я незаметно вытащила из-за пояса кинжал, — Зная, какой я козырь для тебя, неужто явилась бы без подготовки?

Я резко вскинула руку с кинжалом. Он с гадким хлюпаньем вонзился в левую руку предателя. Не рассчитала!

— Мерзкая сука, — выбив кинжал из моих рук, Захар повалил меня на пол. Сознание ускользало, боль от сыплющихся ударов я уже едва ощущала. Но дикий крик, похожий скорее на рычание, хруст, треск рвущихся веревок словно отрезвил меня за миг до того, как Захар буквально отлетел от меня.

Они сцепились в жуткой, смертельной схватке. Я пыталась подняться, хоть сдвинуться, чтоб помочь Стасу, но тело не слушалось. Клинок слева. Совсем рядом. Я подтолкнула его, собрав остаток сил. Еще один всплеск, на этот раз сильнее, брызнувшая фонтаном алая кровь из страшной раны от правого плеча до горла….

— Стас! – ахнула я.

Вот он совсем рядом. Руки – израненные, вспухшие, обнимают меня. Любимое лицо совсем рядом. Мы оба то ли рыдаем, то ли смеемся – сейчас не разобрать.

Зато весьма очевидно другое – время заканчивается.

— Ты… цела?

— Все хорошо, Стас, — шепчу я, — Слушай, ты должен мне помочь. Мы выберемся – Владислав и дружина ждут за воротами. Скажи, где другие пленные?

— Элина...., — руки, сжимающие меня, слабеют. Только не сейчас!

— СТАС, — я трясу его, возвращая в сознание, — Держись, ты должен, слышишь? Ради меня. Мы уйдем.

Я тянусь к Захару. Вернее к тому, что от него осталось. Стаскиваю черный плащ под остекленевшим, навек устремленным в пустоту мертвым взором. Затем накидываю эту груду мехов и шерсти на плечи Стаса. Он с трудом держит глаза открытыми, с моей помощью поднимается….

Уже совсем темно. Повезет – стражники не заметят, что перед ними не Захар. Я оттаскиваю труп к стене – туда, где раньше был Стас.

— Остальные пленники…. Ты не знаешь, где?

— В конюшнях…. Здесь пара шагов. Дай кинжал.

Я отдаю ему оружие, затем обнимаю за талию для поддержки. Взглянуть бы, что под этой повязкой…. Но не сейчас.

Уже у самых дверей Стас хватает меня за руку, изображая что тащит силком. Совсем стемнело, стражники на расстоянии нескольких метров. Стас резко кивает им и отвернувшись ведет меня в противоположную воротам сторону. Внезапно, он резко ныряет за стену ближайшего дома, увлекая меня за собой. Здесь мы скрыты от посторонних глаз забором с одной стороны и, собственно стеной – с другой.

— Здесь обожди, — прошептал Стас, кивнув на высокое деревянное строение, — Вон конюшни, я….

— И не мечтай, — прошипела я, — Вместе пойдем.

— НЕТ.

— Стаслав, ты еле стоишь, — назвав его полным именем для пущего эффекта, проговорила я, — И один не пойдешь.

Он уже открыл рот чтоб возразить, но я прижала ладонь к его губам.

— Стас, время идет, — тихо сказала я, — Нас вскоре хватятся, легко найдут и убьют. Так что засунь свое рыцарство поглубже и позволь мне помочь. Хоть за тем, чтоб не вышло, что я зря притащилась сюда.

Он вздрогнул словно от удара. Не знал ведь, что я здесь по своей воле. Зато, к счастью, больше не спорил. Мы пересекли открытое пространство бесшумно словно призраки. Стаса ужасно шатало. Я боялась, что он попросту потеряет сознание от слабости. Но он держался. Я не могла представить как, поскольку у меня самой, пострадавшей в разы меньше жутко кружилась голова.

Одним молниеносным движением Стас перерезал горло стражнику, стоящему как раз у входа, затем забрал его меч. Мы скользнули внутрь. В конюшне ставшей теперь тюрьмой было еще темнее, чем на улице. Но глаза вскоре привыкли, и я различила фигуры, скорчившееся на полу. Стоял ужасный запах: кровь, пот, заразившиеся раны. Тошнота подкатила к горлу, но я сдержалась. Взяв у Стаса кинжал, склонилась к ближайшему ко мне пленному, тронула его за плечо. Он дернулся и я приложила ладонь к его рту.