Стражник взял одну из четырех хрупких рук ургайяна и сложил ее почти вдвое. Казалось, существо ничего не заметило. Тогда стражник согнул руку в другую сторону, и его собственное лицо слегка позеленело. И вновь ургайян никак не отреагировал. Я услышала, как у меня за спиной кого-то вырвало.

Интересно, чего они ждут от существа без скелета?

–  Живое существо нельзя наказывать из-за его природы, - запротестовала Ански. Она вновь взяла одеяло, чтобы накрыть чужака. Его заплаканный глаз с благодарностью посмотрел на Ански, а потом вновь закрылся.
– Бог просит нас заботиться о тех, кто лишен его благословения.

–  Бог действительно просит нас заботиться о таких существах, пока они не будут принесены в жертву тем, кто достоин благословения бога. Ты предлагаешь, чтобы мы именно так с ним и поступили?

Лицо моей соплеменницы застыло, кожа слегка покраснела - вероятно, она повысила температуру тела, чтобы удерживать прежнюю форму. Однако ее голос оставался вежливым и невозмутимым, Ански славилась своим умением сохранять спокойствие в критических ситуациях.

–  Что ты предлагаешь, искатель?

–  Мы хотим, чтобы это существо покинуло Артос, - ответил другой жрец и показал на меня темным пальцем, на котором были начертаны какие-то символы.
– Эти чужаки имеют разрешение хранителя перемещаться среди нас. Они могут забрать его с собой в космопорт.

–  Конечно, искатель, - быстро согласилась я, удивленная неожиданным проявлением разума с его стороны.

Я решительно направилась к ургайяну и схватила его. Чем быстрее мы уберемся отсюда, тем лучше. Мы успели сделать всего несколько шагов к двери, когда ургайян повернулся в моих руках и посмотрел на Ански. Он что-то прострекотал - я не сумела ничего понять, поскольку слух кет не приспособлен для таких высоких частот. Однако смысл я уловила - не он один любил Ански. Та улыбнулась и что-то просвистела в ответ, ургайян еще крепче прижался ко мне. Несчастное существо едва не потеряло сознание от пережитого страха.

"Только не сейчас, - беззвучно попросила его я.
– Необходимо добраться хотя бы до нашей комнаты".

Я настолько отвлеклась, что не заметила, как, повинуясь искателю, двое стражников подошли к Ански и взяли ее за руки.

–  В чем дело?
– спросила она, не трогаясь с места. Поскольку Ански значительно превосходила стражников ростом, они не знали, что делать дальше.

–  Тебя следует судить, женщина, - нараспев произнес искатель.
– Ты отправишься в святилище и посмотришь в лицо твоего бога.

Теперь толпа глухо загудела, по залу пронеслась волна, пламя свечей дрогнуло. Я торопливо зашагала вместе с ургайяном к лестнице, ведущей на второй этаж. Кажется, он меня понял и, выскользнув из моих рук, последовал за мной с впечатляющей быстротой. Когда ургайян побежал вверх по лестнице, я закрыла за ним дверь и повернулась к залу.

Артосиане вскочили на ноги, их рты оставались закрытыми, но они продолжали гудеть. Теперь их лица совсем не походили на человеческие. Человеческие... Кстати, а где Рэджем?

О, нет! Он остался рядом с Ански, более того, человек оттолкнул одного из стражников. Прежде чем я успела что-то предпринять, Рэджема схватили и потащили к выходу вслед за моей соплеменницей. Толпа последовала за ними. На меня не обращали внимания, и я двинулась за ними, а воспоминания Ански показали мне, что сейчас может произойти.

"Эрш, этого просто не может быть, - беззвучно повторяла я.
– Ански знает эту культуру лучше меня. Она понимает, что происходит. Верно?"

Однако рядом не было Старейшей, которая могла бы развеять мои сомнения.

Святилище находилось в центре деревни, посреди главной улицы, - таким образом, ты постоянно находился под пристальным взглядом бога и платил владельцам этого взгляда пошлину за проезд по дороге. Как и другие святилища, которые мы увидели с флайера, оно постепенно изменялось, чтобы соответствовать эволюции религии на Артосе. На смену шпилю пришел черный шар, ставший символом почитания бога. Кирпичные стены перекрасили в серый цвет; это должно было означать, что здание построено из священных костей, но привело лишь к тому, что оно казалось грязным и непрочным.

Под ногами хрустел черный гравий, ходьба по острым камням посылала жаркие вспышки боли в мозг. Мне вдруг захотелось надеть сапоги - желание, совершенно нехарактерное для кет. И еще мне бы не помешали какие-нибудь идеи.

Все, кто находился в гостинице, дисциплинированно направились от "Спящего дядюшки" к святилищу. Постепенно к нам присоединялись остальные жители деревни; вскоре можно уже было говорить о плотной толпе. Мне так и не удалось протолкнуться в первые ряды, где стражники вели Ански и Рэджема, но в тусклом свете уличных фонарей я видела, что их никто не держал. Но куда они могли деться?